Цветич. Книга 3 - Alex Stereoma

– Понимаешь теперь, почему я тебя позвала? – выдохнув потянулась Милица рукой к электрическому чайнику и нажала на кнопку включения.

– Это дурдом какой-то, – отозвался Ник.

Они с Милицей, наверное, раз восемь или девять то поднималась, то спускались по лестнице в главном корпусе, бегая подписывать документы, чтобы забрать документы.

– Бюрократия, – развела руками Милица и приподняла очки, чтобы помассировать переносицу, – но зато во всей этой кутерьме мне удалось выяснить одну интересную деталь касательно твоей проблемы.

Никола напрягся, «подвальная болезнь» была его нелюбимой темой для разговора, и даже с психологом они общались об этом осторожно.

– Что за деталь?

– Теперь я уверена, что под землёй ты не любишь находиться чисто из-за психологических проблем, связанных с неприятным опытом, полученным в раннем возрасте.

– Я это и без вас знал, – немного грубовато ответил Ник и тут же извинился.

– Да ничего. Такая реакция тоже имеет место быть. Я пока не наметила точный курс, но подвижки или точнее идеи в купировании симптомов твоих панических атак у меня уже есть.

Цветич непонимающе пялился на довольное лицо психолога. Было непохоже, что она врала. Всего несколько встреч и разговоры помогли понять ей, как ему помочь?

Чайник закипел и щелкнул. Налив себе и мальчику кофе, она поставила перед ним кружку и только потом вспомнила, что тот его не пьет. Забавно поморщившись, Милица хотела отодвинуть напиток, чтобы не раздражать пациента, но наткнулась на полный сомнения взгляд и спросила:

– Не веришь, что я могу тебе помочь?

– Честно говоря, не очень. Я довольно долго ходил к «именитым», – с иронией в голосе произнёс Ник, – психологам, но те только руками разводили и говорили всякую чушь. А вы за три встречи сумели выяснить, как мне избавиться от… – парень так и не договорил, но это и не требовалось. Милица и так поняла, о чём идёт речь.

– Не избавиться, Никола, – серьёзно посмотрела она в карие глаза юноши, – я пока лишь нашла зацепку, как помочь тебе в случае чего на время купировать возможные симптомы панической атаки, если тебе СИЛЬНО потребуется куда-то спуститься под землю.

– И как вы из разговоров поняли, как мне помочь? – всё еще источая пессимизм, спросил Цветич.

Милица победно взглянула на мальчика.

– А кто сказал, что только из разговора? Ты даже не представляешь сколько раз ты сегодня был под землёй, но, фокусируясь на задаче помочь мне, так и не заметил этого.

Спина Николы покрылась холодным потом, а по его лицу женщина поняла, что тот догадался.

Психолог продолжила:

– Да, Никола, когда мы были в главном корпусе и бегали туда-сюда с бумажками, архив на «первом» этаже, был на самом деле в подвале, и спускались туда мы три или четыре раза, как ты сам помнишь.

Милица обогнула стол и уселась в кресло, наблюдая как на лице юноши отображается вся его работа мысли.

Никола был ошеломлён. Кто-то ведь скажет ерунда? Подумаешь, пару раз спустился в подвал, не великое дело… Но для Цветича это был словно луч света в непроглядной тьме. Трудно понять его состояние тому, кто никогда не испытывал неконтролируемого страха, однако юноша всей душой чувствовал, как невидимые оковы, сковывающие цепкими «лапами» его душу слабеют. Не решение, но хотя бы шанс.

– То есть, когда я фокусируюсь на какой-то задаче, то могу не замечать, что нахожусь под землёй? – аккуратно спросил Ник.

– Это ты мне скажи, – поиграла бровями Милица, – нам осталось самое трудное – выяснить, как сделать так, чтобы ты мог если не совсем избавиться от своих страхов, то хотя бы был в состоянии им противостоять. Расскажи, что ты сейчас чувствуешь, а мы вместе попробуем найти решение…

***

Двадцать четвёртого марта на стадионе «Зелёная полянка» собралось по меньшей мере триста зрителей, среди которых яркой кучкой выделялась массивная группа девчонок, что пришла поболеть за местную команду. Никого не смущал товарищеский характер будущего матча, настолько болельщики соскучились по игре местных ребят.

Пока строители еще не успели произвести ремонт всех трибун на стадионе, поэтому вместо старых скамеек, новые сиденья присутствовали только на четвёртой части зрительских секторов.

Стояла солнечная безветренная погодка, а на небе медленно плыли пушистые белые облака. Многие девушки уже не стесняясь надели юбки, чем радовали взор вышедших на зелёное поле мальчишек.

– Вот бы лето никогда не заканчивалось, и я весь год мог наблюдать эту красоту, – тёплым взглядом провожал Александар очередных болельщиц, что поднимались по ступенькам между зрительских секторов.

– В кои-то веки я согласен с блондином, – поддакнул Стефан, и сам наслаждаясь прекрасным видом.

– Э, а тебе можно вообще на других девчонок смотреть? – не забыл поддеть «врага» своим замечанием. – Что, если Виолета увидит, как ты пялишься на чужие ножки? – скорчил рожу Ковач.

Но Ранкович не ответил, только с презрением и капелькой превосходства взглянув на мелкого Осквернителя Еды. Еще в феврале они с компанией вшестером ходили на групповое свидание, и так уже получилось, что у Стефана появилась девушка. Парень сначала приударил за темноволосой Марией, но еще в процессе общения оба подростка поняли, что совершенно не подходят друг другу. Зато с Виолетой, что ходила парой с Алексом и впоследствии на него обиделась, у Стефана очень даже срослось в процессе переписки в Квакере. И вот с восьмого марта они стали встречаться.

– Ты чо так зыришь? – поменялся в лице Алекс, заметив, как самодовольно прищурился Стефан. – Тебе просто повезло, что я был не в форме, а так бы Виолета была…

Свисток тренера Луки прервал жалкие потуги блондина хоть как-то подпортить счастливую рожу здоровяка.

– Четыре круга вокруг поля. Бегом! – рявкнул младший Петрович и еще раз свистнул в свисток.

Команда «Полянец» растянулась в колонну по двое, и мальчишки побежали разминаться. Особо выделялась новая форма, что будто сверкала в лучах утреннего солнца. Теперь у секции было сразу три комплекта: домашняя – с привычным дизайном зелёной футболки с белой полоской от плеча к бедру и чёрные шорты, именно в этой и бежали юноши; выездная – с зелёной футболкой и белыми шортами; запасная или, как её еще называли сами мальчишки, парадная, состоящая из белой