Девоньки мои - Людмила Лаврова

Алексей на все это безобразие смотрел, сцепив зубы и уговаривая себя не реагировать. Понимал, что сорвется, а Маша ему этого не простит. Он терпеливо выслушивал ее восторги в адрес Павла, но молчал, понимая, – что бы он ни сказал, Маша все равно пока не услышит.

Она, конечно, не знала, что классе в восьмом Алексей отловил за школой курящего в кулак Павла и взял его за грудки:

– Обидишь Машку – закопаю!

– Напугал!

– Даже не думал. Предупредил тебя. Ходи тихо!

Алексей к тому времени уже пару лет занимался борьбой и из щуплого худого подростка постепенно превращался в крепкого парня. И силы в его словах и руках хватило, чтобы Павел понял – Машу лучше не трогать. Дороже обойдется.

А Мария ничего не ведала. Писала письма своему милому в толстую тетрадь с нарисованными на обложке сердечками, понимая, что никогда их не отправит, и грезила о том, что придет тот час, когда Павел все-таки обратит на нее свой благосклонный взор, оценив ее чувства.

Алексей, конечно, об этом знал, но предпочитал помалкивать, надеясь, что эта «блажь» у Маши пройдет и все у нее будет хорошо.

У него самого проблем с девушками не было. К окончанию школы он вытянулся, похорошел, и его мама стала шутить, что скоро у нее веников не хватит, чтобы отбиваться от «невест». Но в армию Лешу уже провожала Катя, и она же, после того, как он вернулся и окончил первый курс университета, стала его женой.

Маша на свадьбе друга веселилась от души. Ей нравилась Катерина, нравился счастливый Алексей, нравились гости и вообще все люди вокруг. Не нравилось только то, что Павел уехал сразу после выпускного, даже не попрощавшись с ней, и с тех пор не давал о себе знать.

Его мать, брезгливо и высокомерно смерив взглядом Машу, которая как-то набралась-таки смелости и подошла к ней на улице, чтобы спросить о Павле, процедила:

– Деточка, у него все хорошо! Возвращаться в нашу глушь? О чем вы?! Павлик будет делать карьеру! Здесь ему не место с его умом и способностями!

Маша, вздохнув, поблагодарила за информацию и долго недоуменно смотрела вслед матери Павла, которая, не дослушав, махнула рукой и величественно удалилась, презрительно фыркнув напоследок.

Алексей, которому Маша рассказала об этом разговоре, сочувственно покачал головой:

– Мань, ты бы огляделась по сторонам, а? Сколько людей хороших, а ты все по этому балбесу сохнешь! Он не вернется… Маш!

Дальше Мария слушать не стала. Она закрыла уши руками и замотала головой. Зачем Леша все это ей говорит? Разве она виновата, что сердцу не прикажешь? И разве так уж плохо, если она все еще надеется на то, что увидит того, кто завладел им? Не нужен ей другой! Ведь лучше Павла нет никого и быть не может!

Алексей терзания Маши понял правильно. Извинился, успокоил как мог, но Катю все-таки попросил поговорить с подругой.

– Жаль ее, понимаешь? Время идет, а она все сохнет по Пашке. Уже давно и дом бы свой был, и дети.

– Не понимаешь ты, Леш, главного… – Катя обнимала мужа и разглаживала пальцем морщинки на его лбу.

– Чего?

– Любит она его… А разве можно запретить любить, Леш?

– Нельзя…

Больше он не пытался отговаривать Машу. Знакомил ее с друзьями, приглашал на все праздники, надеясь, что кто-то сможет отвлечь подругу от назойливой влюбленности, но все было впустую.

Маша ждала.

Шли годы. Алексей окончил университет, стал отцом двух прелестных девочек и решил, что в городе жить больше не хочет. Катя полностью его поддержала. Они купили большой дом недалеко от города, организовали ферму и договорились с Машей о том, что нужно открывать магазин.

– А кто мне поможет, если не ты, Мань?

– Леш, так я же ничего не умею! Учиться некогда было, а чтобы полы в подъездах мыть, большого ума не надо…

– Как это не училась? А как же…

– А никак, Леш! Руки у меня так и не работают как следует, а то ты бы ко мне сейчас не пришел…

Это была Машина боль. Она мечтала стать врачом, лечить людей, а вместо этого сразу после выпускного пошла работать.

Мать Маши, Ксения Андреевна, работала на крупном предприятии, была на хорошем счету и мечтала, что успеет… Что хватит времени и она справится… Сможет «выучить» дочку, дать ей будущее, ведь больше было некому об этом позаботиться. Отца Маши не стало, когда девочке едва исполнилось шесть. Снова выходить замуж Ксения отказалась категорически.

– Не хочу, Манечка! Лучше твоего папы никого не будет. А чем с кем попало, так уж лучше мы с тобой сами…

Со временем все как-то наладилось и Ксения, которая никогда не сидела сложа руки и пользовалась заслуженным авторитетом в коллективе, уже радовалась, что вот-вот и дочь станет студенткой. Но случилась беда. Ксения получила травму на производстве. Она поскользнулась в цеху, спеша на планерку, и ударилась головой о станок.

Травма эта сама по себе была не слишком опасна, но от волнений о дочери и о том, как будет теперь Маша без присмотра, ведь до этого они не расставались даже на день, молодая еще, в общем-то, Ксения получила тяжелый инсульт и слегла.

Конечно, о поступлении Маше пришлось забыть. Нужно было ухаживать за мамой, искать возможности для реабилитации, и она взялась за это с таким толком и расстановкой, что даже врачи, наблюдавшие Ксению, развели руками:

– Вот это девица! Взрослым толкуешь-толкуешь о том, что да как делать надо, ведь от правильного исполнения назначений зависит – встанет ли человек на ноги, а тут девчонка! И все как по ноткам! Умница!

Маша нашла работу рядом с домом, чтобы не оставлять маму надолго, и научилась делать массаж.

– Мань, тебе бы диплом массажиста получить. Руки у тебя сильные. – Алексей помогал Маше выгружать из машины кресло для Ксении. – Это же лучше, чем пол в подъездах мыть?

– Когда мне, Леш? Да и денег это требует. Учиться, сам понимаешь, возможности у меня нет. На кого я маму брошу?

Алексей умолк, но задумался.

А уже через пару дней вечером в квартире Маши раздался звонок:

– Здравствуйте! Я от Алексея Геннадьевича. Меня зовут Анна, и я сиделка. Когда я могу подъехать, чтобы познакомиться с вами и вашей мамой?

Маша слегка опешила, но странная женщина не пожелала слушать ее возражений.

– В