Кукла на троне - Роман Евгеньевич Суржиков

одним махом уничтожить всех — родителей и детей? Не едет ли герцогский кортеж прямиком в капкан? И ладно бы только герцоги, но ведь, что обидно, и Марк с ними вместе, и друзья-моряки!

Он поделился тревогами с леди Софией и леди Ионой. Леди София не приняла всерьез: она просто не могла представить силу, способную уничтожить четверых Ориджинов разом. Леди Иона сказала, что почтет за счастье разделить с братом любую участь, будь то триумф или смерть. Ища хоть в ком-нибудь проблеск здравомыслия, Марк изложил свои страхи кайру Джемису. Тот ответил:

— Успокойся, парень. Под конец осады герцог Эрвин сидел во дворце с двумя сотнями солдат. Если бы хозяин Перстов хотел ударить, ударил бы тогда. А сейчас в столице десять наших батальонов, да еще пять полков медведей. Полезет — расшибется.

— Тогда зачем он сказал леди Софии ехать в столицу?

— Да кто его знает… Может, он сам в столице? Может, правда, вылечит лорда Десмонда в обмен на говорящий браслет?

Марк схватился за голову:

— Как же вы, кайры, правите Севером при вашей-то наивности?! Вылечит он — конечно! И императора оживит! И Козленка человеком сделает!..

— А сам-то что думаешь, умник?

— Думаю, если подонок зовет вас в столицу, то последнее дело — ехать в столицу. Думаю, его план — перехватить нас в дороге и взять живьем. Невероятное предложение для герцога Эрвина! Отдадите трон, милорд, — получите сразу шесть заложников! Славный кайр Джемис со здоровущей овчаркой, совсем не старые лорд-отец и леди-мать, ненаглядная обожаемая сестричка, да еще — самое ценное — Ворон Короны собственной персоной! Шестеро пленников по цене одного — какой герцог откажется?..

— Ох, и паяц же ты!.. — покачал головой Джемис. — Думаешь, зря полдюжины саней с гербами Ориджина ушли вперед, а мы отстаем на день? Думаешь, почему конные разведчики рыщут на мили вокруг нас? А зачем мы взяли из Первой Зимы целую сотню кайров — догадываешься?.. Знаем об опасности, не ты один умный.

Марк сомневался, что сотня мечников (даже усиленных овчаркой) — серьезная защита от бригады с Перстами. Не сказать, что в дороге к столице он показывал чудеса храбрости. Напротив, старался держаться подальше от лордских повозок и поближе к морячкам, чтобы, в случае чего, никто не принял его за вассала Ориджинов…

Но все обошлось. Какими бы ни были планы неведомого Хозяина, атака на кортеж леди Софии в них не входила. А в столице разделились: дворяне и кайры отправились во дворец, морячки и несколько воинов — в порт. Ворона же доставили в трехэтажный дом на Млечном проспекте и передали заботам странного Деда с белобрысым Внучком. Кроме них троих здесь была лишь повариха да старичок-привратник. Интерьеры — некогда роскошные, а ныне выцветшие, серые от въевшейся в обивки пыли. В углах сырость, на потолочных балках — клочья паутины. В былые зажиточные годы кто-то из Ориджинов приобрел богатую виллу для красивой столичной жизни, но те годы, по всему, давненько миновали.

В этой вот стареющей вилле Марк провел уже пять дней.

— Что мы тут делаем? Чего ждем? — спрашивал он Деда.

Вместо ответа получал очередную притчу или мелодию на чимбуке.

— Я — пленник? — спрашивал Марк.

— Это как сам решишь…

Ворон проверял входные двери — все заперты на ключ; окна первого этажа — зарешечены.

— Так заперто же! Как я уйду?

Дед пожимал плечами:

— Однажды Джек-плотник…

— Стой, не заводи шарманку! Не сейчас. Я, знаешь ли, очень щепетилен в вопросах свободы — не выношу неясности. Я числился пленником Ориджинов, но леди София Джессика обещала мне свободу, едва приедем в столицу. И вот мы в столице.

— Хочешь свободы — так бери.

— Двери и окна заперты. Отопри, я пойду.

— Не в том дело, Ворон, что заперто, а в том, что ты не очень хочешь. Хотел бы — стянул у меня ключ или вылез из верхнего окна, где нет решетки…

Марк опешил:

— Это что, проверка на лояльность? Герцог смотрит, не попытаюсь ли сбежать, а попытаюсь — шкуру спустит? Так ты ему, Дед, передай: я ему ничего не обещал! Родителям его клялся, что съезжу в Запределье, кое-что узнаю, — и съездил, и узнал. А теперь я ихнему семейству ничего не должен, пускай герцог не думает!

— Что ты все: герцог да герцог? Он сам о себе подумает, а я — о себе, а ты — о себе размышляй.

— То бишь, если я захочу сбежать и вылезу в окно, твой Внучок не станет за мной гнаться и махать мечом?

— Ты, Ворон, за себя думай. Хочешь — так беги, а не хочешь — оставайся. А побежишь — тогда уже Внучок свое подумает: бежать ли следом, али нет.

— Ладно, черт. Скажи хотя бы: долго еще ждать?

— Вот ты все-таки послушай. Как-то Джек-плотник пошел напиться воды и упал в колодец. Через час жена вышла его искать, глянула — а муж-то в колодце. Она в крик: «Ой, лишенько, ой, горюшко!» Джек ей отвечает со дна: «Да не голоси, я живой-здоровый». Жена спрашивает: «Почему же не вылезешь?» Джек-плотник и говорит: «Я тут думаю: зачем же я в колодец упал? И пока не найду ответа, не вылезу». Жена стала его убеждать, даже веревку принесла, но Джек ни в какую: пока не пойму, мол, наверх ни ногой. Досидел он до вечера, взошла луна, отразилась в водичке — колодец будто наполнился серебром. Джек хлопнул себя по лбу: «Вспомнил! Я давеча сюда две агатки уронил! Вот за ними сегодня и упал!» Стал шарить по дну, нашел монеты, с ними выбрался из колодца. Говорит: «Вот я какой молодец — упал со смыслом!» Жена ему: «Ты дурачина! Зачем деньги в колодец ронял?» А Джек-плотник в ответ: «Раз уронил, значит, и в том был смысл. Вот поразмыслю часок — пойму, какой».

Марк злился. Смысл?.. Это ты, Дед, отлично выдумал: смысл! Сидеть в занюханном старом доме и размышлять невесть о чем, пока в мире дела творятся!.. Кстати, а что творится-то?

— Дед, мне позволено узнать новости?

— А ты хочешь?

— Ясно, хочу! Или мне за новостями тоже вылезти в окно?

— Вылези, коли желаешь. Но можешь и не лезть, а вот эти листки прочитать. Я Внучка грамоте учу. Он каждое утро приносит новый «Голос», мы с ним разбираем…

Марк