Невеста (патологоанатом) для некроманта - Анна Морская

Достала шелковый струящийся ночной комплект, мягкий, цвета лаванды, с тонкой вышивкой по краю. Рядом повесила халат из того же материала: легкий, почти невесомый, с широкими рукавами и поясом, завязанным аккуратным узлом.

Переодеваясь, я невольно прислушалась к звукам за дверью ванной. Все так же тихо плескала вода, изредка слышался шорох.

Ноймарк явно не торопился, а на меня накатило почти забытое ощущение, что это такое, когда рядом постоянно ощущается присутствие мужчины. Только в этот раз оно приносило не только покой, но и будоражило.

Очень легко было представить, что всех наших обстоятельств нет, и мы с дияром действительно влюбленная пара, которая приехала в дом невесты, чтобы готовиться к свадьбе.

Закончив переодеваться, я поправила халат, провела рукой по волосам, убирая пряди с лица, и направилась к постели.

Осторожно откинув край одеяла, я легла, вытянула ноги и глубоко вздохнула. Тело тут же откликнулось приятной усталостью, мышцы расслабились, веки стали тяжелеть. Напряжение, сковывавшее меня с момента разговора с отцом, постепенно отступало, сменяясь блаженной слабостью.

Я повернулась на бок, подложила руку под голову и уставилась в полумрак комнаты. В голове все еще крутилась одна единственная фраза: «решим проблему без твоего участия».

Не знаю, сколько времени так пролежала, когда послышался скрип двери ванной комнаты, затем тихие шаги.

Я чуть повернулась, чтобы встретиться взглядом с невозможными серыми глазами.

Ноймарк возвышался посреди спальни, высокий и величественный даже в домашней одежде. Мокрые длинные седые волосы отливали серебром в тусклом свете шаросветов, отдельные пряди прилипли к бледным скулам и шее.

Ворот рубашки из тонкого льна был слегка расстегнут, позволяя рассмотреть капли воды, которые скатывались по коже, оставляя блестящие дорожки на ключицах и груди.

Таким одновременно домашним и волнующим мне его довелось увидеть впервые.

— Не спишь? — негромко спросил он, и голос прозвучал ниже обычного, чуть хрипловато после горячей ванны и долгого дня.

— Нет, конечно, — отозвалась я и рефлекторно подтянула одеяло выше, когда дияр сделал шаг ко мне. — Нам надо поговорить.

От Ноймарка моя реакция не укрылась, он усмехнулся и двинулся в сторону небольшого дивана, на котором очевидно не поместился бы со своим ростом при всем желании.

— С ума сошел?! — возмутилась я. — Ложись на кровать, я не позволю тебе корячиться на этом недоразумении.

Ноймарк замер на полушаге, насмешливо вскинув белесую бровь.

— Уверена? — спросил он с иронией. — Мне показалось, ты хочешь именно этого.

— Да перестань, — я села в постели, подтянув колени к груди. — В моем мире говорят, что когда кажется креститься надо. Иными словами, не делать выводы, не разобравшись. После всего, что между нами было, отказываться спать в одной постели просто смешно. Тебе, как и мне, нужно нормально отдыхать.

Он помолчал, изучающе глядя на меня. В полумраке комнаты его глаза казались почти черными, но я все равно уловила, как в них вспыхнул знакомый огонек, от которого по коже побежали мурашки.

— Практично и логично, это мне в тебе и нравится, — наконец сказал он. — Не вижу причин упорствовать в таком случае.

Ноймарк сделал несколько шагов к кровати, остановился у края и медленно опустился на матрас. Тот чуть скрипнул под его весом, и дияр лег на спину, с наслаждением вытянув длинные ноги.

Я невольно залюбовалась его силуэтом: четкие линии плеч, рельеф рук, расслабленные, но все равно напряженные мышцы.

— Так что ты хотела обсудить? — Ноймарк слегка повернулся ко мне, опираясь на локоть. Его лицо оказалось совсем близко, я могла даже разглядеть тонкие морщинки у глаз, серебристые пряди, прилипшие к виску, почувствовать тепло его дыхания. — Ты сказала, что нам надо поговорить.

Я сглотнула, пытаясь сосредоточиться. Мысли путались, слишком остро ощущалось его присутствие рядом, слишком сильно отвлекал запах его кожи, смешанный с легким ароматом лавандового масла, которым всегда пользовалась Оливия.

— Отец… — начала я, стараясь говорить ровно. — Он приказал мне сделать так, чтобы ты сам разорвал помолвку. Скомпрометировать тебя или себя — не важно. Главное, чтобы инициатива исходила от тебя.

— Это ожидаемо.

— Да, но последняя его фраза меня сильно напрягла, — я нахмурилась, вернув себе серьезность. — Кажется, он рассматривает и другие варианты, в которых можно избавиться от тебя куда более радикальным образом.

— И это, в общем-то, ожидаемо тоже, — хмыкнул дияр. — Я бы удивился, если бы барон хотя бы не подумал в эту сторону.

— Ничего смешного, — я не стала поддерживать ироничность его тона. — Тебе нужно быть предельно осторожным. Отец не планирует посвящать меня в детали, я не смогу тебя предупредить.

— Волнуешься обо мне? — Ноймарк слегка приподнялся на локте, и его лицо оказалось еще ближе.

Я на мгновение замерла, не зная, что ответить. Слово «да» казалось слишком откровенным, но отрицать очевидное было бы глупо.

— Волнуюсь, — я пожала плечами. — Эти люди способны на что угодно.

— Мне приятно, но тебе стоит научиться переживать в первую очередь о себе. Я отнюдь не самое беззащитное создание в этом городе, в отличие от тебя, — многозначительно заметил он.

— Зато мое убийство пока вроде как никто не планирует.

— Не переживай попусту, лучше подумай, как раздобыть информацию, которая поможет нам найти что-то полезное. Твой отвратительный братец показывал мне сегодня верфи, но я обратил внимание, где располагаются доки. Попасть туда будет не трудно, вопрос только, в какую их часть, место огромное.

— А я уже подумала, — тут же включилась я. — Завтра мать с сестрой поедут к модистке, меня брать с собой не будут. Ты должен попросить отца показать тебе компанию, и прихватить с собой Ренара. Ненадолго, но я останусь в особняке одна и постараюсь что-нибудь выяснить.

— Хорошо, я все устрою, — кивнул дияр после недолгих раздумий. — Если почувствуешь хоть малейшую опасность, сразу отступись, — он чуть прищурился. — Никаких подвигов в одиночку. Договорились?

— Договорились, — я кивнула, стараясь не обращать внимания на то, как участилось сердцебиение. — Тебе должно быть просто убедить отца. После сегодняшнего разговора он уверен, что ты крайне заинтересован в кораблях Фареллов.

Ноймарк кивнул и вдруг протянул ко мне руку, прочертил пальцами дорожку на внутренней стороне предплечья и в конце чуть сжал запястье.

— Ложись спать, — его голос стал мягче. — Завтра будет тяжелый день. Нам обоим нужно набраться сил.

Не став спорить