Тройная метка. Истинная диких Альф - Екатерина Антонова

Готова…

Эти слова эхом мелькают в голове. И я оборачиваюсь в человека.

Ночной холод мгновенно кусает кожу. Я больше не ловкая волчица, а просто Ева. Хрупкая, маленькая. И мне немного страшно. Нет, я не стала за один день всемогущей.

Но ведь сила не в том, чтобы страха не было, правда? А в том, чтобы преодолеть свой ужас и сделать шаг вперед…

Я стою посреди залитой серебром лунного света поляны абсолютно нагая. Полная луна сияет, превращая капли пота на моей коже в крошечные алмазы.

Демьян издает низкий, утробный рык. Его алые глаза вспыхивают в вожделении.

Трое огромных волков начинают медленно кружить вокруг меня, сжимая кольцо, втягивая воздух, жадно облизываясь. Рыча, но при этом не касаясь.

Острая вспышка стыда пронзает изнутри. Резко прижимаю ладони к вздымающейся груди и прячу лобок.

— Не прячься, — слышится властный хрип.

Хруст костей разрывает ночную тишину. Демьян оборачивается в человека. Альфа предстает передо мной во весь свой огромный рост. Могучий, высокий, возбужденный.

Он ладонями перехватывает мои запястья и мягко разводит их в стороны.

— Смотри на меня, Ева, — рычит старший альфа, алые глаза жадно скользят по моим ключицам, небольшой груди, тонкой талии и дрожащим бедрам. — Ты безумно красивая… Не смей закрываться от нас.

Он не берет силой. Да, Демьян сдерживает безумие гона, его литые мышцы напряжены до предела. Но через пульсирующую золотом метку на животе мне передается его бесконечное обожание.

Сзади раздается синхронный хруст.

Мягкие пряди щекочут мою спину, а к пояснице прижимается нечто внушительное. Савва. Он шумно дышит мне в шею.

— Ты сводишь с ума, маленькая, — шепчет блондин, обжигая дыханием.

Сбоку бесшумно вырастает мускулистый силуэт Власа. Младший альфа скалится, его зрачки расширены, низ живота напряжен. Большой член упирается мне в бедро.

— Попалась, детка… — хрипит, проводя пальцами по моей талии. — Теперь не уйдешь.

Они начинают ласкать меня.

Демьян запускает пятерню в мои волосы, жестко наматывает их на кулак и жадно впивается в губы. Альфа прикусывает их до легкой боли. Пьет мои стоны…

Савва опускается с поцелуями на мои плечи, очерчивает языком линию плеч и прикусывает нежную кожу у основания шеи. Я вскрикиваю в губы Демьяна. Мурашки рассыпаются по коже.

А руки Власа скользят вниз, сжимая внутреннюю сторону моих бедер, раздвигая ноги шире.

— Дай мне… — Влас нагло отрывает меня от старшего. Поначалу хочу зарычать, что прервал сладкий поцелуй… но, глядя в его сияющие алые глаза, закусываю губу. Это Влас… и он такой вот. Наглый, невыносимый… мой альфа.

Младший впивается в мой рот голодно, властно. Наши языки сплетаются в порочном танце.

Демьян жадно рассматривает мою грудь, я кожей чувствую его тяжелый взгляд. Старший сминает ее ладонями, горячими губами накрывает напряженный, затвердевший сосок.

— АААХ! — кричу в рот Власу, выгибаясь дугой.

Старший со звериным рокотом дразнит языком чувствительную вершинку, слегка сжимает зубами. Острая боль осколками рассыпается, сильнее распаляя мое желание.

А Савва сзади жестко обхватывает мои ягодицы, вжимая в свой каменный стояк.

Волки меняются плавно, словно в ритуальном танце.

Савва встает передо мной, заглядывая прямо в глаза. Ладонями накрывает мою налившуюся желанием грудь. Нежно, требовательно массирует, вырывая из меня один протяжный стон за другим.

Что со мной… боги! Я такая порочная!

— Дыши, Ева, — шепчет Савва, большими пальцами кружа вокруг ноющих от желания сосков. — Отдайся нам вся… без остатка.

Влас позади. Опускается на колени. Разводит мои ягодицы в стороны, подставляя самое сокровенное прохладному ночному воздуху.

— Нет! Влас, пожалуйста… — смущенно бормочу, щеки вспыхивают румянцем, стыд накрывает с головой. — Не смотри туда!

— Ты моя самочка, — хрипло смеется он, пальцами слегка раздвигая влажные складки. Я начинаю дрожать. — Ты самая красивая во всех местечках. Выгнись для меня. Вот так…

И он прижимается горячими губами прямо к моей изнывающей от течки плоти.

— АААХ! — перед глазами темнеет на миг. Меня всю пронзает острый разряд удовольствия.

Крик срывается с губ, но Савва мгновенно ловит его губами, глубоко целуя меня. Запечатав мой стон, блондин продолжает дразнить соски.

Боги…

Влас безжалостно терзает клитор языком. Выпивает меня всю.

Демьян шепчет на ухо темные, грязно-сладкие непристойности о том, как они все трое будут брать меня этой ночью. Вместе и по очереди.

Они действуют слаженно, как единый организм. Как стая на охоте.

И в один миг я будто слепну. Живот скручивает мощнейший спазм, ноги подкашиваются. Сильно кончаю, содрогаясь всем телом в их руках.

Влас прижимается губами к моему лону.

— Сладкая, — рычит возбужденно, — умница…

— Держу, держу тебя, девочка… — шепчет Савва, подхватывая меня и помогая не упасть.

Альфы берут меня в плотное кольцо.

Их руки повсюду: на талии, бедрах, груди, спине. Они гладят, успокаивают, но тяжелые взгляды обещают продолжение.

В точности как в том порочном сне… только в тысячу раз острее и ярче.

Задыхаюсь, пальцами обвиваю широкие плечи Савелия и, смелея, притягиваю его к себе.

— М-м-м… — Савва глухо стонет прямо мне в губы, с жаждой отвечая на поцелуй. Он впускает мой язык, словно давая разрешение. Толкаюсь сначала робко, но потом срываюсь и жадно впиваюсь в рот альфы.

Демьян нежно целует мою шею, оставляя алые метки. Влас утыкается носом в мои растрепанные волосы на затылке, жадно вдыхая и глухо порыкивая от возбуждения.

Я стягиваю пальцами шелковистые волосы пепельного волка. Вся скромность стерта жадными поцелуями и порочными словами моих истинных.

С трудом оторвавшись от припухших губ Саввы, я перевожу дыхание. Смотрю в его гипнотические, голубые глаза с алыми прожилками, в которых бушует пламя.

Перевожу затуманенный взор на Демьяна, затем на Власа. И понимаю, что всем своим естеством хочу большего…

От этих мыслей волчица поднимает голову, порочно рычит. Мои клыки удлиняются.

— Я… — шепчу, проводя по ним языком. — Хочу попробовать каждого из вас… на вкус.

Глава 54. Вкус истинных

Ева

Хочу попробовать каждого из вас на вкус…

Стоило этим словам сорваться с