Невеста (патологоанатом) для некроманта - Анна Морская

«Волшебство» же, после беглого ознакомления с несколькими книгами, показалось мне в итоге не таким волшебным, как виделось на первый взгляд.

Насколько я поняла, магосозидатели — это что-то вроде программистов, которые не могут писать код реальности, но способны его править и настраивать. Разумеется, в очень узких границах, и главное, что взаимодействуют они только с неживой материей.

Что касается жизнетворцев, те больше похожи на эдаких операторов живых организмов, они не работают ни с какими кодами и параметрами, но могут менять свойства материи каким-то более нативным способом. Такие биоинженеры, своего рода.

Тех, кто избирался на пост дияра, другие члены Конклава целенаправленно прокачивали до какого-то невообразимого уровня по определенной специализации, до которого самостоятельно ни один жизнетворец добраться не мог.

Мне вот в женихи достался дияр, специализирующийся на мертвой материи. Знал бы кто-нибудь, как это иронично.

Природа сил что магосозидателей, что жизнетворцев оставалась не слишком ясной.

Мне пришла в голову мысль, что так могла подшутить эволюция, в результате чего местные смогли взаимодействовать с чем-то, в нашем представлении похожим на магию.

Пресловутые темная энергия и материя? Ответа не нашлось.

В целом, не так уж и важно.

А вот другой момент не давал мне покоя. Если реальности существуют параллельно, и факт нашего с Оливией рождения совпадает, сейчас должен быть примерно тот же год, что и на моей Земле.

Почему тогда, при таких огромных возможностях, этот мир застрял где-то между восемнадцатым и девятнадцатым веком? Нет, тут даже аналогов паровых машин, судя по всему нет.

Ответ обнаружился в исторических сводках, и оказался до смешного простым. У них все шло слишком хорошо.

Никаких природных катаклизмов и масштабных войн. Мелочи вроде неурожайных лет и различных междоусобиц не в счет. Из серьезных потрясений разве что гонения жизнетворцев двести лет назад, в результате которых и образовался Конклав.

Иными словами, не происходило ничего из того, что в нашем мире выступало основным катализатором для прогресса на ранних этапах развития цивилизации. Да и многие потребности вместо науки закрывали сверхъестественные возможности местных.

Устало хохотнув, я захлопнула книгу и решила, что на сегодня достаточно.

— Забавное решение парадокса Ферми, — сказала я пустой библиотеке и потянулась.

Это только мое предположение, но было бы и правда комично, если ответ на простой вопрос ученого: «А где, собственно, все?» оказался таким.

Если бы жизнь и правда существовала только на одной планете во всей Вселенной, но в бесконечном разнообразии измерений. Тогда все поиски в нашем космосе оказались бы совершенно бессмысленны.

Впрочем, и эту догадку достоверно подтвердить я не могла. Потому решила пойти и доспать оставшиеся до завтрака с дияром несколько часов.

Глава 7

Пробуждение принесло очередное разочарование. Втайне я надеялась увидеть родную квартиру или хотя бы потолок больничной палаты, но вокруг все так же оставалась выделенная мне спальня в резиденции дияра.

Проснувшись, я первым делом направилась в туалетную комнату, просторную, с массивным каменным бассейном, вмонтированным в пол. Вода подавалась по медным трубам, и стоило повернуть резной вентиль, как из крана хлынул горячий поток, наполняя помещение паром и уютным шумом.

— Обнадеживает, что трубопровод они все-таки изобрели, — пробормотала я и с наслаждением погрузилась в воду, чувствуя, как напряжение уходит из мышц.

Теплота обволакивала, смывая остатки тревожного сна, а мягкий свет странных ламп, отраженный в полированных плитах, создавал почти успокаивающую атмосферу.

Казалось даже, что еще чуть-чуть, и все вокруг растворится, обнажив привычный и знакомый мне современный Петербруг.

Но стоило выбраться из воды и подойти к полочкам с местными средствами ухода, как иллюзия растаяла. Ряды баночек, пузырьков и шкатулок с замысловатыми символами поставили меня в тупик: ни названий, ни понятных обозначений, ни даже намека на то, что из этого крем, а что — средство для волос.

Повертев в руках один сосуд и понюхав его содержимое, я вздохнула и позвала горничную. Та появилась бесшумно, застыла в почтительном полупоклоне.

— Помоги с этим разобраться, пожалуйста.

Умертвие с удивительной точностью выбрало несколько баночек и флаконов, и объяснило, что для чего предназначено.

Я словила себя на очередном ощущении нереальности происходящего.

Вскоре с банными процедурами было покончено, и примерно через час я уже была причесана, одета и вообще полностью готова к первому основательному разговору с женихом.

Горничная сообщила, что готова проводить меня, и не дожидаясь ответной реакции, бодро зашагала к выходу из комнаты.

Разумеется, я последовала за ней.

Для себя я наметила несколько важных моментов, которые стоило прояснить в первую очередь.

Во-первых, не является ли потенциальный благоверный чокнутым психопатом. Я не сразу поняла, что именно меня смущает, а затем осознала — большинство слуг оказались не только мертвы, но еще и весьма молоды. Каждый из них умер откровенно не своей смертью, вопрос лишь в том — намеренно или по стечению трагических обстоятельств.

Второй момент заключался в необходимости выяснить, какую роль для меня предусмотрел некромант, и зачем вообще согласился на помолвку с дочерью крайне состоятельного, но все-таки баронства.

Интуиция подсказывала, что дияр очень даже догадывается, зачем в его резиденцию отправили Оливию, но цели как можно быстрее меня спровадить, как остальных невест, будто бы не имеет. Во всяком случае, намеренных актов устрашения я пока не наблюдала.

Значит, хочет использовать? Но каким образом?

От этого зависело, как буду действовать я сама. Конечно же, шпионить для семьи мне однозначно не с руки, но что будет, если просто сдать их дияру?

Допустим, с моей помощью он уничтожит семейство Фарелл, что тогда будет с Оливией? Пойдет под суд с любимыми родственничками? А если и нет, останется в не слишком дружелюбном к ней мире без имущества, опоры и даже репутации?

Попаданцы в прочитанных мной книгах, как правило, находили способ превратиться в коммерсантов. Кто мир моды сотрясал, кто открывал чудеса технического прогресса и тому подобное.

Только вот я им в подметки не годилась, ни в женских штучках настолько не разбиралась, ни инженерными знаниями и навыками похвастать не могла. И вообще торговать никогда не умела.

Что может предложить магическому миру патологоанатом с любовью к научно-популярному контенту?

Пилу Джильи «изобрести»? Судя по специализации моего жениха тут и без меня прекрасно справились, и об анатомии имеют более чем хорошее представление.

Вот про кесарево сечение, например, тут как раз явно не слышали, раз мать Оливии умерла в родах. Ну так и я, конечно, врач, но самую малость не такой.

Воспользоваться эрудицией и рассказать о