Повести и рассказы югославских писателей - Иво Андрич

писал неплохие стихи. К тому же он был отличный пловец, атлет и охотник, «буйная головушка», как его называли, не знал меры ни в мыслях, ни в наслаждениях, так что дня ему вечно недоставало, и, стараясь продлить его, юноша отнимал сколько мог время у ночи и сна… Он знал греческий и читал по-итальянски.

Баязит был из тех людей, о которых мало говорят. Хладнокровный и храбрый, искусный стрелок и солдат, он не только как старший и более опытный, но и вследствие своих наклонностей лучше знал огромное царство отца, его законы и порядки, источники его доходов и отношения с окружающим миром. Он принадлежал к породе людей, которые в каждый данный момент подчиняют себя одной мысли, одному действию, к тому же самому нужному и целесообразному.

В борьбе за освободившийся престол Баязит оказался более быстрым и ловким. Джем имел больше сторонников и при дворе и в армии. (Все знали, что султан Мехмед благоволил к младшему сыну и в нем видел своего преемника.) Но люди Баязита были лучше организованы, связаны с ним и меж собой и действовали энергичнее. Баязит первым прибыл в Стамбул и захватил власть. Он сразу же стал готовить армию против брата, который со своими солдатами направлялся из Карамании в Стамбул.

Войска Джема, под командой Кедик-паши, подошли к Брусе, древней резиденции османских правителей, живописному зеленому городку, лепившемуся по склону высокой горы, и взяли его с боем. Но на равнине стояла армия Баязита, которой командовал Аяс-паша. Начались переговоры. Каждый из братьев обладал достаточным количеством доводов, подтверждавших его права на престол. Баязит был старшим, более сведущим в делах, его уже признали и провозгласили государем в Стамбуле. Джем основывал свои права на других фактах. Баязит родился еще во время правления их деда Мурата II, когда отец был лишь наследником престола, к тому же мать Баязита была простой рабыней. Джем родился уже как сын султана Мехмеда II, а мать его происходила из сербского княжеского рода. Сам султан Мехмед при жизни хотя и не говорил открыто, но и не скрывал, что младший сын ему ближе и что в душе он считает его своим преемником. За спинами братьев стояли могущественные паши, движимые кто искренней преданностью, а кто личной выгодой.

И как это всегда бывает, каждый из братьев находил в своем окружении достаточно советчиков, доказывающих справедливость его притязаний, и оба были уверены в своей правоте и силе.

В таких условиях переговоры не могли быть плодотворными. Джем требовал свою часть царства в Азии, Баязит спокойно отвечал, что царство едино и неделимо и что султан может быть лишь один, а брату с его гаремом предлагал переселиться в Иерусалим и спокойно жить там, обещая ежегодно высылать ему огромное содержание. Об этом Джем и слышать не хотел. Произошло сражение. У Баязита уже давно был свой человек среди приближенных брата — Якуб-бег. Джем потерпел поражение и едва унес ноги. Он бежал в Египет, где его хорошо принял египетский султан, которому был на руку раздор между братьями. При поддержке египетского султана Джем еще раз попытал счастья на поле боя и снова был разбит. С несколькими преданными людьми, без армии, он оказался на малоазиатском берегу. (Его мать, жена и трое малолетних детей остались в Египте.) Очутившись в безвыходном положении, прекрасно сознавая, что его ожидает, если он попадет в руки брата, он решил бежать на остров Родос и просить убежища у тамошних христианских властей.

Родос, который за несколько лет до того безрезультатно осаждал Мехмед II, находился под властью могущественного католического ордена иоаннитов, иерусалимских рыцарей ордена святого Иоанна, и представлял собой передовое укрепление западного христианского мира. Джем был знаком с рыцарями этого ордена, ибо раньше, по поручению отца, вел с ними переговоры. Он обратился к ним с просьбой об убежище, и они тотчас же послали за ним специальное судно, которое перевезло на Родос и всю его свиту — около тридцати человек.

Мятежник и претендент на престол был встречен с царскими почестями магистром ордена д’Обиссоном (Pierre d’Aubisson), монахами-рыцарями и всем населением острова. Глава ордена снова заверил Джема в том, что ему гарантирована свобода и право убежища, а что касается места жительства, он советовал выбрать Францию, пока счастье не улыбнется ему и он не возвратится в Турцию султаном.

Джема со свитой отправили во Францию. Д’Обиссон начал предпринимать всевозможные шаги, чтобы как можно выгоднее использовать положение несчастного принца в интересах ордена, всего христианского мира и в своих собственных. Он прекрасно сознавал, какой важный заложник попал в его руки. Во Франции Джему, в нарушение данного слова, не предоставили свободы, а заточили в крепость, принадлежавшую ордену иерусалимских рыцарей.

Вокруг «брата султана» образовался целый клубок всяческих козней и хитрых расчетов, в которых были замешаны все европейские государства, папа и, конечно, сам султан Баязит. И Матиаш Корвин, венгерский король, и папа Иннокентий VIII жаждали заполучить Джема, чтобы воспользоваться его именем в борьбе против Турции и Баязита II. Но хитрый Пьер д’Обиссон крепко держал драгоценного пленника в своих руках и умело спекулировал им, шантажируя и Баязита, и египетского султана, и папу. Баязит вносил крупные суммы на содержание Джема, а вернее на то, чтоб орден не выпускал его из своих рук и не передавал другим. За Джема папа обещал магистру сан кардинала. Значительные суммы посылал и египетский султан. Даже несчастная мать Джема, оставшаяся в Египте и не перестающая хлопотать об освобождении сына, тоже посылала деньги, которые, разумеется, попадали в карман главы ордена.

Борьба за «брата султана» и ловкая игра д’Обиссона продолжалась восемь лет. За это время Джема неоднократно переводили из одной французской крепости в другую, всегда под усиленной охраной иерусалимских рыцарей. Мало-помалу сокращалась его свита. В конце концов с ним осталось всего пятеро преданных сторонников. Все попытки бежать и вырваться из лап вероломных иоаннитов оказались безуспешными. Со своей стороны, султан Баязит делал все, чтобы освободиться от постоянного давления, которое на него оказывали христианские правители, пользуясь, как орудием, его злосчастным братом. Он получает сведения о брате через Венецию, Дубровник и неаполитанского короля, держит постоянную связь с Пьером д’Обиссоном и оказывает ему бесконечные и самые разнообразные услуги. Их интересы в известном смысле совпадают. Д’Обиссону выгодно как можно дольше держать Джема под своей властью и с его помощью продолжать шантажировать чуть ли не весь мир, для Баязита же главное, чтобы его брат-соперник сидел в надежной крепости, а не возглавлял армию, выступающую против Турции.

На восьмой год пребывания Джема во