Двадцать два несчастья – 3 - Данияр Саматович Сугралинов

думает, что ты какие-то курсы прошел. Или кому-то звонишь, и тебя консультируют онлайн. А еще я должна… после того как мы с тобой тут тудым-сюдым… прибухнем малехо и ты окосеешь, удариться плечом или рукой о стенку, чтоб синяки были. А потом пойти снять побои… Дальше сечешь?

— Охренеть! — ошеломленно выдохнул я. — Это уже даже не война, это просто какой-то адский ад. Это же статья и за умышленное причинение вреда, и за изнасилование!

— А что мне было делать? Я не хотела! Но у меня выхода не было! — всхлипнув, сжалась в комок Эльвира. — Ты бы знал, как он на меня давил.

— А что ты теперь собираешься делать? — спросил я. — Будешь наносить себе синяки и снимать побои?

— Хрен его знает, Сережа… — заплакала Эльвира. — Я не знаю, что теперь со мной будет…

— Не реви, — протянул я ей кухонное полотенце, и Эльвира, некрасиво скривившись, высморкалась в него и принялась вытирать подтекшую тушь.

— Тебе хорошо говорить не реви, а что я ему скажу-у-у-у?

— Скажи, что не вышло ничего. Что, мол, я выпил немного и моментально вырубился. И что я не один был дома, так что есть свидетели. Придумай, в общем, что-то такое…

Эльвира всхлипнула.

— И не переживай, — осторожно погладил ее по голове. — Я сейчас работаю в спа-салоне, и там требуются массажисты и просто работники.

— Да какой из меня массажист! — нахмурилась Эльвира, а потом глаза ее задорно блеснули. — Хотя… надо подумать.

— Вот-вот, — усмехнулся я. — Поэтому не переживай ты заранее. Лучше массажисткой в спа-салоне и со спокойной душой, чем под статью за клевету пойти.

Эльвира кивнула. Настроение ее чуть приподнялось.

— Значит, сейчас сделаем так, — начал думать я. — Ты вернешься домой. Отдохни, выспись. А завтра утром… Во сколько идешь на работу?

— У меня было дежурство. Поэтому только к обеду.

— Отлично. Когда придешь, дуй сразу к Зарипову и говори, что так и так, к твоему приходу Епиходов уже был в дребодан, а с тобой выпил пятьдесят граммов и отрубился. Разузнать особо ничего не смогла, кроме того, что он готовится поступать в аспирантуру, и у него есть научный руководитель, который сидит где-то там, чуть ли не в Москве. Скажи, что ты не поняла, где точно. И этот руководитель, мол, его во всем консультирует. Вот и все. И Зарипов успокоится, и ты будешь нормально дальше работать.

Эльвира просияла.

— Ну, я, пожалуй, пойду, — сказала она, торопливо застегивая пуговицы на моей рубашке.

— Подожди, ты же не пойдешь в одной рубашке?

— Ну, платье-то мокрое. Ничего, как-нибудь доберусь. У меня пальто длинное.

Я вытащил свои старые треники и отдал ей:

— Одевайся, я сейчас вызову тебе такси.

Когда Эльвира уехала, я облегченно вздохнул, прибрал результаты нашего пиршества, погулял вокруг дома, принял горячую ванну и отправился спать.

* * *

А утром, встав невероятно отдохнувшим, выполнил все свои ритуалы, сходил с Танюхой на пробежку, позавтракал сам и покормил Валеру, после чего отправился в спа-салон.

Там меня уже ждали, но из-за встречи с Лейлой пришлось их слегка разочаровать, потому что менеджер Снежана Арнольдовна расписала клиентов до самого закрытия. И это было проблемой, ведь я просил согласовывать нагрузку заранее.

— Снежана Арнольдовна, — сказал я, глядя на нее суровым взглядом, — что это я сейчас наблюдаю?

— Ну, к вам много клиентов, вот мы и решили… — забормотала она и торопливо отвела взгляд.

— Так. Вот скажите, о каком качестве труда можно вести речь, если вы мне напихали сюда почти тридцать человек? Думаете, у меня руки железные и могу делать массаж без перерывов? Это же даже физически невозможно.

— Ну, вы попробуйте, давайте мы сперва посмотрим… — начала она юлить, но я ее перебил:

— Снежана Арнольдовна, а вы сами хоть раз массаж пробовали сделать?

Она вспыхнула, а я продолжил:

— Руки у вас на какой минуте заболели? Ну вот. А вы мне аж тридцать человек поставили. Даже если по полчаса на массаж… Нет, никуда это не годится. Перенесите всех клиентов с одиннадцати до трех на другие дни.

— Ну как это⁈ Мы ведь уже пообещали…

— Это вы пообещали, а не я, — сказал я непререкаемым тоном. — Мне вы тоже обещали согласовывать время. И если этого не сделаете, я у вас работать не буду. Пойду в другой салон. Предполагаю, что клиенты уйдут за мной. И еще, закладывайте между клиентами хотя бы десять минут отдыха, чтоб руки помыть да перестелить простыни. А то я так не вытяну.

Выкатив Снежане Арнольдовне суровую инструкцию, я развернулся и отправился в свой павильон номер семнадцать.

Там пошли валом клиентки. Первой в дверях показалась та, что с остеохондрозом. И выглядела она так, словно пришла не в массажный салон шею мять, а на свидание.

— Здравствуйте, — заулыбалась и словно случайно поправила бретельку платья. — У меня вот здесь болит, и здесь…

— Как вы себя чувствуете? — сурово спросил я, пресекая флирт.

— Хорошо…

— Тогда прошу на стол! — Кивнув на массажную кушетку, я вышел из комнаты. — Готовьтесь.

Она немного надулась, но подчинилась.

А я начал работать и с головой ушел в поток.

Углубляться не буду, но массаж превратился в какой-то конвейер. Я мял плечи, спины, ключицы, руки, ноги, бедра и ягодицы и мечтал, чтобы все это наконец закончилось. Определенно, эта работа не для меня. Я люблю творческий подход, а здесь сплошная механика.

Такое меня просто вымораживает, превращает в зомби. Да, я все умею, более того, у меня хорошо получается, но это не мое. Сто процентов. Надо поскорее заканчивать с этим и начинать искать нормальную работу. Права была Марина Носик: сейчас срочно нужно ориентироваться на поступление в аспирантуру. Значит, сегодня вечером обязательно сяду писать реферат, тем более у меня есть неопубликованный обзор.

После последней утренней клиентки я успел зайти на сайт Центра занятости и подать документы на регистрацию. Осталось дождаться, когда модератор их проверит и одобрит, после чего можно будет переслать подтверждение в банк. Это крайне важно для реструктуризации кредита.

Так что я почти молодец! Улыбнувшись своим мыслям, я привел себя в порядок и в начале двенадцатого отправился в торговый центр на встречу с Лейлой.

Казанская МЕГА, несмотря