Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 - Юлия Алексеевна Фирсанова

— Всем пока! — Дартен (Элтон) изобразил небрежный круговой поклон. — Кстати, какие такие бутылки я тебе должен? Не помню, — обратился он к трупу Алана. — Ладно уж, потом разберемся, если сам вспомнишь. Подсоби, брат. — Дартен подошел к Брианэлю, выполняющему сегодня роль Смерти.

Энтарис с усилием встал, обозрел бедлам, устроенный братьями из торжественной гибели, и неодобрительно качнул головой. Потом не торопясь дохромал до бара, выбрал бутылку отменного красного вина, хрустальный бокал, вернулся, аккуратно огибая тела Алана и Рейля, в кресло и, последовав примеру рыжего, выпил яд.

Эллар (Лейм) со слезами на глазах посмотрел на Элину и, не заботясь о том, услышит ли его кто-то кроме кузины, выпалил:

— Надеюсь, мы встретимся, любовь моя!

— Конечно, милый. — Принцесса ласково улыбнулась кузену и кивнула.

— Отправь меня сама, пожалуйста, — взмолился Эллар, подходя к ней.

Элина подарила ему на прощанье сладкий поцелуй и легонько кольнула иглой в шею. Словно заснув в объятиях кузины, Эллар обмяк. Богиня медленно опустила брата на пол и в последний раз провела рукой по мягким кудрям.

— До встречи, сестра. А мне не подаришь поцелуй напоследок? — блеснул Рейджильд (Джей) кривоватой нервной улыбкой, отвлекая богиню от прощания с кузеном.

Вместо ответа девушки обняла его, и их губы слились. С неохотой оторвавшись от манящих уст богини, Рейджильд достал собственный любимый кинжал и молча протянул его Элине рукояткой вперед. Приняв оружие, принцесса вернула его брату, вонзив в сердце.

— Брианэль, — обратилась девушка к мужу, последнему кроме нее живому члену семьи. — Я рассчитываю на твой клинок.

Мужчина мрачно кивнул, принимая просьбу как последнюю обязанность и честь, поцеловал жену, глубоко вздохнул и мгновенным ударом кинжала оборвал ее жизнь. С тоской обозрев зал, напоминающий теперь поле боя, Брианэль вынул из ножен верный меч и вонзил его себе в живот, резко повернув. Бог лег рядом с женой и еще успел холодеющими руками обнять тело любимой…

Пошатнувшись от внезапно спавшего напряжения, когда видение оборвалось, принцесса с братом переглянулись. Элия, вздрагивая, молча прижалась к груди Джея. Он нежно, но очень крепко обнял ее. Сейчас, как никогда раньше, сестра была ему особенно дорога.

— Теперь мы действительно знаем все, — тихо прошептала девушка и улыбнулась сквозь слезы.

Бережно собрав пальцем несколько ее драгоценных горячих слезинок и выпив их, принц кивнул. Его и самого все еще бил озноб после увиденного, ведь не каждый же день доводится попасть на премьеру документального фильма о собственной кончине.

— Пойдем в наши комнаты. Больше здесь делать нечего, — горько прошептала Элия. — Но Кальтис должен заплатить, заплатить за все, — добавила она, и на сей раз в тоне принцессы была не горечь, а холодная звенящая ненависть, приговор убийце семьи.

Джей снова угрюмо кивнул.

Оставив позади мрачный зал видений, лоулендцы двинулись обратно. Принц осторожно поддерживал сестру под руку. У входа в отведенные им апартаменты девушка заметила вездесущего Пирата, умудрившегося каким-то образом приоткрыть дверь и выбраться на свободу, ладно хоть Апельсинка с семейством за ним не последовали. Кот, гордо задрав хвост, с крайне деловым видом изучал свои новые владения. Особенно его заинтересовала простая ниша, в глубине которой находился магический светильник. Левая стена этой ниши, казалось, с неодолимой силой притягивала кота.

— В чем дело, Пират? — спросила Элия, наклонившись и поглаживая его по спине.

Кот внимательно посмотрел на девушку и принца и, мяукнув, поскреб лапкой каменную кладку.

— Кажется, стоит взглянуть на эту стеночку, — решил Джей.

Мужчина зашел в нишу, чуть прищурившись, внимательно осмотрел кладку, потом протянул руки, и его чуткие пальцы осторожно заскользили по камням. Раздался еле слышный щелчок, и кусок стены медленно повернулся, открывая дорогу в темноту.

— Возвращайся назад, Пират, — обратилась Элия к коту, выполнившему роль Вестника Случая. — Мы посмотрим, что там, и вернемся. Охраняй наши комнаты.

Словно поняв ее слова, рыжий проныра развернулся и юркнул в небольшую щель между дверями в покои принцессы.

Джей, порывшись в своих бездонных воровских карманах, выудил маленький белый шарик, и, убедившись еще раз, что в коридоре пусто, брат и сестра активизировали браслет-невидимку и скользнули в открывшийся проход. Принц пошарил по камням сбоку от себя, и проход неслышно закрылся за ними. Шарик в руке Джея, после того как принц потер его рукавом, засветился рассеянным белым светом. Этого было достаточно, чтобы видеть небольшое пространство перед собой. Мужчина пошел первым, сестра последовала за ним. К счастью, в извивах тайных узких коридоров все еще действовало пылеотталкивающее заклинание, так что следов боги не оставляли. Девушка уже поняла, что они наткнулись не на потайную комнату, а на целую сеть альвионского лабиринта, невидимой паутиной связывающего все этажи.

По-видимому, привычка семьи к обитанию в замках с потайными ходами оставалась неизменной при переходе из инкарнации в инкарнацию. Во всяком случае, лоулендский лабиринт любили и использовали с выгодой для себя все.

После видения, буквально перетряхнувшего душу, в памяти принцессы начали всплывать целые куски воспоминаний. О жизни в Альвионе, своих привычках. В том числе и об этом лабиринте тоннелей. С Джеем, похоже, творилось то же самое.

Неожиданно далеко впереди принц заметил слабый проблеск света. Быстро сунув шарик в карман, Джей взял сестру за руку, попадая в поле браслета, и в полной темноте невидимые лоулендцы пошли к лучику света, пробивающемуся, как оказалось, через небольшое круглое отверстие в стене. Приникнув к нему, лоулендцы увидели Кальтиса, стоящего на коленях перед портретом женщины в шикарном черном декольтированном платье — принцессы Элины. Король постанывал от доставляемого самому себе удовольствия.

Решив, что на сегодня впечатлений им уже хватит, брат с сестрой быстро развернулись и почти бегом, пока король не почувствовал их присутствия, устремились обратно по коридору. Богам оставалось лишь гадать, чья же старая жестокая шутка (замаскированное окно из гномьего стекла, абсолютно непрозрачного, неотличимого от камня с наружной стороны) помогла им увидеть это «занимательное» зрелище.

Заговорили (разумеется, мысленно, на родственной волне, недоступной для прослушивания) «сказители» только после того, как оказались в своих комнатах.

«Мы угадали с истоком увлечения Кальтиса сероглазыми шатенками. Теперь ясно, где король подхватил эту манию. Нашел после разгрома чью-то молельню и, не удержавшись от искушения, взглянул на портрет, — сделала логичный вывод девушка. — Интересно чью?»

«Мою», — глухо уронил Джей.

Элия и так знала, что у многих братьев есть тайные комнаты, посвященные ей. Принц решил признаться сразу. Он прямо-таки излучал гнев и скорбь, так что девушка все равно догадалась бы, чье святилище обнаружено и осквернено. Если уже не поняла… Так стоило ли скрывать?

«Не