Синдром тьмы - Рокиа

– И как же ты теперь собираешься найти покой?

Мысли не перестают мучить меня. Покой? Единственное доступное мне чувство покоя – это мрачное, смутное состояние, когда я превращаюсь в чудовище, словно зло, которым я заклеймен, можно скрыть только еще большим злом.

– Думаю, что некоторые обречены не найти покой никогда.

Оливия

У меня мороз по коже от того, как Дерек разрушает сам себя день за днем. Нам ничего не остается, кроме как смотреть издалека, как он входит с самого утра на этот заброшенный склад и выходит оттуда только вечером весь в синяках и крови. Он не разрешает нам подходить к нему.

Неделю назад он отказался от стажировки, и с тех пор Себастьян использует его как своего цепного пса. Идгар смог выкрасть и подделать заявление Дерека об уходе, и пока нам удается объяснять отсутствие Дерека его плохим самочувствием. Фредерик, как ни странно, особо нас не трогает: как будто догадывается, что что-то нечисто, но не мешает нам.

Сиа опускает окно машины, стоящей на обочине дороги. Она уставилась на сцену, разворачивающуюся перед нами: Дерек идет, сильно шатаясь, по переулку рядом со своим домом. Лунный свет ложится на его лицо, покрытое запекшейся кровью. Он спотыкается, врезается в мусорное ведро и падает на колени. Я тянусь к двери, но Сиа перехватывает мою руку.

– Не делай этого.

Я смотрю на нее.

– Какой смысл следить за ним, если мы даже не можем ему помочь? В чем смысл? Он выходит со склада, едва держась на ногах, едет на мост, там напивается. Потом возвращается домой в стельку пьяный, а на следующий день все начинается сначала. Как можно просто смотреть и ничего не делать? – Меня накрывает беспокойство.

Я всегда считала Дерека сильным человеком, нерушимой скалой, единственным, кто не терял присутствия духа ни при каких обстоятельствах. Он никогда не пытался поговорить со мной о моих страданиях, но я уверена, что он многое понимал о моей душе. Я догадалась, увидев карамельки на моем столе после того, как меня вырвало, и когда он закрыл дверь туалета, чтобы никто не увидел меня в таком состоянии. Он не выставляет напоказ свою заботу. Он не общительный, замкнутый, закрытый. И это его убивает.

– Если он узнает, что мы за ним следим, он сделает все что угодно, чтобы спрятаться от нас. Мы не бросаем его, но необходимо, чтобы у Дерека не возникло подозрений. Этот дебил любит страдать в одиночку.

Она смотрит на него как ученый, который научился понимать каждое движение своей подопытной мышки.

Думаю, связь между Дереком и Сией чрезвычайно запутанная.

Они две противоположности, два враждующих рода, которые говорят на разных языках. Но при этом только Дерек может прочитать Сию и только Сиа может понять Дерека. Они яд друг для друга, но это не пугает их, а наоборот привлекает. Есть что-то глубокое, необъяснимое и вечное в том, как переплетаются их души.

Два аркана, узники боли, которую они прокляты проживать снова и снова. Такими я их вижу.

Сиа прерывает мои мысли.

– Я знаю, что ты боишься за него, русалочка. Но поверь мне, я этого так не оставлю. Этот ублюдок Себастьян пожалеет, что родился на свет.

Я достаточно ее знаю и понимаю, что она говорит серьезно.

У Идгара округляются глаза.

– Это ведь шутка?

Сиа довольно улыбается.

– Так и знала, что ты это скажешь. Ты правда думал, что я сдамся? Черта с два. Этот говнюк заслуживает гораздо большего, но пока мне достаточно этой маленькой мести.

Мы сидим за столом на ее кухне. Она позвала нас, чтобы рассказать о своем большом плане, который она неустанно разрабатывала, пока мы делали все возможное, чтобы прикрыть отсутствие Дерека и в то же время хорошо выполнять задачи, которые ставил перед нами Фредерик.

Я бросаю взгляд на Тома.

– Это действительно можно сделать?

Он кивает.

– Да не волнуйтесь. Мы не впервые имеем дело с такими компаниями, Сиа уже сталкивалась с подобными ситуациями. Мы хорошо подготовились, и они уже заглотили наживку, как мы и думали.

Кажется, только мы с Идгаром потрясены коварством ловушки, в которую они поймали Себастьяна. Не говоря уже о том, что это незаконно. Том и Сиа совершенно не волнуются или просто не показывают вида.

– Проще говоря… – Идгар пытается осознать ситуацию, он все еще в шоке от новости, которую мы узнали. – Сиа, ты владеешь испанской компанией через третьих лиц и она только что заключила сделку с семьей Себастьяна?

Она кивает.

– И ты дала им подписать фальшивые документы, заставив их подумать, что это очень выгодная сделка… а на самом деле ты купила все их акции, – заканчивает он.

– Точно.

– И теперь с юридической точки зрения ты владелец всей их компании? Да как, черт возьми, ты это провернула… – Идгар отпивает глоток воды, пытаясь прийти в себя.

Том и Сиа смотрят на нас как на пришельцев, которые только что вышли из летающей тарелки.

– Обычно люди восхищаются, когда узнают, что я миллиардерша, а вы ведете себя как сумасшедшие, – говорит она.

Я подозревала, что Сиа богата, достаточно увидеть ее огромный особняк, где она живет в полном одиночестве, или украшения, дорогую одежду и шикарные платья, которые она носит каждый день. Но к такому я не была готова.

– И когда ты собиралась рассказать об этом нам? – спрашиваю я.

Ее губы изгибаются в гримасе, она пожимает плечами.

– Никогда? Я не веду дела сама, этим занимается Том. Мне это не интересно.

Ее безоговорочное доверие к Тому лишает меня дара речи. Еще в отеле, когда ей стало плохо, я поняла, что он не просто подчиненный Сии, а кто-то вроде дяди или отца. Такое же отношение и у Тома к Сии. В привязанности, которую он испытывает к девушке с черными кудрями, нет злого умысла или корыстного интереса. Он чуть ли не благодарен ей за то, что она позволяет ему быть рядом.

Вскоре приезжают юристы, которые работают на компанию Сии. Том ведет их в свой кабинет, чтобы обсудить последние детали.

Но есть еще кое-что, чего я не понимаю. Я собираюсь задать вопрос, но Идгар опережает меня.

– Если ты настолько богата, то почему…

Сиа перебивает его.

– Почему я пытаюсь устроиться на работу, как простая смертная?

– Я бы уже валялся на пляже на Гавайях, послав всех к черту, – говорит Идгар.

– Ну потому что…