"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

class="p1">Это что получается, я опять пролетаю мимо кассы с обучением? А ведь я так хотел хоть немного мирных и спокойных дней, но по факту получил только мирные и спокойные часы в дирижабле.

— Почему всем охота навести суету? — прокомментировала Лора, когда мы заходили на посадку в Красноярске. Вокзал полнился людьми, как обычно, но не только это меня смутило. Тут толкались еще и репортеры. Мать твою за ногу!

— Это что за твою мать? — наблюдая за толпой журналюг, произнес я.

— Может, не мою? — тихо произнесла Маша и улыбнулась.

После того, как девушка осознала, что она будущая мать, то стала вести себя соответствующе. Старалась не нервничать, не напрягаться, хотя в ее случае поднять сто килограммовую штангу не особо тяжело. Да, появились перебои с настроением. Но Лора заверила, что это нормально, и я успокоился.

Беспокоило меня сейчас одно — почему тут собралось столько репортеров? И что-то мне подсказывало, все они к конкретному человеку.

Дирижабль приземлился.

Мои рыцари собрались у выхода и ждали меня с Машей. Болванчик летал над толпой, выискивая моего нелегального гонщика Данилу.

— Дамы, — кивнул я своим девчонкам. Они тоже заметили репортеров, и видок у них был не самый радостный. Я бы даже сказал, трусливый.

— Миша… А все будет хорошо? — прошептала Андромеда за всех.

Я же только умилился такой ситуации.

— Мои дорогие рыцари! Вот уж не думал, что сильнейшие воины рода Кузнецова начнут очковать при виде шайки журналюг?

Маша одобрительно кивнула. Уж кто-кто, а она умела общаться с прессой.

— А мне нисколечки не страшно! — смело подняла руку Лира и забавно сдвинула брови.

Остальные тоже сделали суровые лица и закивали, как игрушечные собачки в машинах.

— Тогда пошли! Может, это вообще не по нашу душу! — улыбнулся я.

И собственно я оказался отчасти прав. Да и Болванчик успел подслушать разговоры некоторых из присутствующих.

Когда мы спустились с трапа, репортеры сперва не узнали меня и Машу… Эх, сперва…

— А это ли не граф Кузнецов? — зашептались репортеры.

— Это же Михаил Кузнецов!

— И Мария Кутузова! Кузнецов и Кутузова! А что за девушки? Наложницы? Еще жены?

Народ всполошился и заинтересованные журналисты быстро обступил нас.

— Михаил, скажите, а правда, что царь решил не отдавать вам Сахалин?

— Правда, что вы не убивали князя Меладзе и Леонтьева?

— Замешан ли в вашей победе ваш будущий тесть, генерал Кутузов?

— Мария, когда свадьба? Вы хотите жениться на графе Кузнецове? Правда, что ваш отец против?

Маша приподняла бровь и с пренебрежением окинула репортершу с ног до головы.

— Откуда у вас такие сведения? Может, стоит направить проверку для выяснения, кто ваши осведомители? А то несете какой-то бред! — гордо ответила она.

— Простите, — раскланялась репортерша и растворилась в толпе.

Я же не знал, как реагировать.

— Михаил, как обстоят дела у вас в роду? Что это за девушки вместе с вами?

Хм… Думаю, на такой вопрос уже можно ответить.

— Эти девушки — официальные рыцари моего рода!

Посыпались вспышки камер. Но тут некоторые начали с удивительной скоростью отбегать в сторону трапа. Кажется, цель, ради которой они собрались, прибыла.

— Александр Сергеевич! По какому делу вы в Красноярске?

— Вас послал лично царь?

— Правда ли, что вы все это время путешествовали?

— У вас был роман с египетской царицей Клеопатрой?

Вот уж не думал, что с нами летел Пушкин. И Лора даже не отследила его… Возможно, он просидел весь полет у себя в каюте, как и мы. Но то, что Лора его не заметила, это, конечно, косяк с ее стороны.

— Стареете, барышня… — подколол я ее. — Уже силенки не те.

— Я тебе щас инсульт сделаю! — угрожающе произнесла моя голубоволосая помощница.

— Так и быть, можешь взять немного энергии из хранилища, — кинул ей ответку.

Пушкин в это время охотно раздавал интервью и фотографировался, ослепляя всех белоснежной улыбкой и размахивая кудрявой шевелюрой. Да и грудными мышцами он иногда поигрывал, чем вызывал восторг у женской части репортеров.

Наконец, от нас все отвязались, и мы уже планировали улизнуть под шумок, как Александр Сергеевич нас окликнул.

— Кузнецов! Миша! Маша! Кутузова!

— Ну блин… — выдохнула Маша и закатила глаза. — Ты с ним еще не знаком… Просто кивай и улыбайся. Он человек очень хвастливый и горделивый.

— Чего же вы, даже не здороваетесь⁈ — с укором произнес он. — Мария, неужели не узнала? Я тебя помню вот такой, — и показал ладонью на уровне пояса.

— Здравствуйте, Александр Сергеевич, как поживает Арина Родионовна?

— О, хорошо, что спросила! — расплылся Пушкин в улыбке. Между тем, фотографы во всю фоткали нас вместе. — Она запустила свой мерч. Кружки с надписями…

— Замечательно, — улыбнулась Маша. — Познакомьтесь, Александр Сергеевич. Михаил Кузнецов. Мой жених, граф и просто хороший человек.

— Хех! Будем знакомы, граф! — протянул он мне широкую руку. — Знавал твоего отца. Хороший был мужик. Простой!

Я пожал его пятерню. Ну конечно же, он попробовал меня просканировать с ног до головы.

— Не стоит этого делать, — улыбнулся я. — Мне тоже очень приятно познакомиться.

Теперь уже мы с Лорой вдвоем насели на него, пытаясь просканировать.

Пушкин сперва удивился, а потом его глаза азартно вспыхнули.

— Простите, но мы спешим, — вырвала мою руку Маша и потащила на выход.

— До свидания! — помахали Александру Сергеевичу мои рыцари и пошли за нами.

— Ты чего, совсем? Это же Пушкин! — зашипела Маша, когда мы сели в машину.

Данила подготовился и приехал за нами на фургончике. Народу много и всех хочется расположить с комфортом.

— И что это должно значить? — удивился я. — Он пытался меня просканировать.

— Ну и дал бы ему это сделать! — фыркнула Маша.

— С чего это? Не слишком ли он наглый?

— Это Пушкин, Миша!

— Да я понял, что это ТОТ САМЫЙ Пушкин, ну и что? Я не понимаю. Что его отличает от Есенина и остальной когорты сильных людей?

— Ой, все! — фыркнула она и отвернулась.

Ну вот, как я и говорил — перемены в настроении. Беременность она такая. Чуть-чуть подольше потупил, и на тебя уже обиделись.

Тут уже и звонок от Звездочета пришел. Как