Дом на отшибе - Дмитрий Станиславович Федотов

– Хуже. Какой-то пьяный говнюк пристаёт к твоей Альбине…

– А она одна или с кавалером?

– Похоже, что с подругой. Та вжалась в стул, а тип держит Альбину за плечи и трясёт… По-моему, он пьян!.. – Соболев встал. – Пойду разберусь.

– Вадим, только без тяжких, я тебя прошу! – Андрей вовремя вспомнил, что его друг органически не выносит, когда на его глазах обижают, а тем более бьют женщину.

– Там видно будет!..

Рокотов сомневался буквально несколько секунд, потом тоже вскочил и кинулся к лестнице. К счастью, она выходила в зал как раз возле подиума с музыкантами. И всё же когда Андрей очутился внизу, то понял, что опоздал. Его друг не стал принимать артистических поз и взывать к разуму и порядочности хулигана. Он просто снёс его на скорости, с какой выскочил из дверей.

Поверженный мужчина – в костюме, но какой-то помятый, неухоженный, – тяжело ворочался между столиками метрах в трёх от Альбины, а сама она замерла от пережитого только что шока, вытянув обнажённые руки по швам и закрыв глаза.

– Вы целы, Альбина Львовна? – спокойно поинтересовался Вадим, касаясь её руки.

Следователь открыла глаза и удивлённо уставилась на своего спасителя.

– Откуда вы меня знаете?.. – начала она, но тут на лице её проступило радостное удивление. – Постойте… вы – Соболев! Вадим Игоревич?..

– Да, это я… – Вадим галантно взял Альбину за руку и поцеловал кончики пальцев.

Рокотов наблюдал эту сцену, как во сне, не подходя и не пытаясь привлечь к себе внимания. Поэтому он первый и заметил возникшую опасность. Сражённый противник опомнился и, вместо того чтобы задать стрекача, решил взять реванш. Андрей увидел только стремительно метнувшееся на Соболева тело, будто прыгнул не человек, а зверь. Да и рычал незнакомец подобно волку!

Вадиму не хватило доли секунды отразить бросок, он просто не ожидал такой стремительности. И вот уже они, сцепившись, покатились кубарем между столиков под новые вопли женщин и ругань мужчин. Спустя пару секунд оказалось, что обидчик Альбины оседлал Соболева, вцепился ему в горло мёртвой хваткой и не думает отпускать, невзирая на наносимые ему Вадимом удары в голову и по рёбрам. Тогда Рокотов решился и, примерившись, пнул негодяя в лицо. Раздался противный хруст, нос нападавшего расплющился, брызнула кровь, тонко заверещала подруга Альбины, а сама следователь, как подкошенная, села на стул и закрыла лицо руками.

От страшного удара мерзавец упал навзничь, и тогда Андрей наконец узнал его: Боровиков!.. Открытие настолько ошарашило, что Рокотов пропустил момент, когда «великий Унху» снова вскочил и вдруг кинулся прочь, но не к выходу из ресторана, а к служебному проходу, ведущему на задний двор. Соболев уже тоже был на ногах и устремился вслед за ним, хотя и заметно побледнел после смертельной схватки с безумцем.

Рокотов через секунду бросился следом, и там, на хоздворе, произошло то, чего никто и никак потом не смог объяснить. Поняв, что свернул не туда, Боровиков остановился и развернулся к преследователям. Вдогонку за сыщиками во двор выбежали люди – свидетели необычной драки, в том числе и старший следователь Бортнюк, пылая праведным гневом.

Увидев перед собой толпу разозлённых мужчин и женщин, безумец вдруг принял расслабленную позу и расхохотался. Но смех его был не радостным, а жутким. Потом он широко раскинул руки и, продолжая улыбаться, завёл то ли песню, то ли странную молитву на непонятном никому языке. Несколько мгновений спустя на его ладонях вспыхнули яркие огненные мячики. И тогда Соболев понял, что сейчас произойдёт, а ещё он неожиданно вспомнил о комочке шерсти, данной ему дедом Шишком два дня назад. Скорее инстинктивно, а не по разуму он выхватил комок из нагрудного кармана рубашки, кинул в противоположную сторону от заката над рекой, на груду пустых ящиков, и быстро проговорил:

– Явись-проявись, дед Шишок, на вершок!..

Раздался треск, груда зашевелилась и раздвинулась, в ней образовался небольшой проход, будто подсвеченный изнутри, на миг в проходе обозначилась знакомая мохнатая физиономия и отчётливо подмигнула Соболеву. Тогда он, не раздумывая, схватил за локоть Рокотова, в охапку Альбину и, чувствуя, как буквально рвутся связки в голеностопных суставах, что есть силы нырнул в открывшийся проход. А в следующий миг в эту груду прилетели сразу два огненных шара, и ящики вспыхнули – все и сразу.

Глава 9

19 июня 2022 года, Усть-Манск

Пробуждение было тяжёлым и неприятным, как после большой пьянки. Вдобавок перед глазами всё ещё мелькали остатки жуткого сна: какой-то страшный пожар в большом старинном доме, пляшущий человек в странном наряде из волчьей шкуры, высокий столб с прижавшимся к нему мужчиной, объятые пламенем, а в нём – искажённое злобой женское лицо…

Соболев разлепил веки и тут же зажмурился – солнце било из открытого окна световыми копьями точно по глазам. Вадим полулежал в кресле в своём рабочем кабинете, окнами на восток. Спина и шея затекли от неудобной позы. Чертыхаясь, он выбрался из кресла и принялся делать гимнастику, приводя тело в порядок. К тому же он обнаружил, что даже не раздевался. Все попытки вспомнить вчерашние события после их странного бегства из ресторана к успеху не привели.

Соболев почувствовал, что тело вновь стало его слушаться, и двинулся в обход квартиры, надеясь разобраться в текущей обстановке. Часы на кухне показывали семь часов утра. На плите тихо посвистывал чайник, а на столе стояла сковорода под крышкой. Вадим приподнял крышку и втянул носом ошеломляющий запах омлета с ветчиной и укропом.

– С добрым утречком, хозяин! – Перед ним, будто из ниоткуда, появился Шишок со стаканом молока в одной руке и куском хлеба с маслом в другой.

– Привет, Серафим Афанасьевич. – Соболев усиленно потёр лицо ладонями. – Скажи, пожалуйста, что это вчера было?.. Как я здесь очутился?..

– А по-прежнему очутились, легкоступом, конешно! По-другому я-от и не умею.

– Очутились?!

– Ну да! Те двое аккурат на твоей постели поместились.

Вадим молча бросился в спальню. Там, на широкой двуспальной кровати, прямо поверх покрывала лежали Андрей и Альбина. Одетые. Рокотов спал на спине, закинув руки за голову. Старший следователь – свернувшись калачиком у него под мышкой.

Глядя на эту идиллическую картину, Соболев невольно прыснул. От его смеха Альбина проснулась. Несколько секунд она таращилась на лежавшего рядом Андрея, а потом с визгом отшатнулась и свалилась с кровати. Продолжая голосить, бедная женщина прямо на четвереньках кинулась вон из комнаты и налетела на Вадима.

– Альбина Львовна, дорогая, успокойтесь! – Соболев мягко схватил её за плечи и поднял