Месть полукровки - Раиса Николаева

чтобы ваши невероятные способности пропали и сгнили вместе с вами в тюрьме. Вместо этого я делаю вам просто роскошное предложение. Вы будете работать на наше управление, я закрою глаза на все ваши преступления, совершенные в прошлом и все будут довольны. Как вам? — Дэвир молчал, поскольку не мог принять этого предложения.

В глубине подсознания он прекрасно понимал, что если он расскажет о способах создания артефакта, меняющего ауру любого существа, то над Трией нависнет настоящая угроза. Магия, являющаяся частью его самого, осознает это и не допустит, чтобы он вольно или невольно навредил Трии. Дэвир сам в этом поклялся своей жизнью, закрепив клятву магически. Теперь магия не допустит, чтобы он нарушил эту клятву. Дэвиру даже стало интересно, что произойдет, если он попытается что-то сделать.

— Дайте ручку, — попросил он и Нисс тут же любезно протянул ему карандаш. Дэвир на листе бумаги начал выписывать первую букву заклинания, и тут же у него перехватило дыхание, магия шутить не умела. Ничем не выдав этого приступа удушья, Дэвир отбросил карандаш. Больше всего он боялся, что Нисс догадается о том, что Дэвир физически не может ничего рассказать. Нисс, чтобы получить желаемое вполне был способен прибегнуть к услугам менталиста и пусть потом Дэвир превратился бы в кусок безмозглого бревна, маг-менталист смог бы увидеть в воспоминаниях Дэвира очень-очень многое. И Дэвир понял, что он должен умереть, чтобы сохранить тайну Трии и спасти дочь. Если он умрет, Кейрин никому не будет нужна, и ее оставят в покое, теперь ее только надо было предупредить, чтобы она на время исчезла. Мысль о том, что Кейрин будут мучить на его глазах, была невыносима, но она, увы, могла обернуться реальностью. Дэвир снова и снова вспоминал свои слова, что так легко и без страха произнес тогда в виде клятвы Трии. Теперь бы он сто раз подумал, прежде чем бросаться такими клятвами. Хотя… какой у него тогда был выбор? Не было бы клятв — не было бы Кейрин.

Родэр Нисс был взбешен упрямством магистра Лардэна (он был уверен, что это простое упрямство, исходящее от самомнения магистра).

— Что ж, — с явной угрозой в голосе сказал он. — Не хотите по-хорошему, будем разговаривать по-плохому. Мне надо, чтобы вы создали этот артефакт — и точка. Будьте уверены, что я этого добьюсь от вас в любом случае. Хочу сказать, что чем быстрее вы отбросите свои ложные амбиции, и чем быстрее начнете сотрудничать с нами, тем меньше будет проблем у вас… и у вашей дочери. — Услышав это, Дэвиру стало страшно, только не Кейрин, только не его девочка. Поэтому он сделал вид, что начинает сомневаться, и попросил дать ему немного времени, чтобы все обдумать. Его поместили во вполне комфортабельную камеру, которая, очевидно, использовалась для самых непростых арестантов, но Дэвиру это было безразлично. Он лег на кровать, и начал долгий процесс медитации и концентрации сил. Магистр знал только один способ как, в таких обстоятельствах, связаться с Кейрин, чтобы предупредить ее об опасности и приказать ей бежать. Дэвир мог прийти в ее сон, но поскольку он не был ходящим по снам, то сил ему для этого требовалось очень много.

У Дэвира все получилось. Он всего пару минут смог поговорить с дочерью, но этого времени ему вполне хватило, чтобы предупредить ее. Теперь Дэвир ждал. Он был уверен, что Нисс обязательно скажет ему о том, что Кейрин сбежала, и тогда уже Дэвира больше ничего не будет держать в этом мире.

…Кейрин была угнетена и подавлен, таким же угнетенным и подавленным был и Орен. Знать, что близкий человек находится в руках врагов, и ты ничем не можешь ему помочь, это было мучительно. И тогда Кейрин снова спросила саму себя: как спасти папу? Ответ был очень пугающим.

— Призови существо из-за грани и заключи с ним сделку. — Кейрин похолодела. Существами из-за граней называли… демонов. Демонами пугали всегда и всех. Рассказывали о том, как страшно оканчивалась жизнь тех, кто решался на призывы этих существ, желая получить власть, силы, деньги. Рассказывали о страшных и кабальных условиях сделок, в которые попадали такие горе-призыватели, поскольку в таких договорах каждое слово, каждая фраза имела безумно важное значение, и в эту ловушку попадали все без исключения, поскольку существа из-за грани были хитры и умны, а еще жестоки.

— Дедушка, — испуганным голосом сказала Кейрин. — Мой голос сказал, что я должна вызвать существо из-за грани и заключить с ним договор. Только так я смогу спасти папу.

— Нет, нет, нет! — в ужасе закричал Орен. — Нельзя этого делать. С тебя потребую страшную плату. Обещай мне, что ты не сделаешь этого!

— Хорошо, — быстро прошептала Кейрин, которая и сама этого боялась, но в душе, где-то на задворках, у нее уже появилась убежденность, что никуда она от этого договора не денется.

Ночью Кейрин приснился сон, будто бы ей ждут стопу ноги раскаленным железом. В ужасе, проснувшись, она еще какое-то время продолжала ощущать боль, которая окончательно прошла, только когда Кейрин окончательно проснулась. Она потерла виски, удивляясь такому реалистичному кошмару, и вдруг догадалась. Это не кошмар, это то, что в эту секунду испытывает ее отец! Очевидно, та связь, через сон, которую ему удалось установить с дочерью, срабатывает и в моменты страшных стрессов!

Кейрин закрыла руками лицо и зарыдала. Потом она почти спокойно спросила себя: как нарисовать пентаграмму вызова, и тут же получила ответ.

— В комнате Орена, в секретном месте спрятана книга, в этой книге есть все ответы. — На другой день Кейрин добыла и книгу, и все, что было необходимо: и специальный мел, и свечи, и ритуальный кинжал.

Недалеко от леса дриад сохранились останки какого-то Храма (дриады не помнили, кому был посвящен этот Храм, подобные мелочи их не интересовали). Кейрин еще в детстве нашла эти развалины и с удовольствием их обследовала, побывав, в том числе, и в подвале. И вот теперь выбирая место, размещения рисунка, она и вспомнила и о Храме, и о подвале. Это было идеальное место, защищенное от ветра и от чужих взглядов, там можно было не опасаться, что свечи потухнут в самый неподходящий момент, и не опасаться того, что кто-то набредет на это место и сорвет ритуал.

Рисунок с картинки она перенесла днем, когда солнце, сквозь провалы в потолке освещало камни пола, а сам ритуал Кейрин решила провести ночью. Дождавшись, когда дед уснул, Кейрин выскользнула за дверь и помчалась к развалинам. Было страшно, очень страшно, особенно,