Полукровка 4 - Василий Горъ

Василий Горъ

Полукровка — 4

Глава 1

Тор Йенсен.

10 мая 2470 по ЕГК.

…Тюнинг второй каюты моего корабля пришлось отложить. Чтобы не оставлять цифровой след. И обламываться, вылетая из Вороново на тяжелом бронированном служебном «Авантюристе», а не на любимых «Волнах». Но альтернативы радовали гораздо меньше, поэтому пришлось терпеть и убивать время разглядыванием Новомосковска, в который, по факту, пришло лето.

Город был красив — дождь, прошедший накануне, прибил к земле смог, «помыл» дома, освежил зелень в парках и изменил восприятие расстояния. Так что все, на что падал взгляд, казалось значительно ближе, ярче и праздничнее. А вот плотность траффика удивила — несмотря на субботу, флаеров в воздухе было как-то уж очень много, часть машин неслась к окраинам по радиалкам так, как будто спешила на пожар, а некоторые семейные рыдваны зачем-то лезли на безлимитки, мешали двигаться более скоростным флаерам и изредка вынуждали последние вылетать за пределы воздушных коридоров. Что, само собой, нервировало пилотов техники, идущей по встречным трассам, и иногда заканчивалось авариями.

Одну из них заметили и мы. Правда, издалека, зато неплохо разглядели оба спасательных кокона, планировавших к крыше ТРЦ, название которого терялось в слишком навязчивом мерцании рекламы.

Впрочем, над деловой частью столицы и над центром движения почти не было.

Поэтому последние километры наш «танк на антигравах» промчался достаточно бодро и, с моей помощью поймав трекер от Переверзева, зашел в летный ангар «не для всех». Да, на девять минут раньше, чем требовалось, но тупить я и не подумал: повел девчат к лифтовому холлу в обычном режиме и не ошибся — рабочий искин начальника ССО сходу пригласил нас в кабинет.

При нашем появлении Ромодановский-младший и Орлов оторвались от какого-то документа, свернули программную оболочку, убрали с лиц злость, поздоровались, сделали моим дамам по общему комплименту и предложили располагаться. А после того, как мы опустились в кресла для посетителей, Цесаревич продолжил портить нам настроение:

— Пожалуй, начну с очередной неприятной новости: вчера утром некое неустановленное лицо выкрало из санатория Тернополя сразу двух женщин, возвращенных вами из Хатты, допросило и убило. Работал профи. Следов не оставил. Но сама попытка похищения именно этих личностей подарила нам кончик ниточки: ищут вас. Арабы. Добросовестнее некуда. И плевать хотели на то, что их действия ставят под удар переговоры, ведущиеся их эмиром…

Я поднял руку, дождался разрешения заговорить и поделился своими мыслями по этому поводу:

— Мне кажется, что стоит поискать мстителя среди родственников наших жертв, занимающих достаточно высокие должности в спецслужбах Халифата. И еще: почти уверен, что эта конкретная акция и уничтожение оперативников нашего Ведомства организованы разными личностями.

Игорь Олегович заявил, что их аналитики пришли к такому же мнению, дал понять, что моя версия уже проверяется, и решил, что моих напарниц не мешало бы немного приободрить:

— Кстати, с вероятностью процентов в девяносто девять изуверская жестокость убийства допрошенных женщин стала следствием того, что их мучители не получили ни бита информации о вашей команде. Что, в общем-то, неудивительно, ибо вы ни разу не показывались спасенным без скафов с наглухо поляризованными линзами, говорили синтезированными голосами. не запускали в помещения, хоть как-то отличающиеся от стандартных, и кормили обычными флотскими рационами. Поэтому паранойя вашего командира и в этот раз принесла практическую пользу.

Девчата почти одинаково пожали плечами. Видимо, в знак того, что моя паранойя — это святое. И снова изобразили статуи. Поэтому Ромодановский сообщил, что семьи погибших получили серьезную материальную помощь, а все остальные спасенные были взяты под надежную охрану, счел, что эту часть беседы можно заканчивать, и перешел к любимому вопросу. Выкладки искина, проанализировавшего эффективность действий Марины, Даши и Маши во время планирования акций в Хатте, во время реализации придуманных планов и во время перелета к Павловску пересказывал своими словами порядка пяти минут. Потом сказал, что показал нарезку из отдельных фрагментов записей с камер наших ТК Императору, процитировал его мнение об исключительной надежности этой троицы, поднялся на ноги и от имени государя пожаловал девчатам очередные награды.

Начал с Темниковой — вручил Георгиевский Крест четвертой степени. Потом переключился на Костину и пожаловал ей тот же Крест, только на ранг выше. А после того, как оценил отношение Даши к чужим наградам, провел еще один следственный эксперимент — прижал к точке крепления на комбезе Марины орден Святого Владимира четвертой степени.

Маша не представляла последовательности вручения орденов, поэтому просто засияла. А ее подруга сначала округлила глаза. Впрочем, обрадовалась за Завадскую так же сильно. Поэтому наследник престола поймал мой взгляд, удовлетворенно опустил ресницы, видимо, дав понять, что доволен и этой гранью характеров моих «избранниц». Потом на всякий случай напомнил, что эти награды были пожалованы закрытым указом, сел сам, разрешил сесть нам и со спокойной душой переключился на рабочие вопросы…

…Последние новости с Индигирки и полей дипломатических «войн» я обдумывал весь обратный перелет. Потом задвинул куда подальше мысли, действовавшие на нервы, загнал команду в «Наваждение» и поднял на первую палубу, быстренько переоделся, умотал в рубку, влез в программную оболочку суперкарго и убедился в том, что Феникс пополнил все «расходники», включая боекомплект. Потом перетянул на себя пилотский интерфейс, оглядел все контрольные пиктограммы, отрешенно отметил их насыщенный зеленый цвет и отправил Переверзеву сообщение с плюсиком. А через считанные минуты заметил, что крыша ангара поползла в сторону, оторвал МДРК от пола, втиснул в медленно расширявшуюся «щель» и повел вдогонку за взлетавшим «Жалом».

Марина нарисовалась в отсеке именно в этот момент, плюхнулась в свое кресло, заблокировала замки и подключилась к интерфейсу Умника. Молчала до начала разгона на внутрисистемный прыжок. Да и после того, как оценила параметры вектора, ограничилась согласным кивком. Ибо понимала, что уход из системы через «троечку» — ни разу не блажь. Не удивилась и моему приказу увести борт в гипер — добросовестно «поласкала» струну, не сделав ни одной ошибки, довольно заявила, что прогрессирует, и поблагодарила за науку.

В общем, именно ее стараниями я спустился в свою каюту в более-менее приличном настроении, обнаружил, что «ослепительные красотки» уже почти накрыли на стол, избавился от скафа и ушел мыться. А через несколько минут, устроившись на законном месте, пожелал напарницам приятного аппетита и потерялся в гастрономическом удовольствии.

Двойную порцию свиных отбивных с ананасом и картофельным пюре спорол за милую душу, упился соком манго, почувствовал, что объелся, и кое-как переполз