Люди и боги - Роман Евгеньевич Суржиков

и за едою Дороти расспросила, что думает Нави о принципах морали? Согласен ли он с учением Праматерей, верно ли они передали людям слова богов, ничего ли не напутали?

Нави ответил, что Праматери — большие умницы, и что редкий знакомый ему бог столь же нравственен, как были они.

Дороти живо заинтересовалась: какие бывают боги, какая у них царит мораль и как они ее нарушают? Может ли бог совершить преступление? Если да, то что с ним делают?

Нави сказал: он знает по меньшей мере одного бога-преступника, и при тех возможностях, которыми владеют боги, один злодей — это уже очень много.

Но развить эту тему он не успел. Дверь распахнулась, и на пороге возникла Карен. Ее глаза блестели от слез, щеки горели лихорадкой.

— Я нашла его!

В голосе звенело столько чувства, что, кажется, воздух заискрился.

— Я нашла, слышите! Он жив!

Глава 2. Меч

Ночь на 28 мая 1775 г. от Сошествия

Уэймарский замок

То был дурацкий приказ. Пожалуй, худший из возможных. Граф — мастер интриг и гений финансов — показал себя полным тупицей в тактике.

— Лучники, по кайрам — залп!

Жажда мести аж звенела в голосе Шейланда. В каждой букве: «Умрите, твари! Я хочу видеть, как все вы сдохнете прямо сейчас!» Уж конечно, граф ждал совсем не того, что последовало за приказом.

Северян было тринадцать, не считая Ионы. На них — пластинчатая броня, поножи, наручи, наплечники. Шлемы, конечно, — куда без них. А стрела — не Перст Вильгельма… Из тринадцати легли только трое. Еще несколько получили ранения, но остались на ногах. Один вдох понадобился им, чтобы осознать: граф нарушил слово, а Перст Вильгельма больше не стреляет. Осознав, они схватили Иону под руки и ринулись к воротам — до сих пор раскрытым настежь.

— Стреляйте! — закричал Шейланд, аж дрожа от досады. — Стреляйте, убейте их!

Он даже не уточнил, кого именно бить. Ясное дело, Иону лучше взять живьем, это стоило сказать стрелкам. Но северяне отступали грамотно: коробочкой окружили госпожу, защищая от стрел. Бежали пригнувшись, спрятав головы и шеи, подняв плащи, чтоб усложнить прицел. Двое тяжелых латников со щитами шли в конце, прикрывая спины отряда. Графские лучники осыпали северян стрелами. Тоска, а не стрельба: из десяти воинов упала только пара.

Они почти уже достигли ворот, когда подал голос Мартин Шейланд:

— Эй, надвратная! Кидайте невод!

Джоакин слыхал о таком, но прежде не видел. Что-то открылось в арке ворот, и на головы северян выпала проволочная сеть. Разряд щелкнул кнутом, сверкнуло так, что побелело в глазах. Переднюю тройку накрыло неводом и убило наповал. Еще одного зацепило, он свалился на колени. Иона с остальными замерла от неожиданности, на миг став хорошей мишенью. Последовал залп и убил лишь одного — того, на коленях. Но все прочие получили ранения, даже Иона. Стрела пробила ей ногу ниже колена. Графиня упала, попробовала встать — и не смогла. Воин взял ее на руки, но вдох спустя рухнул, обливаясь кровью. У стрелков имелись-таки арбалеты, болт продырявил шлем и голову кайра. Трое выживших ринулись к госпоже, она приказала что-то, взмахнув рукой — бегите. Они, конечно, не подчинились. Согнулись над ней, чтобы поднять, унести. Тогда она сделала нечто — резкое, быстрое движение, стальной блеск. И обмякла, уронив руки.

— Она что… — начал граф, щурясь в попытке разглядеть.

Трое северян стояли еще миг, а потом бросились бегом. Иона осталась лежать, и теперь Джо видел причину — рукоять ножа, торчащего в груди.

— Она что… убила себя?..

— Да! Так-то! — с неожиданным азартом вскричал лорд Мартин. — Эй, лучники, не зевай! Добейте троих ублюдков!

Спустя лишь несколько секунд раздался ответ:

— Готово, милорд. Все лежат.

Братья Шейланды переглянулись. Мартин встряхнул Виттора за плечи, сверкая глазами от восторга:

— Победа! Мы их сделали!

— Чертов дурак… — выдохнул граф и бессильно обвалился на стену.

Мартин подхватил его, с помощью Джо втащил в комнату, уложил на тахту.

— Вит, что с тобой? Сердце схватило?.. Пошлю за лекарем. Эй, лекаря сюда!..

— Это конец… — простонал Виттор очень тихо, только Джо с Мартином и могли разобрать. — Мы погибли…

Мартин выпучил глаза, разинул рот:

— Брат, ты чего?! Мы всех убили до единого! Даже чертову суку!

— Дурак ты… — с горечью выронил граф. — Поди прочь.

— Куда?..

— Не знаю. Плевать… Порядок в замке наведи, раз такой бодрый.

— Я того… Вит, обидно как-то.

— Пошел! — рявкнул граф. Махнул рукой на Джо: — Этого тоже забери, да и прочих. Оставь Берта с Рейнольдсом… и закатников.

Хаш Эйлиш и Лахт Мис были уже рядом, будто предвидели графские слова. Подошли Берт и Рейнольдс — те два рыцаря, что защищали графа в попытке бегства под землей. Мартин обиженно цокнул ртом, отвернулся от брата и хлопнул Джо по плечу:

— Ты кто, помощник Гарри Хога?

— Да, милорд.

— Ну, Гарри помер. Будешь теперь моим помощником. Идем, поможешь прибраться.

Они вышли во двор, сопровождаемые дюжиной рыцарей — тех, что гасили пожар. Вышли, огляделись. Паскудно было во дворе, победой и не пахло. Смердело гарью и кровью, тут и там кто-то стонал или клянчил о помощи. Кто-то рыдал так уныло, что хотелось придушить, но не разобрать было, где он. Люди бродили неприкаянные, шарахаясь от мертвецов. Стрелки торчали на стенах, боясь сойти во двор.

Мартин откашлялся и заговорил так, чтобы слышали даже лучники:

— Эй, люди! Все уши — сюда, слушать меня! Мы победили, ясно вам? Слава графу!

Кто-то откликнулся: «слава» — весьма неуверенно. Мартин продолжил, как ни в чем ни бывало:

— Северная сука предала вашего лорда, моего брата! Клялась быть верной женой — а потом вот, сами видите! Хотела убить мужа, а графство взять себе. Но не на того нарвалась! Моего брата Виттора поцеловали боги! У него есть говорящий Предмет — Перст Вильгельма! Северяне думали, что могут безнаказанно. Но нет, сами боги защитили нас! Теперь им конец, а мы празднуем! Всем вина! Слава графу!

Теперь откликнулись бодрее: «Слава!» Кто-то отважился спросить:

— Милорд, значит, у нашего графа есть Перст Вильгельма?

— И не один. Боги щедро одарили Виттора! Вы служите святому человеку, негодяи! Виттор не хотел пускать в ход оружие богов, но вы же, овцы, ничего не можете. Вот графу и пришлось самому!..

— А это часом была не катапульта?

Мартин выпучил глаза:

— Кто спросил?!

Голос шел из стайки выживших копейщиков. Пред гневом лорда солдаты шустро расступились, обнажив того глупца, который ляпнул про катапульту.

— Чеддер? — узнал Мартин. — Иди сюда, баран.