Путешественник Книга 8 - Олег Ефремов

практически не замечали. Теневики, словно муравьи, тихо просачивались и медленно двигались сквозь изнанку, имея в себе крохи энергии. Маны в них тоже было чересчур мало, чтобы теневым тварям открыть на них настоящую охоту.

Барбелла не хотела рисковать правителем всего Астарта. Она намеренно пыталась вывести из себя Люциуса, чтобы тот потерял контроль над человеческим телом и в одночасье забыл, о чём они недавно говорили. За последнее время Владыка демонов научился контролировать свой гнев. Теперь его не так легко было вывести из себя, он прекрасно осознавал, что, сменив оболочку, он тут же потеряет часть своей памяти. У Люцифера был собственный теневик, который должен был помочь Анастасии провести в истинный мир ещё двух демонов. Диверсионной группе необходим был тот, кто мог накрыть всех пологом невидимости. Поэтому Люциус взял с собой лишь Воланда, хотя и другие демоны вызвались рискнуть своими жизнями. Этот демон также попал в ловушку Оркуса, потеряв часть своей памяти и сейчас находился в человеческом теле. Только так можно было избежать деградации и забвения.

Переход сквозь изнанку был сложным, приходилось преодолевать сопротивление пространства, но двум теневикам всё же удалось провести отряд диверсантов в нулевое отражение.

Точкой выхода решили выбрать дворец Архангела Михаила. Эту идею предложила Анастасия. Аргументом послужил тот факт, что у них есть полог невидимости, и они смогут избежать охраны вокруг дворца и на входе, где размещены артефакты отслеживания. Выбор пал на то крыло, где размещались гостевые апартаменты, предназначенные для ангелов, что прибывали издалека. Они могли оказаться пустующими, и тогда у отряда будет тихое место, где смогут временно разместиться.

По стечению обстоятельств гостиный номер, куда переместилась диверсионная группа, оказался, к сожалению, непустым. В нём находились две девушки, что сейчас пытались напиться. Они даже не обратили внимание на порыв ветра и открывшуюся дверь, продолжая молча наливать в бокалы и залпом выпивая их содержимое.

Анастасия не поверила своим глазам, обнаружив подруг во дворце. В комнате надирались в сопли Кайла с Вороной, видно, что-то произошло, что так сильно расстроило девушек.

— Пусть покоится его душа с миром, — подняла фужер с вином Кайла, ополовинив его залпом.

— Пусть земля будет ему пухом, — поддержала её Вера, допивая остатки в бокале, потянувшись за бутылкой, чтобы налить ещё.

У Анастасии подкосились ноги от осознания того, что кто-то из отряда Искателей умер. По спине пробежал холодок, а в горле застрял ком от нахлынувших слёз.

— Надеюсь, вы сейчас не Оболенского поминайте? — в полной тишине раздался голос Бель из пустоты.

— Только не говорите, что Оболенский погиб, не прощу себе этого, — раздался с другой стороны голос невидимой Таисии, наблюдающей за происходящим из тени.

— Жаль, что ваш командир отправился в мир иной, — высказался Орлов, посчитав, что Ворона будет так убиваться лишь по одному парню.

— Быть такого не может, чтобы Леонид снова умер, — с отчаянием в голосе произнесла Анастасия.

— Наконец-то сдох этот засранец, — раздался голос Люцифера, что показался девушкам незнакомым.

— Жаль, путешественник бы нам ещё пригодился, — произнёс Воланд, продолжая держать над своей группой полог невидимости.

— Эээ, подруга, нам, кажется, на сегодня пить хватит. Мне уже слышаться знакомые голоса друзей, — Вера отодвинула от себя бутылку вина.

— Не все голоса мне показались знакомыми, но ты права, у нас от пережитого ужаса началась слуховая галлюцинация, — отодвинула свой бокал Кайла. Она осмотрелась вокруг себя, но в комнате было пусто, ничто не выдавало здесь находящихся.

— Странно, почему голоса в голове спросили об Оболенском, ведь сегодня, погиб Серёга Ефимовский? — пожала плечами Ворона, посчитав, что у неё слегка поехала крыша.

В этот момент в помещении раздался облегчённый выдох, словно спустило колесо. Вот тут девушки одновременно подпрыгнули, вспомнив, что с ума сходят поодиночке, но никак не вместе. Они явно обе слышали знакомые голоса, а также раздавшийся вздох облегчения…

Нулевое отражение. Апартаменты Оболенского.

Серёга, открыв глаза, с больши́м удивлением разглядывал необычную неземную обстановку. Он хорошо помнил, как пытался отчаянно выжить, пытаясь удержаться на разъярённой виверне. Прекрасно понимал, что это ему навряд ли удалось, и он, скорее всего, уже умер. Парень рассматривал непривычный глазу интерьер комнаты, в которой сейчас находился. Зачем-то пощупал себя и осмотрел на наличие повреждений, руки и ноги были на месте.

— Не так уж и страшно умирать, хорошо, что успел до падения потерять сознание, — откинув одеяло в сторону, в одних трусах пошёл искать комнату, где можно справить нужду.

— Вроде уже помер, а вот привычки остались, — интуитивно, заглядывая во все двери, нашёл, наконец-то, искомое. Здесь был и душ, чем парень с удовольствием воспользовался. Завернувшись в белое полотенце, снова стал бродить по незнакомым комнатам. За панорамными окнами простиралось синее море. Смотрел он на него с большой высоты, наслаждаясь лучами заходящего солнца.

— Как красиво… — замер он, любуясь открывшимся перед ним пейзажем. — Значит, я не сильно грешил, раз оказался в раю на небесах, — Серёга почувствовал, как в животе заурчало. И тут ему пришла неприятная мысль, только ангелы могут жить так высоко, потому что у них есть крылья.

— Вот только ангелом мне стать не хватало. Не хочу уподобляться бесчеловечным созданиям, — пощупал на всякий случай спину, вдруг там начали прорастать крылья. С облегчением выдохнул, нащупав лишь голые лопатки. Ему показалось, что он слышит знакомые голоса и клёкот виверн, раздающиеся откуда-то сверху. Одному находиться в загробном мире было непривычно, поэтому он пошёл на шум. Широкая лестница вела на крышу, где находились члены отряда Искателей.

— Как хорошо, что вы тоже умерли, значит, мне не будет так одиноко находиться в раю, — Ефимовский широко улыбнулся, рассматривая ребят, что пытались при помощи толстой цепи, приковать за ноги виверн к крыше.

— Оболенский, а почему ты после смерти стал ангелом? — Серёга заметил сложенные крылья за спиной командира. Ребята пытались скрыть улыбки, не желая, так быстро развеивать заблуждение друга. Но Татищев не выдержал и заржал.

— Только самые одарённые в этом мире могут стать ангелами. Если снимем с тебя антимагический браслет, тогда и ты можешь им стать, — пошутил Петька.

— Неужели он и в мире духов блокирует магию? Нет, ангелом я не хочу становиться, лучше останусь простым призраком, — Серёга аж попятился, вспомнив, как ангелы обходились с остальными слугами.

— Как ты себя чувствуешь? Голова не кружится? И ты