Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

и конечно небольшие вихри духов воды. В основном совсем мелких размером с ноготь мизинца, но временами проплывали и вполне приличные образцы. Но поймать такой не было ни малейшего шанса. В воде эти вихри чувствовали себя как человек на воздухе, и плотная среда их ничуть не тормозила. Требовалось приманить духа чем-то таким, что заставит его, потеряв всякую осторожность остановиться и настолько увлечься угощением, чтобы забыться хотя бы на пару секунд.

Март в этом году выдался тёплым, и Кирилл ходил в лёгкой куртке и штанах успев за пару недель обойти всё владение Ветровых, а также изучить весь дом сверху донизу. В доме стояли весьма условные замки и для взрослого и опытного человека в них не было никакой сложности.

Он побывал в комнате сестры, пока та училась в школе, и старшего брата, когда тот завис на какой-то вечеринке. Их маленькие и смешные тайны вроде вибратора под кроватью у сестры и пачки журналов гей-порно у брата оставил им. Ему с ними не жить и пусть хоть в русскую рулетку играют с автоматическим пистолетом. А вот облегчил их денежные заначки он с большим удовольствием. Ещё побывал в кабинете Ветрова — старшего, полистав бумаги, понял, что это ему не интересно, а в кабинете Аллы Семёновны понял кто настоящий глава семьи. Везде лежали счета, контракты, в шкафах, и на столах громоздились юридические справочники, а в незакрытом сейфе он обнаружил свой паспорт, выдаваемый в этом мире в 14 лет и естественно прибрал его к себе.

Но всё что ему требовалось, он уже прочитал на сайте Социальной Службы. Экранчик у его смартфона был совсем небольшим и с трещиной через всё поле, но текст читался вполне нормально, и он на недели погрузился в юридические тонкости этого мира.

Практически весь день он сидел у себя, читая статьи и смотря обучающее видео в интернете выходя лишь рано утром и вечером для тренировки, но рано или поздно он всё же пересёкся с братом, явно поджидавшим его с распахнутой настежь дверью в комнате.

Стоило Кириллу появиться в проходе как Дмитрий выскочил и без разговоров попытался ударить кулаком в лицо, но Кирилл легко ушёл в сторону, чуть крутанув брата, пробил с колена в толстый зад, посылая того вдоль коридора к лестнице.

Слетев по длинной лестнице Дмитрий вписался в стену весьма удачно, разбив голову и сломав правую руку, хоть и не убился на что искренне надеялся Кирилл. Но и так получилось неплохо и весьма довольный он спустился на служебную кухню, где младшего Ветрова уже принимали как своего. А всё благодаря тому, что он, как-то вполне профессионально обработав рану садовника, взял на себя мелкие и не очень ранения слуг, накладывая нормальные повязки и давая рекомендации по лечению. Раньше они за всем эти ездили в город, но за каждой ранкой или болячкой не наездишься, и слуги просто болели, подчас весьма сильно. Так прачке Антонине ему пришлось вскрывать глубокий нарыв, промывать его, и наложить повязку от чего всё время хромавшая женщина буквально за пять дней поправилась. Недавно принятому садовнику нормально поставил сломанную руку, наложив шину, а у дочери сторожа вытащил несколько длинных заноз и правильно сделал перевязку.

Всё это происходило от того, что хозяевам поместья были совершенно безразличны проблемы слуг, считая, что работники должны делать дело, наниматели платить зарплату и этим их отношения заканчиваются. Но и слуги тоже отвечали пренебрежительным отношениям к проблемам хозяев, и не видели ни одной причины почему они должны относиться к Кириллу также, как и наниматели.

Поэтому теперь Кирилла кормили от души, и где бы он не появлялся, слуги встречали его улыбками, а дочери в возрасте «согласия» вовсю постреливали глазками. Да, он не маг, зато высокий, жилистый и очень умный. А такой парень не будет куковать на одну социалку.

В стороне держались только телохранители семьи и глава безопасности отставной капитан Крутов, общавшиеся только между собой, да с девками, которых привозили в отдельно стоявший домик.

День шестнадцатилетия ничем не отличался от обычного дня. Яркое майское солнце жарило вполне по-летнему и окна в столовой были распахнуты настежь. Старший брат только вернулся чуть раньше из Академии, да сестра почему-то необычно молчаливая заняла место за обеденным столом где уже сидели родители.

— Вера, — Окликнула Алла Семёновна горничную подававшую на стол. — Позови Кирилла.

— Да, госпожа. — Девушка лет тридцати с выдающейся модельной внешностью, взятая в дом для отвлечения старшего сына от любований гимнастами и всякими…растами, склонилась в поклоне и поспешила по коридору к комнатке нелюбимого сына.

— Кирилл… — Она осторожно поскреблась в дверь, та сразу же распахнулась, и Вера увидела тугое, будто свитое из стальных жил тело шестнадцатилетнего парня, один запах которого сводил её с ума. Едва оторвав взгляд от его трусов, она качнула головой в сторону столовой.

— Эти… зовут.

— Понял. — Кирилл от последнего посещения алтаря сильно изменился. Красивое, но чуть припухлое лицо похудело и заострилось и даже разговаривал он коротко, рубленными фразами, а смотрел так, что все молодые, да и не очень молодые женщины в поместье теряли самообладание.

Он, уже готовый к побегу, надел заранее подготовленную одежду, купленную у сына садовника, а точнее за небольшие деньги Витька привёз одежду из бесплатного социального магазина.

Так-то она мало чем отличалась от одежды за деньги, а порой даже выглядела лучше, потому как за качеством изготовления следили очень пристально и её не требовалось менять постоянно. Социалка строго следила за тем, чтобы человек не набирал одежды сверх лимитов, а значит служила долго. Но определённый зазор существовал и Кириллу привезли штаны типа карго, простые кожаные туфли вроде кроссовок на толстой упругой подошве, белую футболку, ветровку с капюшоном и небольшой плоский рюкзак на десять литров.

Он, не обращая внимания на служанку надел новые вещи, накинул на футболку рюкзак, сверху набросив ветровку так, что его почти не стало видно.

— Ну пошли. — Он кивнул, и окинув взглядом комнату кивнул своим мыслям, и вышел, не заперев двери.

Во время обедов Крутов обычно стоял за спиной у четы Ветровых словно тень, но стоило Кириллу войти, как он машинально напрягся, сдвинув руку к кобуре. Он внутренне чувствовал поток опасности от мальчишки, и не мог понять в чём дело.

— Садись. — Коротко приказала Алла Семёновна, но Кирилл даже не двинулся с места оставшись стоять у входа.

— Садись, кому я