Синдром тьмы - Рокиа

Пытаясь побыстрее от меня уйти, Дерек случайно толкает плечом Татьяну, чуть не сбивая ее с ног. Ледяной принц подхватывает ее под руку, чтобы поддержать. Девушка с миндальными глазами краснеет под его взглядом.

– Ты в порядке?

Татьяна загипнотизирована глазами Дерека. Я вижу, что она не может отвести от него взгляда.

– Д-да, конечно, все хорошо…

Остальные останавливаются и смотрят на них. Это не только мое впечатление: будто даже воздух изменился, мне аж тошно становится. Кажется, они попали в заколдованный пузырь, перенеслись в другой мир. У меня возникает ощущение дежавю. Как будто эта их маленькая встреча уже была написана. Где я их уже видела?

Я нарушаю магический момент, протискиваясь между ними. Замечаю злобный взгляд Дерека и смущенный Татьяны. Решительно иду на парковку, не оглядываясь.

Я не могу разгадать проклятие Татьяны. Это невыносимо. Если я не смогу прочитать то, что ведьмы предсказывают ей, я никогда не найду ее слабые места.

Как она умудряется скрывать свое проклятие? Никто этого не может.

Телефонный звонок прерывает мои мысли.

– Слушаю, Том.

Я сажусь в машину, пристегиваюсь и поправляю сиденье.

– У меня новость. Food Empower находится под следствием. Сейчас там полно журналистов.

– А работники?

Я подкрашиваю губы, глядя на свое отражение в зеркале.

– Мы сделали все так, как ты просила. Они подписали контракт с одной из наших компаний и очень рады. Уже приступили к работе. И хотели бы знать, кто скрывается за всем этим. Ты уверена, что ничего не хочешь рассказать?

Вопрос Тома вызывает у меня улыбку. Я убираю помаду и включаю печку.

– Ты же знаешь, Том. Нельзя раскрывать секрет счастливого конца.

Ведьмы не раскрывают свои заклинания, даже рискуя навлечь на себя проклятия людей. Почему?

Потому что ведьмы не осмеливаются разделять предков: ложь и истину.

Глава 6

Феи не прикасаются к крови.

Их сердца защищены от грехов, они не вмешиваются в страдания живых существ.

Они остаются в своем волшебном измерении, заманивая людей в смертельное безумие. Безумие, в котором розы якобы сделаны из лепестков, а под щебетание птиц маскируются крики.

В другом измерении есть существо, которое не знает границ. Нет ничего, что не сделала бы ведьма, чтобы спасти душу, к которой привязано ее сердце.

Рожденная посреди кровавых слез и озлобленных, свирепых бандитов, она без колебаний ныряет по тьму и вдыхает дым греха. На руках ведьм выжжено клеймо: само их существование для них – пожизненное заключение.

Несмотря на это, сказки ославляют мир ведьм: якобы в нем розы сделаны из шипов и раздаются пронзительные крики умирающего младенца.

Фея и ведьма

Сиа

– Сегодня вам придется приложить еще больше усилий. На кону стоит возможность опубликовать репортаж в одном из ведущих журналов компании.

Слова Фредерика привлекают меня. «Плевать, что за журнал, я должна выиграть». Я не могу упустить такую возможность. Я кладу ногу на ногу и фокусируюсь на речи нашего наставника. Оливия сидит рядом со мной.

– Задача трудная, вам придется научиться делать что-то из ничего. Мы не дадим никаких подсказок, только обозначим объект, о котором вам нужно будет собрать все возможные новости. Вы соревнуетесь с двумя другими командами, поэтому постарайтесь быть оригинальными, чтобы не получилось, что вы представите одинаковую информацию.

Наши глаза внимательно следят за каждым его шагом. Он поглаживает рукой бороду и ходит вокруг нас. По сравнению с предыдущими задачами, эта очень расплывчатая. Они предоставляют нам полную свободу действий.

– Добудьте нам что-нибудь занятное о доме престарелых Old Matters.

С лукавой, почти садистской, улыбкой на лице он выходит из комнаты, оставляя за собой полную тишину. Old Matters.

– Мы должны выслушивать бредни стариков… круто, – бормочет Идгар.

Оливия прикусила губу.

– Они специально? Что можно узнать о доме престарелых? И при этом нам надо быть оригинальными и не использовать одинаковые темы с другими командами.

Дерек молча сидит в углу комнаты, глядя в окно. Невозможно понять кусок льда, просто наблюдая за ним: на вид он всегда будет казаться идеальным и неприступным.

– Итак? Сиа, есть идеи?

Голос Оливии возвращает меня к реальности. Нужно что-то, что выделит нас, как в прошлый раз. Они подготовили для нас ловушку: случай, когда, казалось бы, нечего рассказать – это классика. Но можно найти острые проблемы даже в самой мирной ситуации; повод, который развяжет войну, камешек, который обрушит лавину.

– Это ловушка. Идеи не появятся, если будем здесь сидеть, надо поехать осмотреть место.

Я встаю, надеваю куртку и беру сумку.

Идгар бледнеет.

– Мы должны идти туда? Там полно людей, это в самом центре…

Я нахмурившись смотрю на него. Он стучит ногой по полу и щелкает пальцами. Замечает мой взгляд и выдавливает из себя вымученную улыбку.

– Я имею в виду видеокамеры… трудно будет их туда дотащить.

Вранье.

– Как думаешь, почему убийца возвращается на место преступления?

Дерек встает, подходит к камерам и начинает класть их в кофры, Оливия помогает ему.

Идгар неуверенно отвечает.

– Чтобы спрятать улики?

– Настоящий убийца все продумал до того, как совершить преступление. Он возвращается, только чтобы найти вдохновение для следующего преступления.

Оливия раздраженно морщит лоб, Идгар качает головой. «Привыкнут они наконец к моей манере изъясняться?» Том уже приноровился и без проблем понимает меня.

Дерек надевает свою кожаную куртку.

– Я вас на мотоцикле догоню.

Что-то мне подсказывает, что то, как я вела машину в прошлый раз, его травмировало. Я смотрю на него.

– Боишься, Хилл?

Он бросает на меня ледяной взгляд.

– Нет, просто не хочу иметь дело с психопаткой.

Он выходит из комнаты, не давая мне возможности продолжить с ним разговор и оставляя за собой след из ранящих шипов. Я не успокоюсь, пока не выясню, что скрывается под его броней.

Мы спускаемся по лестнице на первый этаж. Я иду на парковку, Оливия и Идгар за мной. Я достаю ключи от машины, открываю багажник и освобождаю место для сумок. Идгар быстро садится на место водителя, не давая мне даже слова сказать. Оливия садится рядом с ним, чтобы показывать дорогу.

– Если я однажды ехала слегка безрассудно, это не значит, что меня теперь нельзя пускать за руль моей собственной машины, – высказываюсь я, открывая заднюю дверцу. Я сажусь и пристегиваю ремень.

Идгар смотрит на меня в зеркало.

– Слегка безрассудно? Я даже отвечать не буду.

Черный мотоцикл Дерека проносится мимо нас, выезжая с парковки. Я тут же