Хроники странного королевства. Шаг из-за черты. (Дилогия) - Оксана Петровна Панкеева

– Это потому, что она с ним не трахалась, – так же серьезно ответила Эльвира. – Она бы резко изменила свое мнение, если бы он обошелся с ней так же, как со мной.

– Она и не станет с ним трахаться. И он с ней тоже. Чтобы не испортить хороших дружеских отношений. Хотя, знаешь… Мне кажется, если бы я так по-дурацки не влез между ними и он бы все-таки занялся ею всерьез… Он бы вел себя с ней совсем иначе. Потому, что ей он в самом деле нравится, и он знает это, и он бы это ценил, и приложил бы все усилия, чтобы не разочаровать ее в постели. И не только с ней, а с любой женщиной, которая бы бескорыстно приняла его таким, как есть. Я уж не говорю о любви и прочих возвышенных материях, но… а, ладно. Что-то я совсем уж в дебри заехал.

– Действительно. А почему ты думаешь, что она не станет с ним трахаться? Если он ей так нравится?

– А ей не нравится, что он король. Вот как раз то, что так манит вас всех, из-за чего вы готовы забыть о всех его недостатках, это-то ей и не нравится. А жаль. Представляешь, какая бы прикольная из них получилась пара?

– Ты что, смеешься? Мало того, что про него ходят анекдоты по всему континенту, представь себе, если у нас еще и королева такая же будет?

– Представляю! – рассмеялся Жак. – Я же сам парочку новых анекдотов и сочиню. Но это все шутки и хиханьки, а на самом деле ничего у них нет и не будет. Знаешь, у короля совсем другое представление о том, какая королева нужна для блага страны, и он честно пытается такую найти. Правда, не особенно усердно, но все же, если найдет, столь же честно женится.

– Если она его не пошлет куда подальше, как королева Дана.

– Что за ерунда! Кто тебе сказал, что она его послала?

– Так говорят. Ну, не точно так, но говорят, что она ему отказала.

– Им бы только говорить! Эльвира, слушай ты поменьше, что говорят при дворе! Вот уж люди, где не знают, там приврут… Не подошла она ему.

– Ну, это проще простого сказать – не подошла ему. Откуда ты знаешь, кто кому не подошел?

– Потому, что я при этом присутствовал. В отличие от некоторых, королева Дана оказалась удивительно порядочной женщиной, и честно призналась, что она ему не подходит. После чего они расстались хорошими друзьями.

– Жак! – рассмеялась Эльвира. – Неужели не понятно, что она ему просто очень вежливо и тактично отказала?

– Ты хочешь сказать, что она соврала? Не соврала. Сейчас это уже подтвержденный факт. Дана не может иметь детей. У нее какие-то генетические нарушения. А в остальном наш король ей понравился. У них там, у варварских народов, не уделяют такого внимания внешности, и вообще считается, что мужчине достаточно быть чуть красивее тролля. Это только вы тут харчами перебираете, избаловали вас королевские паладины.

– Жак, – спросила вдруг Эльвира. – А откуда король все знает, что мы о нем говорим? И откуда ты знаешь, что он знает? Это ты ему стучишь?

– Я? Да у меня бы язык не повернулся ему сказать, что Алиса называет его ненормальным уродом, а Анна вслух распространяется о том, как он ей противен. Это он сам мне как-то по пьяни пожаловался. А стучит… Я не знаю точно, но мне кажется, девочки, вы сами друг на дружку стучите. Да еще и привираете для красного словца.

– И думаешь, он нам верит?

– А он потом анализирует ваши доносы и сортирует, где правда, а где нет. Он же любит логические игры.

– Знаешь, такая игра что-то отдает скрытым мазохизмом.

Жак тихо затрясся.

– Ты чего? – спросила Эльвира.

– Да я вот подумал, если его новая болонка тоже придет ко мне за советами, посоветовать ей… – он снова затрясся в беззвучном хохоте. Эльвира представила виконтессу Бефолин с огромной плеткой в спальне короля, а затем реакцию его величества на подобное обращение, и тоже присоединилась.

– Посоветуй, обязательно! – простонала она, сгибаясь от смеха. – Только вряд ли она придет, ее Алиса предупредила.

– Ну и ладно, – махнул рукой Жак. – А то король мне за Анну в перьях уже высказал свое «фи», а за такое может и обидеться… Значит, не придет? Ох уж эта Алиса, тянули ее за язык… А что она за девчонка, эта кудрявая виконтесса?

– Такая же, как и все остальные. Не помнит себя от радости, что король ее таскает в постель аж два раза в неделю и думает, что это из особого расположения. А дамы думают, что короля чем-то напоили…

Жак опять захихикал.

– Скажи ты ей, чтобы не морочила себе голову. Это на него так действует пепел золотой паутины. Оно через пару недель попустит.

– Какой пепел? Разве золотая паутина горит?

– На нашем короле горит и еще как. Так что, девочки, я вам не советую соваться туда, где сломала зубы даже ведьма Арана. И поить ничем не советую, а то еще отравите ненароком.

– Раньше не мог сказать? – проворчала Эльвира. – Я на все эти дела несколько сотен золотых зря просадила.

– А я раньше не знал. Да и ты не спрашивала. Но ты не огорчайся, а лучше представь, сколько просадили твои подружки. О, вот видишь, сразу заулыбалась! Ох уж эта пресловутая женская дружба! Могу поспорить, что подружкам ты ничего не скажешь, чтобы они и дальше продолжали свою бесполезную деятельность.

– А это уж мое дело. Жак, тебе не кажется, что мы отвлеклись?

– Это ты меня отвлекла.

– Нет, ты сам отвлекся.

– Нет, ты и сейчас я тебя за это трахну самым извращенным образом…

– И немедленно!..

– Саэта, оденься. На, вот, хоть этот халат дурацкий набрось. Не сиди так. Простудишься еще. И вообще, я же на тебя смотрю, а ты сидишь, как ни в чем не бывало… Ну скажи хоть что-нибудь, не молчи! Не хватало, чтобы ты тихо помешалась! Что я скажу Гаэтано? И что я без тебя делать буду? И вообще, нам надо поскорее отсюда съезжать и убираться из этого города, я за сегодняшнюю ночь убил в общей сложности пятнадцать человек, и везде наследил. Не хватало, чтобы нас тут полиция повязала… Саэта, ну что с тобой! Давай руку вот сюда… Надевай.