Дорога за горизонт. За золотым крылом - Эйрик Годвирдсон

происходящее. Перед ними стоял колдун в светло-серой мантии, причем на этот раз – именно что мантии, никак не лейне, с густой вышивкой цвета фиалок. Компанию ему составляло с полдюжины арбалетчиков – точь-в-точь силамарские. Все, как один, уже готовые к выстрелу.

Амир подобрался, как зверь перед прыжком.

– Не нужно этого делать, ран24 всадник, – сказал колдун ровным голосом, как-то издевательски мягко, и повел рукой в сторону своей «охраны». – У них у всех серебряные стрелы, а вы знаете, на что они способны.

– Просто прекрасно! – буркнул Амир, совсем чуть-чуть расслабляясь. Рука его сама опустилась на рукоять клинка. – Кто вы вообще такие и что вам нужно?

Он старался держаться спокойно, хотя всё его волчье нутро клокотало от злости и желания разорвать наглецов.

– Прошу вас, аргшетрон, успокойтесь, меня не нужно бояться. – Чародей развел руками в стороны.

– Да? Действительно? – преувеличенно удивился Амир, поглядывая на арбалетчиков. – А как же тогда это вот понимать?

– Оу, это всего лишь маленькая мера предосторожности, чтобы вы не разорвали меня до того, как я успею сказать хоть слово! – улыбнулся чародей.

– Я теперь вижу, у меня прекрасная репутация! – усмехнулся Амир, испытующе глядя на колдуна. – Только вот беда, я понятия не имею, с кем разговариваю. Соответственно, не вижу повода…

– Простите, не представился. Чародей Аарвайд, представлен обоим дворам Гаэли. У меня есть для вас кое-что интересное. Выслушаете?

– Уберите этот балаган, – раздраженно бросил Амир. – И возможно, выслушаю.

– О, ну что же вы так грубо…

– Всадник не станет говорить с теми, кто ведет себя как разбойник с большой дороги, – пророкотала Льюла, возвышавшаяся за спиной Амира. Узкая голова драконицы на длинной шее прянула вниз, янтарный взгляд вперился в лицо мага.

Арбалетчики дернулись, но стрелять не отважились. Дракон зашипела.

– Возможно, серебро и эффективно против второго облика всадника – но оно слишком мягкое для моей чешуи, – вкрадчиво произнесла Льюла. – И вы совершаете большую ошибку, маг Аарвайд, забывая о том, что говорите не только с умеющим оборачиваться – но и с драконьим всадником. Вы упустили ма-а-аленькую деталь – меня. Дракона то есть. Даже не поздоровались, это так… невежливо!

– Извините, госпожа дракон, – не изменился в лице маг.

– Уберите стрелков, – повторил Амир.

– Это лишнее, – лицемерная улыбка словно приросла к физиономии мага.

Вместо ответа Льюла подняла голову повыше и глубоко выдохнула. Сухой горячий жар опалил лица стоящих напротив – и даже Амир почувствовал, как на голове его едва не скручиваются от горячего дыхания волосы. Маг попятился, арбалетчики невольно опустили оружие и принялись закрывать лица и тереть глаза.

– Янтарный дракон не дышит огнем, просто не может этого делать, что за… – пробормотал колдун растерянно.

– Ваши сведения недостаточны, – ядовито ответила Льюла, оглядела отступивших арбалетчиков, не торопящихся поднимать оружие снова, и добавила: – Так-то лучше. Амир, будем с ними говорить, или ну их в предвечные снега?

– Послушаем, – кивнул Амир. – Мне уже даже интересно. Так что у вас там, господин маг?

Драконица же рявкнула в сторону:

– Не сметь поднимать оружия!

Арбалетчики опасливо послушались, замерев, а назвавшийся Аарвайдом досадливо поморщился, но ответил сдержанно-спокойно, видно было, что собой владеть он умеет отлично:

– Я хотел поговорить о тех, кто пытается развязать войну в Гаэли, которая, поверьте мне, ни к чему хорошему не приведет.

– Где-то я это уже слышал, – скептично проронил Амир.

– Да—да, и вы не ошибаетесь, я полностью разделяю точку зрения советника Тарэйна, он очень мудрый человек, поверьте! Может, несколько вспыльчивый – но мудрый и рассудительный. И радеет за страну намного больше, чем разные аферисты…

Голос колдуна звучал мягко, вкрадчиво, он словно старался всеми средствами вызвать доверие и расположение к себе. Амир тряхнул головой. «Дешевые фокусы, не пройдет».

Аарвайд тем временем продолжал речисто журчать:

– Вы также умный человек, я надеюсь, и сами видите, наше правительство думает одинаково, никому не нужна война, и вам самому, всадник, тем более. Это же не ваша война в любом случае!

Последние слова были сказаны очень зря. Амира точно оса ужалила – он мигом снова стиснул расслабившуюся было ладонь на рукояти клинка. Слово в слово – старые сны! Те, что вытаскивал из его тени черной смолой Кайлеви, те же самые, что ловил шапкой с волчьими ушами неразговорчивый Мэл… Сны, в которых всадник видел желтокожего демона по имени Шан-Каэ.

– Вот значит именно так? Не моя война? А как же тогда пророчество, или легенда, что там о всаднике?

– Пророчество? – засмеялся чародей. – Там вообще не о вас говорится, вы что!

– Разве?

– Как там было, дайте вспомнить? «Пришедший с востока, всадник на яснокрылом драконе, пред кем время склонилось, и никто победить не мог его веками», так? – чародей насмешливо приподнял бровь. – Вы полагаете себя непобедимым? Из всего этого совпадает только «пришедший с востока», мальчик, – тон Аарвайда неуловимо изменился, став жестче и прорастая издевательскими нотками. —И ты им нужен только для показа перед народом, мол, вот, смотрите! У нас всадник из пророчества! Вперед, народ Гаэли! Тьфу, глупо как! Неужели не находишь, а, всадник?

– Как вы резво растеряли свою вежливость, – скучающе произнес Амир, не подавая виду, что слова его таки задели. – Есть еще что сказать, кроме откровенного хамства?

– Не веришь… ну что ж, смотри сам, парень. Я предупредил! – тихо сказал чародей.

– Не надо мне угрожать!

– Да никто и не угрожает, с чего бы! Просто предлагаю еще раз хорошенько подумать, с кем ты предпочитаешь есть один хлеб, а против кого – поднимать меч. Настолько ли твои друзья тебе действительно друзья? Еще раз хорошенько подумай, кому помогать, а кого убивать, – сказал чародей, и, щелкнув пальцами, исчез вместе с отрядом, не став слушать все возможные возражения Амира.

Тот досадливо ударил кулаком себе по ладони, пнул какой-то камешек.

– Амир, не бесись. Они удрали. Если хочешь моего мнения – это какой-то грязный интриганский сговор, чтобы рассорить всех нас. Неужели ты поверил этому трусливому лгуну? – Льюла покрутила головой. – Я не знаю почему, но ты всем кажешься чрезвычайно важной фигурой, вот и…

– Не я, мы, – устало поправил ее всадник. Он вдруг почувствовал себя до крайности уставшим. – Ты сама слышала пророчество, речь шла и о «яснокрылом драконе». Значит, мы оба. А что касается этого колдуна… нет, я ему не верю. Я не собираюсь отказываться от своих слов, что давал Айду, Вердэну, Уаллэ, всем остальным. Но я хочу знать, что на самом деле происходит. И желательно при этом не погибнуть, как отец, пытаясь защитить чужой народ! – ядовито добавил он.

– Амир! Ну что за пессимизм!

– Прости, Лью… идем. Нас уже поди потеряли. Заодно и узнаем у наших, что это за тип только что был. Кстати, Льюла! Я тоже не знал, что ты умеешь дышать огнем!

– Я и не умею. Но немного магии, когда имеешь дело с колдуном, не помешает, не правда ли? – усмехнулась драконица. – Идем, действительно. Уже недалеко.

Друзья уже ждали на месте – Вердэн сидел на странно изогнутом, но живом стволе обомшелой березы, Айду расхаживала по берегу ручья, не поднимая головы, словно что-то высматривая в хрустальных переливах воды.

– О, Амир! Ты здесь! А мы уже заждались немного, – когда Амир вышел из зарослей, Вердэн приветствовал его, не вставая, просто легким кивком, а вот Айду встрепенулась, сделала несколько торопливых шагов навстречу, но налетела на мрачный взгляд всадника, точно на стену, и остановилась, тоже разом помрачнев.

– Что-то случилось? Амир, ты как зимнее небо – хмурый и серый… Что успело стрястись?

Амир коротко пересказал встречу с Аарвайдом.

– Та-а-ак… – Айду еще больше потемнела взглядом. Интонация этого «та-а-ак» вышла на редкость угрожающей.

– Айду! – Вердэн легко поднялся, подошел ближе. – Мы и так знаем, что Тарэйн и этот его колдун-прихвостень Аарвайд те еще подлецы! Не стоит тратить время на пустые возмущения.

– Я их всех…

– Потом, – Верден прервал недовольно покосившуюся