Наследство бабьего рода - Евгения Владимировна Потапова

— Не знаю, — пожал он плечами. — Теперь я не могу тебя оставлять одну, так что все остальное уже не ко мне.

— А к кому? — спросила она.

— Не имею понятия, — сказал Федор и исчез.

— Как всегда, — проворчала Валя.

В голове как-то не особо все это укладывалось и она пошла к бабушке делиться своими мыслями.

Клавдия Сергеевна сидела на кровати и сердите переключала каналы, что-то бормоча себе под нос.

— Баба Клава, не заняты? — спросила Валя.

— Нет, — мотнула головой старушка. — Мой любимый сериал все равно не показывают. Что тебя гложет?

Валентина все рассказала, и про сон и про Тимоху, и про Илью.

— Я про такое слышала, что люди выходят из своих тел и бродят бестелесным духом по знакомым и незнакомым местам. Но вот про физические воздействия не слыхала. Хотя ты же не человека толкнула, а его душу. Вполне может быть и такое, — пожала плечами бабушка.

— То есть это все могло происходить в реальности, а не является плодом моего воображения и работы мозга во сне? — спросила Валя.

— Валюшка, сейчас все вокруг тебя не поддается логическому объяснению и здравому смыслу обычных людей, — спокойно ответила бабушка. — Не надо пугаться, наблюдай, осваивай, записывай. Есть куда записывать? Если нет, то заведи себе тетрадочку, а лучше несколько: для заговоров и ритуалов, для снов, для Таро, для способностей, и для других непонятных вещей.

— Хорошо, согласилась с ней Валя, так и сделаю, — кивнула девушка.

— А теперь расскажи про подработку. Как сходила, чего видела, понравилось или не понравилось? — поинтересовалась бабулька.

Валентина с удовольствием рассказала как прошел ее первый день на новой работе.

— Хорошо, что хозяйка понимающая попалась, и денежкой с тобой поделилась, и все объяснила. Хотя все разъяснить тебе — это в ее интересах.

— Ну, да, — кивнула Валя.

— Завтра снова на работу? — спросила бабушка.

— Угу. Ой, надо же что-то сготовить на завтра, с собой что-то взять и вам оставить на обед.

— Надо, мы сегодня все с тобой доели, а нового никто ничего не готовил. Хочешь, я завтра что-нибудь сама сварганю?

Валюшка со скептицизмом посмотрела на бабульку, все же ее недавно выписали из больницы, да и передвигаться по квартире самостоятельно она только начала.

— Нет, — мотнула Валя головой. — Я сама. Сейчас борща из косточек наварю, да гуляш сготовлю. Я так поняла, что работаю только завтра, а потом два дня отдыхаю, там другой продавец будет. Так что много наготавливать не нужно.

— Вот и хорошо, вот и ладно. Жаль, что твой Тимошка уехал, а то бы и поработать успела и погулять. Хотя, знаешь, мне спокойней, хоть переживать за тебя не буду. Тимошка твой, тот еще фрукт.

— А мне он нравится, — с нажимом ответила Валя.

Предметы со стола стали подниматься в воздух.

— Валюша, конечно, конечно, — замахала руками бабушка. — Он парень хороший, и учится, и работает, и в беде человека не бросит.

Сразу все улеглось на свои места.

— Я готовить. Вы со мной? — спокойно спросила Валя, словно ничего и не происходило до этого.

— Нет, милая, я тут посижу, может сериальчик свой найду, что-то я как-то устала.

Валюшка вышла из комнаты, а Клавдия Сергеевна задумалась, что же делать с такой опасной активностью внучки. Не дай Боже зашибет ненароком каким предметом, больно уж у нее нрав крутой.

Глава 81. Не повернуть назад

Ребята проснулись через часа три, нестерпимо хотелось есть. Противной тетки не было, видно ветром сдуло, а может поняла, что тут ловить нечего и пошла искать новых жертв. Тимофей криво усмехнулся, подумав про нее, вот ей сюрприз будет, когда все ее колдовство начнет в обратную возвращаться. Правду про него бабка говорила, что больно уж он жесткий, когда дело касается справедливости.

— Илюха, ты спишь? — наклонился вниз Тимоха с верхней полки.

Илья обнялся со своим кроссовками и тихо посапывал. Тимофей тихонько засмеялся. Парень приоткрыл глаза, повернулся и чуть не упал с полки.

— Чего ты ржешь? — зевнул Илюха.

— Ты чего с ними обнялся? — спросил Тимоха.

— Чтобы никто туда ничего не наговорил и не нашептал, — обиженно ответил тот.

У кого-то в животе громко заурчало.

— Есть хочется, — спрыгнул Тимоха на пол и потянулся.

— А эта, старая карга где? — спросил брательник, садясь на полку.

— Не знаю, смылась дальше творить безобразия.

Илюха потряс обувью, заглянул туда, понюхал, потом посветил фонариком с телефона.

— Ты еще лизни. Чего ищешь? — спросил его Тимофей.

— Мало ли она чего туда положила еще, — хмыкнул брат.

Он оторвал стельку и под ней нашел небольшой странный сверток. Тим внимательно смотрел на братца и улыбался.

— А это еще что такое? — удивленно уставился Илюха на сверточек.

Уже собирался его развернуть, но Тимофей не дал.

— Это мамка нам такие обереги делает. Еще и на стельке пишет всякое. Переверни, — кивнул он.

Илюха перевернул стельку и действительно там были нанесены какие-то знаки.

— Что это? — спросил он.

— Это вязь, то ли арабская, то ли византийская, не знаю. Я в такие дебри еще не залезал. Мама наша чего только не умеет, — пожал плечами Тимоха.

— То есть вот это бы защитило меня от теткиных наговоров? — спросил Илья.

— Может быть, — пожал плечами старший брат. — А может и не быть. Ты под матрасиком посмотри, тетя могла еще чего и подложить нам.

Тимоха начал шариться у себя на верхней полке под матрасом при помощи длинной отвертки и выгреб какую-то непонятную маленькую куколку из ниток, тряпок, бумажек и веточек. Она вывалилась прямо в проход. Парень присел на корточки и стал ее рассматривать, поворачивая отверткой.

— Это еще что? — спросил Илья, смотря на куколку широко раскрытыми глазами. — Наверное, кто-то из детей тут ехал и соорудил такую игрушку.

— Ты сам то себе веришь? — спросил Тимоха. — Сейчас такие дети, что из тряпок и ниток кукол не мастерят, тем более таких уродских и страшных. Вот коза какая, решила мне значит отомстить.

Он протянул брату отвертку.

— Посмотри у себя, руками только не бери то, что найдешь, скидывай все сюда.

Илюха просто скатал матрасик и под ним нашел сложенную в несколько раз купюру, только хотел ее схватить руками, но тут же получил подзатыльник от брата.

— За что? — сердито спросил Илья, поглаживая ушибленное место.

— За то. Ты чего не видишь что ли, к чему ты свои грабли тянешь?

— Деньги кто-то заначил, а я нашел.

— Полтинник так не прячут, было бы пять тысяч, еще было бы понятно, что кто-то спрятал и забыл, да даже тысячу