Женщина, которой я была раньше - Джерри Лин

— Зачем заставлять меня жить жизнью Сюзанны?!

— Жизнь Сюзанны подходит тебе больше всего и причиняет больше всего боли. Он говорит это с таким удовольствием, что у меня все внутри переворачивается.

— Как долго я здесь нахожусь?

— Время больше не имеет значения. Скажем так, некоторое количество дней, хорошо? Но ты всегда просыпаешься. В этом, собственно, и смысл. Позволить тебе жить в этой жизни, зная, что ты не принадлежишь себе. Найти путь обратно к себе, вспомнить что у тебя было что-то ценное, но оно всегда ускользает от тебя. И помогает в твоих изысканиях всегда Луиза. Она служит триггером твоей памяти. — Он смеется, и это смех человека, который целыми днями только и делает, что смотрит, как страдают люди. — Это всегда так забавно, когда ты понимаешь что происходит.

— Семья, а что с ними?

— Вы думаете, мы бы так поступили? Ваша настоящая дочь истекла кровью.

У меня начинает кружиться голова, и я слышу его голос, мягкий и сухой, как чешуя змеи.

— Клэр, я солгал насчет Мэтью. Он тоже здесь. Его задержали при подходе к министерству. Но ему нравится жизнь, которую он ведет. Он так хорошо устроился, что нам приходится будить его вручную, чтобы напомнить ему, зачем он здесь, чтобы он страдал, как и ты сейчас. Но он счастлив, Клэр. С кем-то новым. Со своей женой блондинкой, и милой дочкой.

— Готова поспорить, ты говоришь ему то же самое обо мне.

Он смеется.

— Ты говоришь это каждый раз. И каждый раз ошибаешься. Спокойной ночи, Клэр.

Я чувствую тяжесть, мои глаза закрываются, и я пытаюсь вымолвить:

— Он мечтает обо мне. Главное что он жив.

Но не могу. Язык не слушается.

Я Клэр. Я Клэр. Я Клэр. Я Клэр. Я повторяю это снова и снова в своем сознании, пытаясь саботировать любую технику, отправляющую меня обратно в мир Сюзанны.

У меня такое чувство, что я уже пробовала это раньше. Может быть, на этот раз получится. Задавать один и тот же вопрос, но каждый раз находить новый ответ. Опять определение сумасшествия. Но это все, что у меня есть.

Я Клэр.

Мир становится непроницаемо черным. А потом до моих ушей доноситься слабый звук монитора, который стучит вместе с моим сердцем.

Я открываю глаза, вижу трех человек, стоящих вокруг моей кровати, в их глазах любовь и надежда.

— Кто я, черт возьми, такая?