Дорога за горизонт. За золотым крылом - Эйрик Годвирдсон

ее выпросите сегодня рано или поздно… Это про Ингольва. Он мне как брат был, с самого детства. И с нашего Посвящения мы вместе в поселение вернулись, как сейчас помню. И я думаю, что пройдоха Мантир не упустит случая рассказать там, в Фабгарде, где пируют павшие герои, что сегодня клан снеррг пополнился на одного отличного парня!

Пронесся одобрительный гул. Чаши снова наполнились, и бочонок с элем опустел – и на этот раз остатки напитка собравшиеся принялись потихоньку растягивать за разговорами.

Сидели еще недолго – подъем утром предстоял ранний, у северян была куча запланированных дел – в основном торговых.

Амира принялись уговаривать остаться – место в афрейме7 было.

Но юноша отказался – решил вернуться в дом, который выделили ему и его новым товарищам брамстонцы. К тому же отчаянно захотевшая спать Льюла уже успела отбыть часом раньше к месту квартирования их с Амиром, и наверняка даже сквозь сон ждала, когда он вернется.

Уже подходя к дому, он заметил в окошке блеклый огонек свечи и услышал приглушенную перепалку – голоса были раздраженные, собеседники явно едва сдерживались, чтобы не начать скандалить в полный голос. Это были Кальбар и Айду, узнать их юноша узнал сразу, а наследный тонкий слух позволил еще через пару шагов различить слова.

Сперва Амиру показалось, что Кальбар все же вспылил по поводу проведенного без его участия совета, но то, что он услышал дальше, заставило молодого всадника замедлить шаг – как вообще понимать то, что он слышит?

Бард едва ли не шипел от ярости:

– Айду, вы что, все с ума посходили? Первыми затевать военные действия! Вас растопчут, как пыль под ногами!

– Так, у тебя что, есть другие предложения? Кальбар, не начинай снова, мы все решили. Выбора у нас никакого не остается – и войну начали не мы! Тебе напомнить? И напомнить, что с нами всеми было бы, если бы Амир не разметал тот отряд имперцев? Он уже однажды помог нам, и к тому же у нас наконец-то есть всадник, неужели ты не понимаешь…

– Да лихо забери этого Амира! Чем я хуже этого волчонка? Чем? Отчего вы так носитесь все вокруг мальчишки, будто он сам Солнечноликий8, сошедший с неба? – Кальбар и не думал утихать.

– Так! Я в первый и в последний раз говорю – не называй Амира волчонком, понял? Никогда. И вообще не смей его оскорблять!

– О-о-о, а то что? Натравишь его на меня? Или отдашь на растерзание нашему дикарю Оро? Или, может, этого вашего буйного вояку со шрамом позовешь – он спит и видит, как бы меня на ближайшем суку вздернуть! – Кальбар, забыв о попытках соблюдать тишину, повысил голос. Послышался шум, будто что-то уронили на дощатый пол или бросили в стену. Затем последовала невнятная ругань по-гаэльски, при чем от Айду, и она продолжила:

– Да? А разве не ты тогда первым полез в драку? Уаллэ на тебя наплевать, не думай даже, что у него к тебе есть личные счеты – ему совершенно все равно, кто ты, пока от тебя есть польза общему делу. Знаешь, вот над этим я все чаще начинаю сомневаться! В последнее время ты только и делаешь, что сыплешь дурацкими обвинениями и выставляешь претензии – одна другой краше!

– А вы только и делаете, что вляпываетесь в идиотские ситуации! Айду, пойми – мне совершенно все равно, как живут и что делают все остальные – но мне не все равно, что случится с тобой! А ты сама лезешь в пасть зверю! Тебя как подменили – то ты вдруг зачем-то начинаешь использовать магию, что дает Зор, презрев всю ее опасность, то охотно ввязываешься в другие, не менее самоубийственные планы… Тебя этот оборотень как зельем опоил! С чего вы вообще доверяете какому-то чужаку? Откуда ты знаешь, кем он может оказаться? – Кальбар заговорил тише, в то же время раздались звуки нервных шагов взад—вперед

– Ты совсем рехнулся от ревности, Д'Ошелл! – Айду, казалось, неподдельно изумлена – удивление пересилило даже раздражение в ее голосе. – Он же всадник! Всадник нужен нам всем, потому что…

– Не смеши меня, он нужен тебе, и только! Я же видел, как ты смотришь на него, и везде таскаешься за ним по пятам – или таскаешь его за собой, как раньше таскала Оро, – все так же шепотом, но с явной угрозой продолжал бард – Клянусь Богами, этот недочеловек напросится на нож в спину!

– Ну-ка повтори, что ты только что брякнул? – Айду, казалось, нимало не испугалась.

– Ты прекрасно слышала, принцесса. Только все же ответь – что в нем такого есть, чего нет во мне?

Отчего ты делаешь вид, что не замечаешь меня – а мальчишку готова чуть ли не за руку везде водить? Неужели я настолько хуже?

– Оставь его, и меня в покое, – процедила сквозь зубы Айду, – И отпусти мою руку!

– Айду, не…

Спорящие были не в доме, а под навесом у порога, поэтому проскользнуть мимо них не получилось бы, но Амир не собирался таиться. Услышав, какой оборот приняла перепалка, он в несколько быстрых шагов преодолел оставшееся расстояние и как раз собственным появлением вынудил барда оставить фразу незаконченной.

Кальбар действительно крепко держал Айду за запястье, а та, напружинившись, как дикая кошка, уже сжала вторую руку, чтобы двинуть наглеца по физиономии.

– Что, Кальбар, последний аргумент в споре? – молодой всадник старался держаться спокойно, хотя внутри уже начинала помаленьку закипать знакомая звериная ярость.

Спорщики окинули быстрыми взглядами Амира, вступившего в круг слабого света, что давал свечной огарок в ближайшем окне. Бард не сразу заметил висящий на поясе всадника меч, и потому только раздраженно рыкнул в сторону:

– А, волчонок явился… иди давай, куда шел, тебя не спрашивали!

– Волчонок вырос, Кальбар, а ты и не заметил. Отпусти Айду, видно же, что ей неприятно, – Амир положил ладонь на пояс – пока что не на рукоять меча, а только рядом. – Ты разве не знаешь, что только трусливый и слабый муж станет обижать женщину?

Бард тут же разжал ладонь, и Айду, не задумываясь, влепила ему пощечину, но бард ловко увернулся, так что ладонь девушки схватила только воздух. Она была так зла, что казалось – еще секунда, и она предпримет вторую попытку, а то и вцепится ногтями обидчику в лицо.

– Прекрасно! Еще одним варваром больше в твоем окружении, принцесса! На этот раз – мальчишка-северянин, как замечательно! Ну что ж, кто я такой, чтобы обсуждать царственные вкусы! – Кальбар неприятно, сухо расхохотался.

– Когда ты уже прикусишь свой поганый язык, – Айду покачала головой, беря себя в руки. – Завтра объяснишься, а теперь будь добр, уберись с глаз долой!

– Да так и собирался! – Кальбар издевательски поклонился и отправился прочь. По пути он собирался толкнуть Амира плечом, но тот тоже не жаловался на реакцию и вовремя отступил на полшага в сторону.

Раздраженный силамарец прошествовал прочь, и темнота вскоре погасила слабый звук его шагов.

– Ну отлично, – печально буркнула Айду. – Теперь ты наверняка слышал все это отвратительное… действо.

– Не все, – мягко поправил ее Амир. – Айду, что бы не плел Кальбар, я… я не собираюсь менять своего мнения, ни в чем. Доверять меньше я точно не стану – по крайней мере, тебе.

Девушка сейчас словно вся разом поникла, ссутулилась – точно не она миг назад сверкала глазами, как хищник у защищаемого логова. Амир увидел вдруг ясно и неприкрыто, что она очень, очень устала и держится из последних сил. Всадник осторожно протянул руку, погладив Айду по плечу. Ему очень хотелось обнять девушку, но он боялся оскорбить ее или еще больше расстроить такой бесцеремонностью. Но она сама ткнулась макушкой в его плечо и судорожно выдохнула:

– Как я устала от всей этой кутерьмы, – тихо сказала она. – Когда же наконец на нашей земле можно будет просто жить, а не выживать?

– Я не знаю, Айду. Но если я могу чем-то помочь – я помогу, – так же тихо ответил Амир, бережно поддерживая