Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

операцию по возвращению Барчука на явочную квартиру взялись в служебном фургоне. Впрочем, обсуждать — это слишком громко сказано, поскольку высокие чины уже распланировали всё от и до. По легенде Маленский остался дожидаться подельников у машины, те проникли в дом без него, вернулись некоторое время спустя с портфелем и на вопросы отвечать отказались. После ездили по городу, пытаясь выявить слежку.

— Брать вас будем под окнами явки! — заявил Дичок. — Обставим всё так, чтобы сложилось впечатление, будто наблюдение за ней установили ещё до вашего возвращения. Группа захвата будет в курсе ситуации, но — никаких поддавков! Стрелять на поражение! Всё должно выглядеть естественно! Ясно?

— Так точно! — отозвался Маленский.

— Бойцам в оцеплении поставят боевую задачу, посвящённых среди них не будет. — предупредил Городец. — Приказ начать облаву поступит с небольшим запозданием, это даст вам несколько минут, чтобы оторваться от преследования.

Лично меня решение отпустить фон Винека, нагрузив его какой-то дезинформацией, а заодно подсадной уткой в виде Барчука, откровенно покоробило. Эдакого вражину и пощадить? Уму непостижимо!

— Из города выбирайтесь самостоятельно. Поблажек не будет, — добавил Георгий Иванович. — Это понятно?

Маленский вновь кивнул, а Василий Архипович уточнил:

— Георгий, твои люди ведь не в форме вохровцев действовать станут?

— Нет, переоденутся.

— Найдёшь для нас два комплекта формы?

Дыбу при этих словах едва не подкинуло.

— Товарищ генерал! Это слишком рискованно!

Дичок развернулся к нему всем корпусом и объявил:

— Работа у нас такая — рисковать!

— Вам на выходных дочь замуж выдавать!

— Это не повод прятаться за чужими спинами! Если что-то делать, то делать на совесть! — отмахнулся Василий Архипович и перебил уже открывшего рот Городца. — Георгий, даже не начинай! Группа захвата из пяти… Да пусть даже из шести человек — это курам на смех! Фон Винек не дурак! Действовать станем двумя четвёрками. Пётр, зови своих людей!

Георгий Иванович махнул рукой, я выглянул из фургона и скомандовал:

— Заходим! Митя, ты тоже!

Постановка задачи бойцам не заняла и пяти минут, после ещё с четверть часа мы проясняли отдельные детали. Я, в частности, спросил:

— Сколько всего диверсантов и чем они вооружены?

— Осталось шесть человек, трое — операторы, — подсказал Маленский. — Из оружия ТТ, ППС и гранаты.

— Операторы сильные?

— Один из эмигрантов, пятый виток. Двое после пиковой инициации в источнике-семь.

Дальше Барчук нарисовал план явки и по памяти набросал схему подходов к дому, а Городец предоставил нам подробнейшую карту района. Генерал Дичок поглядывал на часы всё чаще, затем не утерпел и объявил:

— Пора закругляться! Пётр, кого из своих людей мне дашь?

— Клич, Балаган, пойдёте с товарищем генералом, — объявил я.

Василий Архипович оглядел их и кивнул, предупредил всех разом:

— Диверсанты под гипнокодами и с ампулами цианида, действуйте предельно жёстко. Сможете захватить кого-то живыми — хорошо. Станут оказывать сопротивление — уничтожайте!

Городец при этих словах едва заметно поморщился, но вносить коррективы не стал и услал Митю за чёрными прыжковыми комбинезонами и прочим обмундированием для Дичка и Дыбы, заодно велев подобрать один комплект и себе. У остальных всё уже было — принесли из общежития и переоделись.

Митя обернулся в десять минут, и ещё столько же, если не больше, возились с подгонкой обмундирования наши армейские коллеги. Стандартные комбинезоны оказались этим кабанам откровенно тесноваты.

— А сам не хочешь тряхнуть стариной, Георгий? — улыбнулся Дичок, подтягивая ремни. — Давай! Вместе! Как в былые времена!

Но Городца это предложение не воодушевило.

— Воздержусь, — сухо отказался он.

— Старость — не радость? — и не подумал отстать Василий Архипович, с хрустом покрутив мощными плечами.

— Играющий тренер — не моё амплуа! — отрезал Городец и, похлопав по плечу Жёлудя, отшутился: — Вот, Дмитрия вместо себя на поле выставлю! — Он ухмыльнулся и уже совершенно серьёзно добавил: — А дабы после не искать крайних, состав опергрупп зафиксируем официально.

Василий Архипович развёл руками.

— Если тебе будет угодно…

— Будет, — кивнул Городец, расстегнул портфель и протянул Маленскому изъятый при задержании ТТ. — Начинаем!

Мы выделили Дичку и Дыбе два ППС, а Мите оружия от нас не досталось, у него имелось собственное. После выбрались из фургона в глухой переулок, въезд в который перегораживал служебный автомобиль, но так сразу, разумеется, никуда не поехали. Для начала Городец рассовал по карманам покойников пистолеты, а дальше уже мне с парнями пришлось размещать тела диверсантов на передних сидениях их автомобиля. Барчуку полагалось ехать сзади, так у них было заведено.

— Рулить сможешь? — уточнил я.

— Да! — буркнул тот, забираясь на задний диванчик с полученным от Городца портфелем.

Федя хоть и старался не выказывать нервозности, но события сегодняшнего дня даром для него не прошли, а дальше станет только хуже. Дальше на него охота всерьёз пойдёт. Будет жарко.

Ворохнулась мысль чуток перестараться и положить на явке всю эту шайку-лейку, не дав никому уйти, но подумал-подумал и выкинул её из головы. Неспроста же фон Винека отпускают. Значит, есть резоны. Значит, так надо. Иначе никто бы такую ответственность на себя не взял.

Непосредственно перед выездом Георгий Иванович провёл финальный инструктаж. И не просто провёл, но и собрал со всех подписи, а у Дичка ещё и завизировал документ о проведении совместной с СЭЗ операции. Лично я ничуть не удивился бы, потребуй он под роспись ознакомиться ещё и с обязательством о неразглашении, но нет — сейчас было попросту не до бумажной волокиты. Этим займёмся уже завтра. Точнее, займутся те из нас, кто переживёт сегодняшний день.

Тьфу-тьфу-тьфу, конечно, трижды через левое плечо, да только наивно полагать, будто мы просто пуганём Барчука и позволим диверсантам оторваться. Представление серьёзное затевается. И стрелять в нас будут тоже — всерьёз.

Ну, поехали!

На место выдвинулись без четверти девять. Митя рулил, мы в свете электрического фонарика продолжали изучать схему Барчука и карту района. Мы — это я, Унтер и Ваня. Глеб и Алик ехали во второй машине — неприметной серой легковушке, в которую Василий Архипович втиснулся, прямо скажем, не без труда. Да и Дыбе пришлось согнуться на заднем диванчике едва ли не в три погибели. Телосложением генералу он особо не уступал.

Дыба, Дыба, Дыба…

Вот с какой стати он на меня так взъелся, что велел Барчуку из учебного отделения выжить? Не такие уж и плохие результаты я демонстрировал, успеваемость на дно не тянул. А если пришёлся не ко двору, то почему было официально не отчислить?

Впрочем, этого как раз ему бы и не позволили. Городец бы прикрыл, да и у комиссара Хлоба ко мне претензий не имелось.

Странно это всё.