Персонаж - Павел Сергеевич Ковезин

– Да, но…

– Второй вопрос, – снова прервал её человек напротив, – на что вы готовы пойти, чтобы снова увидеть своего… своего молодого человека?

Блондинка помолчала несколько секунд, подняла взгляд на незнакомца и тихо ответила:

– На всё.

– Так вот, – начал её собеседник, облокотившись на стол, – я не экстрасенс. Моя методика в корне отличается от того, что предлагают вам эти шарлатаны. Я не буду призывать его дух, не буду говорить, что он передаёт вам привет, ничего такого… Вы слышали что-нибудь о реинкарнации?

– Да, переселение душ, жизнь после смерти, что-то такое слышала.

– Я верю в то, что после смерти мы перерождаемся совершенно другими людьми. Наша душа переходит в новое тело и рождается вновь. И я помогаю ей в этом, – старик говорил так, словно был преподавателем на лекции по философии. – Что если представить, что ваш молодой человек сможет родиться вновь, но уже в ином теле? Что если можно было бы поймать его душу и направить, так сказать, в нужное русло, а после заставить вас встретиться снова, но уже не в этой жизни?

Вика, поняв, что не стоило больше заходить в разные сомнительные заведения, посмотрела на этого человека как на сумасшедшего и поднялась из-за стола.

– Стойте, – Ганс сделал жест руками, – понимаю, что это звучит совершенно безумно. Прошу, сядьте. Дайте мне пять минут и потом примите любое решение.

Девушка сомневалась несколько секунд, а потом послушно села на место.

– Многие умы не один десяток лет бились над вопросом реинкарнации. Они выпустили несколько книг на эту тему. Существует множество примеров людей, которые рассказывали о своих прошлых жизнях. Дети обладали такими воспоминаниями, которые просто не могли пережить. Взрослые рассказывали о том, что сотни лет назад жили в другой стране, под другими именами. И, что самое удивительное, подтверждали это фактами. Такими, что они могли их знать, только лишь на самом деле прожив ещё одну жизнь.

– Это всё какой-то… – начала девушка, – это ненормально.

– Представьте себе растение, которое, умирая, даёт плоды для новой жизни и рождается уже совершенно другим, – мужчина посмотрел девушке в глаза, – и я предлагаю Вам, подобно этому растению, прожить ещё одну жизнь…

– Но… как?

– Вы же сами сказали, что готовы на всё, верно?

***

– Кажется, вспоминаю, – неуверенно ответила я.

Голова начинала ужасно болеть. Офис, старик, красный тусклый свет, мигающий перед глазами, – все это проносилось у меня в голове, и каждое новое воспоминание, словно молотом, ударяло меня по голове.

– Тогда ты выглядела более взрослой, – нахально улыбнулся парень, – цвет волос был другой, добавилось пару лишних килограммов. Но раз ты тут, значит, удалось совершить невозможное, – он развёл руками, – а ты не верила.

– Я и не верю, – ответила я, повернувшись к нему.

Присмотревшись получше, я увидела в нём черты старца, который теперь прочно засел у меня в сознании. Сейчас у него исчезли все морщины, длинная борода и седые волосы сменились на модную причёску, прежним оставался лишь огонь в глазах и нахальная улыбка. Не оставалось никаких сомнений в том, что это и был Ганс, только на несколько десятков лет моложе.

– Откуда мне знать, что ты не играешь на моём больном подсознании, вдруг ты обычный мошенник?

– На, – он повернулся к столу, взял что-то оттуда и кинул мне, – держи.

Я поймала брошенный предмет. Это были два металлических кулончика. Две половинки сердца. Они были старыми и ржавыми, они не блестели, как раньше, много лет назад. Нет, не может быть. Я уже видела их, я знаю эти кулоны. Это всё выглядело слишком безумным. Рассмотрев их получше, я увидела, что в один из кулонов въелась грязь, словно его вытащили из земли. Нет. Я в ужасе схватилась за голову, желая остановить неконтролируемый поток воспоминаний. Только не…

***

– Во-первых, мне нужна какая-нибудь ценная для него вещь, – сказал старик, – душа после смерти заключена в каких-то незначительных предметах. Амулетах, например, или что-нибудь в этом роде.

– Когда он умирал, – девушка опустила взгляд, чтобы скрыть слёзы, – он сжимал в руке мой кулон, – Вика достала из-под рубашки вторую половину и показала мужчине. – Это вторая половина. Он может быть полезен?

– Именно он нам и нужен. Если ты принесёшь его мне, я смогу начать работу, – как-то незаметно для них обоих, они перешли на «ты», будто по-дружески разговаривали здесь о совершенно обычных вещах.

– Но его похоронили вместе с этим кулоном, – испуганно сказала Вика, уставившись на собеседника, – это невозможно.

– Ну, – Ганс развёл руками, – тебе решать.

– Ты же не хочешь сказать, что мне придётся его доставать?

– А ты очень хочешь увидеть его снова?

В мире совершалось множество безумных поступков во имя любви. Любовь – это та невидимая сила, что двигала людьми. Именно она заставляла приезжать их за тысячи километров, чтобы увидеться, именно она говорила им отказаться от привычной комфортной жизни ради близкого человека, и именно она заставила прийти Вику ночью на кладбище, чтобы вскрыть одну могилу.

Её руки были запачканы в грязи, она то и дело оглядывалась по сторонам и прислушивалась к каждому шороху, опасаясь, что её увидят. Небольшой фонарик валялся на земле, освещая разрыхлённую землю. Через долгих два часа, стоя по шею в могиле, Вика смогла нащупать лопатой что-то твёрдое. Сбросив песок с гроба, она со слезами на глазах поддела его ломом и вскрыла крышку. Артём лежал в красивом костюме. По его бледному лицу уже начали ползать черви, поедая плоть.

«Вот и всё, что нас ждёт после смерти, – подумала она, – никакой новой жизни».

Преодолев страх, вонь и отвращение, она протянула руку и сорвала с его шеи металлический кулон. Зажав его в руке, она расплакалась от нахлынувших чувств и болезненных воспоминаний.

– Прости, – сказала она шёпотом, – прошу, прости.

Силы покинули её, и она упала на землю. Вика медленно проводила пальцами по холодному и грязному телу своего возлюбленного.

– Я люблю тебя, – говорила она, лежа на нём в его же гробу.

Она обняла мёртвое тело одной рукой и закрыла глаза, не переставая плакать.

***

– Не могу поверить, что я это сделала… – неуверенно сказала я, больше разговаривая с собой, нежели с этим чёртовым магом.

– Ну, как видишь, – ответил он настолько спокойно, словно я только что сказала, что сдала какой-нибудь экзамен, – видимо, в той жизни ты была более смелой.

Я молча смотрела на него несколько секунд.

– Нет, действительно? – не унималась я. – Это всё правда?

– Спрашивай не меня. Спрашивай себя. Это не я вспомнил эти кулоны, вспомнил этот офис, чуть не рванул за парнем из кафе… Что я говорил про воспоминания?

– Сколько всё это стоило? – вдруг спросила я.

– Это стоило больше, чем ты мне заплатила.

***

– Отлично, – сказал старик, покрутив грязный кулон в руке, – второй есть.

Девушка сидела напротив, то и дело ёрзая на стуле.

– Пришла пора самого неприятного известия, – сказал он, посмотрев на неё с жалостью.

– Я так понимаю, что мне теперь тоже придётся…

– Да, совершенно верно.

– Если тебя это успокоит, то я через это проходил уже не раз. Ты можешь сделать это сама. Как угодно. Можешь попросить о помощи меня, но тогда это будет дороже, – с этими словами он встал из-за стола, подошёл к ящику и вытащил оттуда револьвер.

– Тебе не кажется это грубым? – спросила Вика, ни капли не испугавшись.

– Действительно, – Ганс пожал плечами, убрал револьвер обратно и достал несколько таблеток, – тоже вариант, но не так надёжно.

– Ладно, я согласна на револьвер.

– Хорошо, – сказал он, снова поменяв таблетки на оружие, – дороже, потому что мне тут после тебя придётся серьёзно прибираться.

С этим