Фантастика 2026-8 - Андрей Северский

тех пор, пока Иван не выдержал. Он не стал шуметь и ругаться, резко бросил весло, взял котелок, в котором готовили ужин, зачерпнул им из реки воду и облился с головой. Сделал так он несколько раз, пока не успокоился. Анхелика смотрела на друга испуганно, Прометей понимающе.

— Можно я порыбачу? — После водных процедур умоляюще попросил Иван. Прометей тоже бросил весло на борт.

— Валяй.

Он и сам облил себя водой, после чего снова взял весло.

— Если поймаешь чего, половину зажарим, а половину замаринуем.

— Хорошо. — Радостно согласился Иван.

Из всех рыбацких снастей у них имелась острога, да сеть, которой по ночам накрывали плот. Иван решил, что сетью наловить рыбу будет проще, чем острогой в непрозрачной воде. Он отцепил от нее «погремушки», привязал веревочные ручки и закинул назад с кормы.

— Без прикорма надежды мало. — Произнес он негромко.

— А можно я погребу? — Неожиданно попросилась Анхелика, до этого и не пытающаяся заняться мужской работой.

— Осилишь? — Поинтересовался Прометей.

— Как смогу. — Девушка взяла в руки весло. Несколько раз махнула им в воздухе, изображая, как бы она сделала это в воде. — Так?

— Воздух загребать намного легче, в воде так не помашешь. — Иван, считающий Анхелику «нежным цветком» подумал, что ее не хватит и на минуту.

Анхелика не ответила. Села на свою сторону плота и сделала пробный гребок.

— Не так уж и тяжело. — Ответила она.

Через минуту ее лицо покрылось потом, щеки разгорелись. Она высунула в уголок рта язык от усилий, пыхтела, но молчала, раз за разом погружая весло в воду. Иван смотрел ей в спину и думал, что совсем не узнает ту Анхелику, которой она была полтора месяца назад. Будь она прежней, то ни за что не взяла бы весло в руки, капризничала, сваливала бы все свои проблемы на них. Преображение произошло незаметно, плавно. Его Анхелика из обузы и раздражающего члена экипажа превращалась в товарища, который придет в случае чего на замену.

Прометей украдкой поймал взгляд Ивана и повел глазами на Анхелику, молча давая понять, что впечатлен девушкой. Иван воспринял его мимический комплимент, как личный и глазами ответил: «ну, дык, и не такое можем».

Минут через десять, Иван решил проверить сеть. Мелкая рыба могла никак не проявить себя в ней. Затравил ее на корму и радостно воскликнул. Сквозь сеть блестели чешуей мелкие рыбешки. Всего их оказалось шесть штук. Вес самой большой не превышал полкило.

— Анхелика, бросай весло, займись женским делом. — Иван вытащил из сети трепыхающихся рыбешек.

Ловким движением мачете отрубил каждой голову. По глазам девушки было видно, что она рада смене деятельности, но живущая в ней капризная натура все же проявила себя:

— Я подумала, что ты у нас теперь за нее.

Прометей прыснул, но не обернулся. Иван шлепнул Анхелику под зад.

— Головы и потроха не выбрасывай. На прикормку оставим для следующей рыбалки.

— Так мне что, мариновать их, или уху готовить? — Анхелика посчитала, что делить шесть рыб на несколько блюд не стоит.

— Уху. — Распорядился Прометей.

Когда на плоту запахло костром и съестным, плыть стало гораздо веселее. Он больше не воспринимался, как галера для рабов, а стал островком уюта и стабильности. За день еще раз наткнулись на зеленый остров из сплетенной травы и решили, что такие острова были здесь обычным явлением. Маняще красивые снаружи, но червоточящие изнутри. Можно было пристать к нему на ночевку, но время было слегка за полдень. Терять половину дня показалось расточительным и понадеялись на то, что такой остров попадется еще раз. У этого острова перекусили ухой и с новыми силами отправились дальше.

Туман темнел на глазах, а надежды встретить опору на ночь, становилось все меньше.

— Ничего, будем грести всю ночь по очереди, не спеша. — Предложил Прометей. — Главное, чтобы нас назад далеко не отнесло.

Перспектива махать веслом еще полночи не сильно манила Ивана. Тело просило отдыха. Он ничего не ответил, но Прометей прекрасно понял его молчаливую реакцию и с удвоенным усилием замахал веслом. Ивану ничего не оставалось, как поступить так же.

Анхелика сидела за трюмом и полоскала в воде посуду. Ей показалось, что она услышала едва различимый звук, похожий на порыв ветра. Звук раздался сверху. Она поняла, что на материке нет никакого ветра, что воздух, насыщенный туманом неподвижен. Теперь она была не уверена в этом, но ничего не сказала, предпочитая убедиться еще раз. Через недолгое время звук повторился. Прямо над головой. Анхелике даже показалось, что она увидела темный силуэт, похожий на ведро с крыльями.

Она быстро домыла посуду и подошла ближе к мужчинам.

— Вы ничего не слышали?

— Я слышал, как пыхтит Прометей, и как весло шлепает по воде. — Язвительно ответил Иван.

— Ничего. — Ответил Прометей. — А ты?

— Замрите. — Попросила Анхелика.

Мужчины вынули из воды весла и замерли. Еле слышимый звук, похожий на свист сквозняка проходящего в щели трюма, пронесся над головами. Иван и Прометей переглянулись.

— Сова? — Спросил Иван.

— Похоже.

Они бросились к сети, чтобы натянуть ее над собой. Едва они начали ее расправлять, как на трюм мягко и беззвучно спикировал сова. Она по-хозяйски села, убрала крылья за спину и большими, мигающими вразнобой глазами, уставилась на людей. Анхелика хотела закричать, но Иван вовремя приложил палец к губам.

Птица, по размерам тех, что видели Прометей и Иван раньше, относилась к средним. Самые большие совы доходили ростом до человеческого плеча. Но даже такого размера, она выглядела мощной и опасной. Чего стоил один загнутый клюв, способный перекусить человеческую руку. Эта была чуть выше пояса и имела иной окрас, светлее тех, что жили на материке, напротив Новой Земли.

У людей на плоту создалось впечатление, что птица знакомится с ними, или проще говоря, пытается разобраться с тем, к какой группе отнести людей. К пище, к врагам-соперникам, к симбионтам, или к тем, на кого вообще не стоит терять времени. Прометей сделал вывод, что людей эта сова прежде не видела.

— Ты хочешь сказать нам, что берег рядом? — Иван сделал свой вывод из появления птицы.

— Угу. — Не открывая клюва, произнесла сова.

— Точно. — Обрадовался Прометей. — Они же не могут жить на воде.

Он осторожно взял в руки острогу, наткнул на нее рыбью голову и поднял к глазам птицы. Сова свелась взглядом на предложенном подарке и резко сдернула его с остроги. Хрустнула единожды мощным клювом, раздавливая рыбью голову, и проглотила ее. Снова «угукнула» и попеременно заморгала большими желтыми глазами. Сделала по крутому повороту шеей в обе стороны и снова уставилась на людей.