Первые в роду - Евгения Владимировна Потапова

- Нет, Валюша, я такие вещи чую за километр, и уж поверь живое от мертвого могу сразу отличить. Сегодня только вот дала сбой, не заметила, как в аномальное место заехали, устала, подзарядки нет.

- Хочешь, с тобой поделюсь? - спросила Валя.

- Нет, нельзя. Один раз контакт с вампиром установишь, и пиши пропало, так и будешь его питать постоянно, - Вика тяжело вздохнула.

- А у тебя нет таких контактов? Может от них и подзарядишься?

Виктория на минуту задумалась, видно перебирала все варианты в голове.

- Валя, я не могу. Раньше была молодая и глупая, цепляла всех, а потом поняла, что так нельзя. Научилась собирать то, что люди сами по доброй воли разбрасывают.

- Может есть самый гадкий человек в твоей жизни? Хоть немножечко? - спросила Валюшка.

- Он и так на грани, - помотала головой Вика, - Пока еще терпимо. Мне хорошо дорога помогает, еду и энергию получаю от движения, такой драйв.

- Ну, как видишь мы с тобой пока не можем никуда выбраться.

Виктория устроилась на мотоцикле, а Валя сидела на полу.

- Холодно, - поежилась она, прямо нижняя часть вся от холода немеет.

- У меня пенка-сидушка есть. Сейчас дам, - сказала Вика и порылась в рюкзаке.

Валюшка завернулась в кофту и привалилась к стене. Девчата замолчали.

- Ты спишь? - тихо спросила Вика.

- Нет, - не открывая глаз ответила Валя.

- Может выйдем?

- Зачем?

- Не вечно же нам тут сидеть.

- Вика, до утра точно придется, - сказала Валя.

- А ты не хочешь жить вечно?

- Не поняла.

- Разве плохо жить вечно? Не стареть, не болеть, не умирать, - продолжала нашептывать Виктория.

- Ага и жить в этой глуши без электричества и интернета. Ты чего совсем что ли? Спать по несколько лет? Я, конечно, во время учебы не высыпаюсь, но не на столько, чтобы хотеть все время спать.

- Нет, ты не понимаешь. Это же власть над временем, над другими людьми. Ты можешь подчинить их своей воле и они будут слушаться тебя, как марионетки, - Вика наклонилась к Валентине и улыбнулась ровным рядом острых зубов.

- Ааааа, - закричала Валя.

Она открыла глаза, ее кто-то тряс за плечи.

- Валька, проснись. Проснись говорю, - Вика тормошила девушку, - Нельзя нам спать. Я вспомнила, они через сон могут в мозг проникать.

Валентина потерла глаза кулаками.

- Я уже поняла. Я думала, что это все наяву. Ты уговаривала меня стать вурдалаком. И зубы у тебя такие страшные были, не как в кино у вампиров, а как у акулы какой-то. Жуть, - передернула плечами Валя, - Если мы не будем спать, то завтра нам днем будет совсем плохо. Они около нас наяву в галлюцинациях будут являться.

- Зато будем живы.

- А чего делать то?

- Давай болтать.

- О чем?

- О жизни, - вздохнула Вика, - Есть какие-нибудь веселые истории?

В дверь кто-то поскребся.

- Тетенька, откройте, - послышался жалобный детский голосок, - Мне холодно.

- Ну, классика жанра, - хмыкнула Виктория, - Никакой фантазии. Явно у них тут отсутствует электричество, то бы телевизор смотрели, знали бы, что это уже избитый прием.

- Мне холодно, - заплакало дите за дверью.

- А может там действительно ребенок?

- Валя, ну ты современная девушка, или ты ужастики не любишь? Это же классика жанра, - фыркнула Вика, - Мальчик, иди домой, тебя дома ждут. Я в органы опеки на твоих родителей пожалуюсь, их в тюрьму посадят, а тебя в детдом сдадут, - грубо ответила она.

- У меня нет родителей, я сирота, - ревел малыш за дверью.

- Блин, у меня сердце разрывается, - сказала Валя.

- Молитвы какие-нибудь знаешь? Молись.

- Аббадон, ты чего там дрыхнешь, когда такое происходит? - удивилась Валя.

- Наверно, этот кто-то находится далеко от двери. Вот твой кот и молчит. Хотят, чтобы мы открылись.

- Мало ли что они хотят. Слушай, а вот интересно этой часовней, когда последний раз пользовались? - полюбопытствовала Валюшка.

За дверью продолжал плакать ребенок.

- Да фиг его знает, - пожала плечами Вика, - Хотя, ей наверно, пользуются периодически. Дверь хоть и старая, но открылась легко, даже не заскрипела. Замок я тоже быстро разобрала.

Девушка подхватила фонарь и стала осматривать стены часовни.

- Смотри-ка тут еще и иконы стоят.

- Не стоят, а на стене написаны. Их вон кто-то пытался испортить, все лица исчирканы и исцарапаны. Гвоздем что ли?

- Не гвоздем, а когтями, - внимательно присмотрелась Вика, - А вот эта стоит, как новенькая.

Она взяла в руки икону с полки и стала рассматривать. На нее злобно смотрел какой-то бородатый мужчина и недобро усмехался.

- Гадость какая, - взвизгнула Валя и выбила из рук подруги икону.

- Не поняла, - удивилась Вика.

- Ты разве не чувствуешь, от нее такая чернота идет, холод, аж мороз по коже прошелся.

Икона улетела на пол.

- Давай ее сожжем, - предложила Вика.

- Я тебе точно голову тогда оторву, и сердце твое сожру, - детский голосок за дверью перешел в густой мужской бас.

Аббадон встал в стойку, вздыбил шерсть на спине и завыл, как пожарная сирена.

- Я сама сожру твое черное сердце, - ощерилась Вика и со всего размаха наступила на икону ногой.

Где-то завыли и зарыдали сотни разных голосов. Несколько кулаков задолбили в дверь.

- Они нам сейчас всю часовню разнесут, ироды, - тихо прошептала Валя.

- Ага, - хитро улыбнулась Вика.

Она налила немного керосина на деревянную икону, и поднесла спичку.

- Сейчас Валька, мы с тобой согреемся.

- Вика, за байк не боишься?

- Все будет путем.

Дерево вспыхнуло и осветило часовню своим огнем. Валя ахнула. Все стены часовни были расписаны ликами святых и все они были исчирканы и поцарапаны. С той стороны выли и ломились в дверь.

- Смотри, как зашевелилось осиное гнездо, - хохотнула Виктория.

- Викусь, их там много, очень много. Они же нас с тобой на клочки разорвут. Не быть нам с тобой вурдалаками, сразу в стадию корма перешли.

Лик на