Хроники странного королевства. Взгляд в грядущее. (Дилогия) - Оксана Петровна Панкеева

не переживет его смерти, но это не причина для безумия и самоубийства. И поскольку ни Жак, ни Элмар, ни Азиль тебе не снились, я попрошу тебя, малыш, быть осторожнее. Именно тебя. Ты понимаешь?

– Понимаю, – кивнул Мафей. – Но все равно не думаю, что…

– Вот и хорошо, что понимаешь. А теперь, если ты не слишком пьян, будь добр, расскажи мне заодно, что же случилось с нашим наглым мистралийским приятелем.

– Почему наглым? – не понял Мафей.

– Потому, что я так считаю. Он мне нахамил несколько дней назад, и исключительно по причине собственной наглости. Поэтому я так и выразился.

– Он тебе нахамил? – изумился Мафей. – Я думал, он только мне хамит, потому, что я…

– Потому, что ты такой молодой? Да нет, он всем хамит, у него такая манера общаться.

– Я ему скажу, чтобы он перед тобой извинился. Что это он, в самом деле…

– Не надо. Мафей, ты что же, думаешь, что я сам не в состоянии за себя постоять? Я ему ответил так, что на него жалко было смотреть, и он тут же стал вежливым и учтивым.

– А что ты ему сказал? – не удержался Мафей.

– А вот подумай сам, чем его можно было так уесть. У тебя своя голова имеется, а информация у нас одинаковая. Но это ты потом подумаешь, а сейчас расскажи, что же с ним случилось в твоем сне.

Мафей послушно изложил предыдущий сон, правда, не так кратко, как до этого Элмару, Жаку и самому Кантору. У короля нашлась масса дополнительных вопросов, и бедному сновидцу пришлось долго напрягать память и в подробностях описывать бритый затылок палача, поскольку лица он, как ни крути, видеть не мог.

– А почему ты решил, что он голдианец? – спросил, наконец, король, отчаявшись выдавить хоть какую-то особую примету. – Как ты это определил? По затылку?

– Нет… – Мафей осекся и задумался. Почему, действительно, он проснулся в такой уверенности, что палач именно голдианец?

– Ну, вспоминай. На нем была какая-то одежда, или украшения, или еще что-то, указывающее на национальную принадлежность?

– Нет… Кожаная одежда без украшений…

– Верно, обычная спецодежда всех палачей континента. Тогда что? Он говорил по-голдиански?

– Да! – обрадовался Мафей. – Он говорил по-голдиански! Верно!

– Это уже лучше, – пробормотал король, который уж всерьез намеревался поинтересоваться у Флавиуса, нет ли у него в штате палачей-голдианцев, и если есть, нельзя ли их уволить. – Значит, дело будет все-таки в Голдиане. Не у нас и не в Мистралии. А зачем это, интересно знать, им понадобился Амарго? Надо будет навести о нем справки… Что в нем такого? И почему это я так мало о нем знаю? Обленились у Флавиуса сотрудники… Ладно, займемся на досуге. Мафей, ты иди, ложись, и спи дальше. Если тебе кажется, что ты не сможешь уснуть, я тебе еще налью.

– Не надо, – отказался Мафей. – Я смогу… наверное.

– Вот и хорошо. Мэтру я сам расскажу, можешь не волноваться. Если он захочет что-то уточнить, спокойно рассказывай, я от него ничего скрывать не буду. А если не сможешь уснуть, возвращайся, и я тебе все-таки налью еще. Или просто о чем-нибудь поговорим. И не переживай, по крайней мере, ближайшие три луны. Насколько я помню, белый костюм мне придется надевать не ранее, чем в праздник летнего солнцестояния, так что до тех пор беспокоиться не о чем.

– Ой! Ваше величество! – радостно взвизгнула Ольга при виде короля, выходящего из библиотеки. В гостиной немедленно произошло всеобщее шевеление. Элмар поспешно отставил недопитый бокал подальше от себя, как бы этот бокал вовсе и не его. Тереза, как всегда, подхватилась с места, чтобы приветствовать его величество подобающим образом, чем несказанно всех развеселила. Азиль улыбнулась, а Жак, оторвавшись от какой-то шкатулочки, в которой он ковырялся, развернулся на стуле, выжидающе уставившись на короля.

– Вы в гости или что-то стряслось? – продолжала Ольга.

– В гости, в гости, – печально кивнул король. – Я только час назад вернулся из Хины, и решил наведаться к дорогому кузену, побеседовать о политике… А тут такая возможность повидать всех сразу. Так что политика подождет до завтра, тем более что дорогой кузен уже не вполне трезв…

– Шеллар! – обиделся дорогой кузен. – Перестань делать из меня пьяницу! Это всего третий бокал за весь день. Я что, по-твоему, должен совсем отказаться от вина, как какой-нибудь мистик, дающий обет? Ты что, хочешь, чтобы надо мной весь корпус смеялся? И вообще, когда ты собираешься жениться?

– Как и было обещано – до начала лета, – невозмутимо ответствовал король, занимая свободное кресло. – Ты мне лучше объясни, что стряслось с мэтром Истраном? Куда он делся? Перед моим отъездом он плохо себя чувствовал, и мне пришлось взять с собой другого мага. А когда я вернулся, оказалось, что мэтр и вовсе пропал. Мафей объяснил как-то совершенно непонятно, что старик уехал лечиться и вернется через пару лун. Куда уехал? Зачем? Развей мои сомнения, он не умер, и вы не пытаетесь скрыть это от меня, чтобы не расстраивать?

– Ну что ты, – поспешил заверить его Элмар. – Он действительно просто уехал. Надо было тебе спрашивать не у Мафея, а у магов постарше, они бы тебе понятнее объяснили, и ты бы не переживал так. Я вот спросил у Дреббса, и он мне популярно объяснил. У мэтра Истрана сердце шалит уже лет сто, так что он периодически уезжает лечиться. Мы с тобой просто не знаем, потому что последний раз это было тридцать лет назад. Он уединяется в некоем особом, одному ему известном волшебном месте, и каким-то образом сам себя лечит… ну, и заодно слегка омолаживается. Так что, не переживай, он действительно вернется через пару лун.

– Спасибо и на том, – вздохнул король. – Однако, как не вовремя… Я ему хотел кое что рассказать и посоветоваться… Впрочем, две луны это дело вполне подождет.

– Это ты не о женитьбе? – тут же поинтересовался Элмар.

– Нет, – проворчал король. – Как ты меня достал! Ты что, боишься, что, если ты не будешь мне об этом напоминать, то я сломаю свое королевское слово?

– Ну что ты так, в самом деле… Это я по привычке. Не обижайся. А когда ты нас познакомишь со своей избранницей?

– Когда изберу, – кратко ответил король и обратился к Ольге, чтобы отвязаться от неприятной темы: – Ольга, а как там поживает твой милый Диего? Он появлялся после того?

– Появлялся, – кивнула Ольга. – В пятницу. Почти на целый день, только нам весь день мешали. Ваше величество, а что вы ему сказали… тогда?

– А что, он