Божественная воля девяти небес - Дмитрий Ласточкин

появилась жизнь! Странная, состоящая из солей металлов, но жизнь! Вернее, её зачаток. Непонятные даже мне живые существа кристаллизировались в морях из расплавленных жаром солнца металлов, перемещаясь по их глубинам таким образом. Надо же… В любом случае, пальму первенства в развитии держали третья и четвёртая планеты, потом вторая, потом пятая и шестая, и уже следом за ними первая и с седьмую по девятую. То теперь на них всех были живые существа! Хотя даже мне было сложно назвать многих из них живыми и тем более — существами…

Разбежавшиеся было демоны снова собрались. Сожрали остатки тех неудачников, что умерли во время нашей с медведем борьбы, и уселись под горой, алчно глядя на меня и на пещеру, в которой прорывался Царапка. Ну-ну, смотрите, всё равно максимум, что вы получите — это если я на вас поссу.

Так продолжалось ещё с сутки. А потом вернулся сбежавший медведь! И не один! Из разрывов пространства вышел чёрный носорог, не уступающий медведю габаритами, и огромная жаба. Та была просто невероятной, огромная и широкая, как девятиэтажка, она давила вокруг себя аурой чудовища пика Семени Жизни! Носорог, кстати, был, как и медведь, на позднем уровне этого ранга.

Теперь уже три могучих демона сидели и смотрели на меня жадными глазами. Особенно выделялась жаба.

— Ты сказал правду, брат Сён. — квакнула она, понаслаждавшись моим видом. — Это прорывается особый демон! Если я съем его ядро, то смогу стать Императором!

Длинный, склизкий язык с шариком на конце высунулся и облизал гигантские губы жабы.

— Рад, что угодил тебе, брат Чанчу. — мягким голосом подлизнул медведь. — Но ты же видишь, его сторожит эта человеческая тварь! И она сильна, брат Чанчу!

— Пф, может, для тебя и сильна, но не для меня. — пренебрежительно квакнула жаба. — Но я тебе её оставлю, поделите на двоих с братом Синё. Но тот демон — весь мой!

— Конечно, брат Чанчу! — покивал головой медведь.

— Я согласен. — мукнул носорог.

Ага, медведь сдрыснул и привёл старшего товарища. И ещё одну шестёрку для верности. Значит, больше не стоит с ними нянчиться.

— А меня вы спрашивать ни о чём не будете, да? — хмыкнул я с вершины горы.

— Спрашивать тебя? — удивилась жаба. — А кто вообще интересуется у еды, согласна ли она, чтоб её съели? Ква-ква-ква!

Я не сразу понял, что её кваканье — это смех.

— Отличный вопрос! — я похвалил жабу. — Тогда и я не буду вас спрашивать!

— Она нападает! — предупредил опытный медведь.

Но было уже поздно.

Тысяча древних рун Силы, Скорости и Разрушения! Из искривления я вышел прямо над лбом носорога и обрушил на него удар ладони. От вроде бы не самого сильного шлепка во все стороны разошлось искажение пространства, снёсшее зелень с ближайших гор. А лоб демонического носорога не выдержал, лопнул так, что во все стороны разлетелись куски черепа и мозгов. Туша носорога рухнула вниз и ударилась об землю, образовав кратер в полсотни метров глубиной, где и затихла.

Жаба сразу же надулась, её бородавки запульсировали и выдохнули огромное чёрное облако ядовитого газа, отравившего всё на сотню километров вокруг. Вокруг самой твари образовалась броня из тяжелой воды, надёжно укрывшая гиганта под собой. А медведь, только глянув на носорога, вдруг разорвал пространство и попытался сбежать!

Две тысячи рун Силы, скорости и Разрушения! И сотня Пространства! Подлетев, я ударил по разрыву пространства, в котором скрылся медведь. И разрыв брызнул во все стороны искаженной волной мощи! Там и сям открылись тонкие щели не выдержавшего столкновения пространства, а туша медведя вывалилась из перехода, измолоченная и с переломанными костями. Он свалился на гору, ещё живой, но стал задыхаться, вдохнув жабий яд.

От жабы ко мне полетели сотни водяных стрел! Они насквозь пробивали горы, промахиваясь, и оставляли после себя огромные воронки в земле, но на том месте, куда стреляла жаба, меня уже не было.

Переместившись за спину уродца, я использовал технику божественных культиваторов и увеличился, вырастая до сотни метров. Три тысячи рун Силы, Скорости и Прочности! Жаб даже квакнуть не успел, как я схватил его за лапки, легко продавив защиту из тяжелой воды, и одним рывком разорвал напополам!

— Ну как, доволен тем, что не послушался меня и не ушел? — я подошел к полуживому медведю.

— Ты… кто… тыыы… — прошептал тот, плюясь кровь.

— Сейчас и здесь — твоя смерть!

Наклонившись, я пальцем пробил его череп, раздавив мозг.

Ну всё. Теперь можно собирать трофеи.

Уменьшившись, я вызвал цветочки от Деревянного Меча и поглотил ими жабий яд. Он, конечно, через защитные формации не проникнет, но всё же. Потом очистил от него медведя, собрал и поместил в кольцо туши всех троих. Потом разделаю. Но туши таких демонов — это уже изрядная прибыль! А то дракон за этот года закончился. Хотя жабу, наверное, есть не буду… Нет, буду, но только ноги!

Закончим со сбором, вернулся на своё место возле вершины горы. Ну что ж, первые три дня прошли, ещё примерно месяц впереди. Надо быть готовым!

Глава 12

С полмесяца вокруг горы с прорывающимся Царапкой было спокойно. В смысле, не появлялось никаких агрессивных сильных демонов, которых пришлось бы отгонять. Хотя мелких демонюг было в избытке!

Да что там в избытке, их собралось тысячи! После моей драки с тремя демонами Семени Жизни осталось куча всяких мелких частиц этих самых демонов. Там кровь упала, там слюна, а там и осколки костей с мозгами. Мелкие демоны искали все эти остатки и поедали их прямо тут, не утруждаясь очисткой или переработкой. Для них-то кровь и слюни монстра Семени Жизни это реальный способ подняться в ранге, особенное, если он на Мёртвом Море или Духовном Море. Так что пожиралось всё — трава, кусты, деревья, земля, даже камни! А когда нашли несколько кусочков мозга носорога, которые я выбил, демоны такую свару устроили, что несколько сотен её не пережили. Их, кстати, тоже потом съели, чтоб зря добро не пропадало.

Посмотрев на это и успокоившись, я тоже занялся разбором трофеев. У демонов не было принято долго что-то хранить, они, скорее, руководствовались принципом «Что съедено — то не заберут», максимум, что мог быть, это какая-то нычка в логове с самым ценным, но что нельзя съесть прямо сейчас. Так что обычно пространственных артефактов у них не было. По крайней мере, у диких, у тех, которые не любили принимать человеческий облик. Но у прихлопнутой мною тройке они были! Явно снятые с людей, но неважно. Ничего особо ценного там не было,