Путешественник Книга 8 - Олег Ефремов

— Хочешь сказать, что вы сменили обличие и явились сюда, чтобы поймать путешественника? Тем более его тебе не отдам, вдруг он обладает тем, что и мне понадобится, — Михаил не поверил Барбеле, чувствуя за её словами подвох.

— А тебе тогда он на что? Снова сделаешь его своей ручной шавкой? Можешь оставить на нём свой нерушимый браслет, снять его ни у кого всё равно не получится. Обещаю, что мы с Люциусом свалим с пареньком в мир демонов и ещё долгое время здесь не покажемся, — Архангел задумался над предложением, но всё же не пошёл на поводу у своего брата и его жены.

— Нет, путешественник останется у меня. Не хочу, чтобы демоны разгуливали в моём мире как у себя дома. А вы так и так уберётесь, если не хотите умереть от моей руки, — Михаил больше не видел смысла в переговорах, собираясь активировав печать, что должна убить на месте любого. Барбела не стала рисковать жизнью, взяв Люциуса за руку, велела тени, что всегда находился подле своего господина, сопроводить их домой.

Дорогая, зачем ты сдала моему брату Оболенского, ты же хотела его спасти? А в итоге ничего не добилась? — Люцифер не выдержал и всё же спросил, когда они уже шли по теням.

— Как это ничего не добилась? Я сохранила ему жизнь, вызвав любопытство у Михаила. Теперь он будет пытать парня, подмешивая ему разные снадобья, развязывающие язык, но точно убивать не станет, — Бель широко улыбнулась.

— Может, проще было его прикончить, ведь он вы болтает много лишнего. Поведует, как нас наказал Оркус, да и про твои построенные храмы расскажет, — демон даже остановился, желая повернуть назад.

Ну и пусть расскажет. Храмы ещё не достроены, путешественник у него в плену, самостоятельно запустить их у меня не получится. Архангел Михаил не станет ничего делать до тех пор, пока не появятся там портальные арки. А про Оркуса, пусть знает, опять пришлёт к нам своих провокаторов. Вот только мы будем начеку и быстро вычислим тех, кто станет мутить воду. Таким образом, очистим ряды демонов от предателей, — Люциус почесал между рогов, которых у него сейчас не было, но привычка осталась, согласившись с мудрость своей жены. Прислужников Михаила надо было чем-то спровоцировать, и слабость Верховных демонов была хорошим стимулом, чтобы снова начать плести интриги и начать раздувать конфликты на пустом месте.

— Но тебе разве не жалко мелкого выскочку, ведь не станешь же снова его спасать из лап брата? — муж знал, что Бель так просто Оболенского не оставит и рано или поздно попытается его снова забрать. — Ты можешь пострадать. Архангел Мтхаил только и будет ждать твоего появления, чтобы был повод напасть на тебя.

— Не думаю, что у Психа нет плана, как самостоятельно выбраться. Он не настолько безрассуден, чтобы рисковать своей жизнью. Видно, один из его планов не сработал. Ангелы выбрали очень жестокое наказание для невиновных, поэтому отвлекая внимание, взял вину на себя. Если в течение трёх дней Оболенский не покинет тюрьму твоего брата, то придётся снова сюда вернуться. А пока нам нужно заработать финансы и прикупить мне жильё. Во дворец возвращаться больше нельзя, там слуги перевёрнут все вверх дном, но не позволят бродить диверсантам как у себя дома, — тут Бель резко остановилась, а Люциус налетел на неё. — Мы забыли про одного невезучего малого, что пришёл с нами сквозь изнанку, надеюсь, Анастасия с Таисией о нем позаботятся. Кажется, у него была птичья фамилия, то ли Соколов, то ли Орлов.

— Хватит заботиться о каждом сосунке, он знал, на что шёл. Вот пусть и выкручивается самостоятельно. Лучше позаботься о своём муже. Как ты думаешь, Оркус ещё жив? Не пора ли нам освободиться от слишком тесного человеческого тела? — рядом с братом Михаилом, что превышал Люцифера в размерах, пока тот был в человеческом облике, демон чувствовал себя неуютно. Ему хотелось расправить кожистые крылья и показать всю свою мощь. В демоническом облике демон был даже больше своего брата.

— Не стоит нам с этим торопиться. Демонам вход в ангельские земли запрещён, так что пока не накажем твоего брата — предателя и не отыщем божественный артефакт призывающий Бога, мы продолжим прикидываться людьми. И прекрати уже чесаться, повредишь свою новую оболочку, — прикрикнула она на мужа, что никак не мог избавиться от старой привычки.

— Мои Владыки, может, продолжите двигаться молча, а то я ощущаю волнения теневого плана, — осадил Тень своих господ, что забыли о том, что нельзя много говорить и нервничать в теневом плане…

Нулевое отражение. Площадь для казни перед дворцом.

Говорят, перед неминуемой гибелью перед глазами проносятся лучшие моменты своей жизни. Скоро меня должны казнить, и выжить даже с артефактами последнего шанса шансов у меня нет. Сбежать — тоже не выйдет, у меня заблокирована магия. Божественные артефакты остались в апартаментах в Марселя. Во дворец, а где будет много ангелов с различными способностями, брать с собой хоть один божественный артефакт не рискнул. Да и как бы я достал свой клинок на глазах у всех, чтобы избавиться от браслета? Оставалась небольшая надежда, что ребята загадают желание джинну, дабы он меня спас. Но что-то никто не спешил прийти мне на помощь. Пленников, с которых я снял обвинение, увели снова в темницы. Их обещали ещё раз допросить, чтобы потом освободить, если не призна́ют повторно вины. Меня же вывели на эшафот, где стали привязывать к странной конструкции, которая должна была медленно разорвать меня на куски. Тросы были натянуты. Я был растянут на дыбе как четырёхконечная звезда. Палачи ждали отмашки Архангела Михаила, когда тот отдаст приказ меня казнить. В последний раз смотрел в чистое небо, по которому неспешно плыли белоснежные облака. Даже помолился Господу, но не местному, что не пришёл восстановить справедливость, а тому, в которого так верили на Земле.

И тут что-то произошло, хотя как я ни крутил головой, ничего так и не увидел. Зато слышал обеспокоенный гул нарастающих голосов ангелов, обсуждавших поспешный уход архангела, ничего никому не обьяснившего. Вот теперь я поверил в присутствие незримых сил, отвлёкших главу от важного дела, моей казни.

Прошло более пятнадцати минут, как я завис