Сеульский магазинчик потерянных вещей - Ким Хечжон

После обеда я вернулась в класс. До начала пятого урока оставалось еще пятнадцать минут. Мальчики играли с самодельными волчками из бумаги, девочки что-то рисовали или болтали. В поисках кнопки, которая вернула бы меня в прежнюю реальность, я обшаривала взглядом весь класс, от доски до шкафчиков. И тут, совершенно неожиданно, передо мной возникла девочка. Кто это?

– Ты принесла мне жвачку?

– А?

Вспомнила! Ким Сыра. Одноклассница, которую я одновременно и очень любила, и ненавидела. Имена остальных ребят ускользали из моей памяти, но имя «Ким Сыра» буквально врезалось в нее.

– Нет, не принесла.

– Что? Ты же обещала! – рассердилась Сыра. – Обязательно принеси завтра, понятно?

Она говорила таким приказным тоном, что я невольно кивнула. Бояться девятилетнего ребенка жалко и противно.

Сегодня я не могла пропустить музыкальную школу. После уроков было особо некуда идти, и, если бы я снова прогуляла, мама устроила бы мне взбучку. Тридцать этюдов Черни[8] уже были разобраны, поэтому четвертая книга Байера далась легко. Я вернулась в тело второклассницы, но моя память осталась прежней.

После занятия по фортепиано я села за длинный стол, чтобы позаниматься теорией, когда подошла Ким Сыра и уселась рядом. Мы ходили в одну музыкальную школу. Совершенно непринужденно взяв моего Тоторо, Сыра открыла пенал и начала исследовать содержимое, вынимая каждую вещь, рассматривая ее и затем убирая обратно.

– Ничего особенного, – пробормотала она.

А, вспомнила! Ким Сыра часто что-то у меня просила: наклейки, красивые ластики, карандаши. Хотя почему «просила»? По сути, она всегда просто забирала мои вещи.

После урока теории Сыра позвала меня на площадку, но я отказалась. С ней не хотелось ни играть, ни общаться.

– Что? Пошли гулять, говорю!

Почему она постоянно мной командует? И так голова раскалывается, еще и Сыра перед глазами мельтешит! Усталость зашкаливала. Раньше я легко поддавалась, но чтобы сейчас мною командовала девятилетняя девчонка? Еще чего!

– Если хочешь играть, играй одна сколько влезет, – ответила я.

Похоже, одноклассницу удивил мой ответ. Когда я уходила из музыкалки, в спину прилетело:

– Ю Хэвон! Завтра обязательно принеси жвачку. И только попробуй забыть!

Я подавила желание обернуться и что-нибудь сказать. Сейчас не время с ней разбираться.

И дома Ким Сыра не перестала меня раздражать, хоть ее и не было рядом. Почему она требует жвачку? Зачем постоянно мне указывает? Мы с ней учились вместе и во втором, и в третьем классе. За два года Сыра постоянно отдавала мне приказы, замаскированные под просьбы, и я не могла ей отказать. Если не делилась коллекционными наклейками, то Сыра не играла со мной, а если не приносила жвачку, то она начинала меня ненавидеть. Но именно она была первой, кто заговорил со мной во втором классе. Сыра хорошо говорила и училась, поэтому пользовалась популярностью у одноклассников. Я хотела стать ближе к этой девочке, потому что мне казалось, что, кроме Ким Сыра, у меня больше никого не будет. Когда меня спрашивали о лучшей подруге, я отвечала, что это Ким Сыра. И мама тоже так думала. Но на самом деле мне с ней было некомфортно.

Так же было и с Соно. Мы познакомились на первом курсе университета, когда вместе ходили на пары по корейскому. Обычно занятия по корейскому посещают студенты с одного факультета, но из-за расписания я оказалась с группой ребят с направления компьютерной инженерии. Все они друг друга хорошо знали и шумно болтали о планах на обед, выходные и прочем. Я не хотела все это слушать, но так получалось. Мое место было в самом дальнем углу, и вообще я приходила на занятия исключительно ради галочки о посещаемости.

Первым, кто заговорил со мной после преподавателя, был Соно:

– На каком ты факультете?

Я ответила, что учусь на учителя корейского языка. На одном из собраний Соно позвал меня в свою компанию. Он был общительным, веселым и очень популярным среди однокурсников, а еще высоким и красивым. Настолько, что проходившие мимо девушки часто оборачивались ему вслед. Увидев, как я здороваюсь с Соно, Раим спросила, есть ли в нашем университете такие же парни, как он. Большие глаза, хоть и без двойных век, притягивали внимание, а улыбка, благодаря ямочкам на щеках, делала Соно еще более привлекательным.

После первого семестра мы не виделись. Иногда переписывались в мессенджере, но в реальной жизни не общались. Время от времени я заходила в его профиль, однако первой не писала.

Неожиданно, во втором семестре, после промежуточных экзаменов, в пятницу вечером он написал мне:

Что делаешь?

Это точно адресовалось мне? Последнее сообщение было связано с нашим общим заданием. Я подумала, что Соно отправил сообщение не в тот чат, поэтому не стала отвечать. Тогда он снова написал:

Хэвон, ты дома?

Значит, ошибки не было. Я ответила:

Да.

И Соно спросил, могу ли я подойти к университету.

Сейчас?

Уже перевалило за десять вечера. Несмотря на его заверения, что мое отсутствие не будет проблемой, я все равно решила пойти. Соно сидел в баре один, подперев голову руками. Я коснулась его плеча, и он выпрямился.

– Ты пришла? Правда пришла! – Он радовался так, будто мы были очень близки.

В тот день Соно расстался с девушкой. Он тайно встречался со старшекурсницей со своего факультета и узнал, что она ему изменяет. Соно пытался ее остановить, умолял порвать с тем парнем и продолжать встречаться с ним, но девушка отказалась и бросила его. Поскольку Соно держал свои отношения в секрете от однокурсников, то не мог рассказать им. Вот он и написал мне, человеку, с которым его ничего не связывало. Я выслушала историю его отношений и пьяные излияния. С тех пор мы часто переписывались и виделись. У Соно было много друзей, а у меня – лишь два близких человека: он и Раим.

Если Соно мне писал, я прибегала в любое время. Мы вместе ходили в кино и кафешки. От общения с этим парнем я испытывала удовольствие: он был остроумен, а приятная внешность радовала взгляд. Соно недоумевал, почему я до сих пор одна, и говорил, что хотел бы найти похожую девушку, такую же добрую. «Если я такая замечательная, почему бы не встречаться со мной?» – слова подступали к горлу, но я, зная свое место, молчала. Я случайно увидела бывшую девушку Соно – она была невероятно красивой, из тех, что понравятся кому угодно. Ходили слухи,