Фантастика 2026-45 - Татьяна Михаль

под европейскую колею. Когда мы с Александром крепко выпили (это было после весьма удачной охоты в Баварских Альпах) я даже умудрился поведать ему бессмертную историю, которая объясняла, почему колея в России на 9 см шире, чем европейская. Мой царственный брат этой историей заинтересовался. Я и рассказал, что когда к Николаю Павловичу пришли с проектом железной дороги, то предложили сделать ее шире европейской. «Нах…й шире?» — удивился император. Ну, вот с тех пор и стала колея шире ровно на 9 см. Сначала Александр побагровел, чуть было не подавился лафитом, который собирался принять на грудь, а потом расхохотался и почти весь вечер повторял… «нах…й шире!». Повезло, мог ведь и в лоб получить! Это я про себя, а не про Александра! Второй важнейший проект — это освоение Донецко-Криворожского месторождения и строительство в тех краях металлургического центра. Не появится там Юзовка! Мистер Юз получил от ворот поворот. Будет Крупповка, например! Ибо развиваться этот бассейн решено по технологиям Круппа и при участии его фирмы. А еще мы закладываем новый пороховой завод и патронную фабрику. Пора переходить и российской армии на чуть более современное вооружение. Вот только, к моему удивлению, ни император, ни его приближенные даже приблизительно не представляют, сколько реально понадобиться патронов даже для небольшой локальной войнушки!

В Мюнхене осталось несколько молодых (относительно) военных — в чинах от капитана до полковника, изучать опыт войны с Францией. Так сказать, прибыла новая порция наблюдателей — генштабистов. Особенно настоял на присутствии в войсках капитана Драгомирова. Человека талантливого, но со взглядами, которые какое-то время считались революционными, но не менялись и стали внезапно довольно-таки реакционными. Кроме них задержались в Мюнхене для обмена опытом и десяток жандармов самого разного калибра. Им точно есть чему поучиться. И как охранять царственные персоны — в первую очередь.

В Австрии все-таки вспыхнула гражданская война. Скорее всего, для Сиси она станет приговором, насколько я узнал Софию, она невестку в живых не оставит. Никакой угрозы своей власти баварская принцесса, ставшая австрийской вдовствующей императрицей, не допустит. Вялые стычки переросли в несколько сражений, в которых участвовало по несколько тысяч человек с каждой стороны. Но воевали там все-таки как-то осторожно, я бы сказал, нехотя. И перевеса ни за кем не было.

В Италии Гарибальди был из тюрьмы выпущен, но идти против меня отказался. Нашли какого-то клоуна, который возглавил революционную армию Италии, собрал шесть тысяч отморозков и вместе с таким же количеством французов из бывшего мексиканского экспедиционного корпуса подошел к Милану. Наш оккупационный гарнизон отступил на соединение с корпусом в Венеции. А сами миланцы ворота города «освободителям» так и не открыли, ссылаясь на приказ Виктора Эммануила. А галлы с инсургентами (в этом сброде итальянцев было чуть ли не треть) не рискнули идти на Венецию, так и топтались в окрестностях северной неофициальной столицы Итальянского королевства.

В Саксонии шли пограничные сражения, наши войска демонстрировали намерения завладеть пограничными крепостями, перебрасывая резервы в Швейцарию. Третьего мой уже тесть, Франсуа Орлеанский, должен отбыть к швейцарскому корпусу. И почти сразу же по прибытию ударить на Дрезден. Могу только пожелать ему удачи!

— А что там с потомками франков? — спросите вы, и будете абсолютно правы — это направление самое важное!

Значится так! Маневр Первой конармии разрезал Эльзасскую и остатки Саарской армии, которые уходили в сторону Меца. Противник стягивал все резервы к Седану, одной из самых мощных крепостей в этом районе. Туда же отступили войска, которые даже не попытались удержать Мец. Наша Вторая армия разбила Эльзасскую группировку французов и заняла Страсбург. А затем, перейдя к обороне начала переброску резервов под Седан, дабы развить наступление вглубь страны. И да, Седанская катастрофа и в этом варианте истории тоже состоялась! Практически, менее чем за два месяца боев, профессиональная армия Франции закончилась! Вот только Тьер в плен не попал — отсиживался в Париже, как паук в центре своей паутины. Ну что тут скажешь! Не всё шло так, как в МОЕЙ реальности. Ну так, такого, наверное, и следовало ожидать.

Дорога на Париж была открыта! Галлы по глубинке страны срочно сколачивали новые батальоны, обучая новобранцев буквально на ходу. В Париже росло недовольство «успехами» генералов (почти постоянно битых) и правительства Тьера (цены на продовольствие неутомимо полезли вверх). И по данным фон Кубе в столице Франции резко возросла активность всяких там клубов и политических объединений. Самой различной, в первую очередь, социалистической направленности. А что тут такого? Построить социализм? Почему не во Франции? Как кто-то сказал: выберите страну, которую не жалко и стройте себе на здоровье! Так мне лично Франции не жалко! Никчемный народишко! Сказал и задумался, это что? Прививка баварского национализма так действует? Нет, никакого пиетета перед достижениями галлов я не испытываю. Слишком у них все сумбурно и никакого порядка, так сказать, орднунга нет и в помине! Но пока что держу только руку на пульсе. Думаю, в ЭТОЙ реальности никто коммунаров пачками расстреливать не будет! Ибо я не позволю! Чисто из природной вредности и любопытства: очень мне интересно, что из этого получится, если сильно не мешать.

Ну вот, появился Отто фон… Пора! Подаю руку Марии, которая освежалась лимонадом. Пора цеплять на голову императорскую корону. А вот что я натворю, став полновластным правителем Германской империи — это уже совсем другая история!

Эпилог

Лондон. Парк Буши

3 июля 1865 года

Погода в Лондоне редко бывает жаркой до изнеможения. Увы, но этот день, третьего числа в июле месяце оказался как раз таким. Несмотря на это обстоятельство, два господина, гулявшие по парку Буше, оказались одеты весьма основательно: летние плащи, под которыми костюмы-тройки. Для основательного лондонского денди не хватало еще и зонтиков в руках — погода в столице империи весьма переменчива и яркое небо без облаков в первой половине дня не становится гарантией отсутствия дождя во второй. Один из них походил на облезлого злобного гнома из страшной ирландской сказки: приземистый, крепко сбитый, с не самыми приятными чертами лица, он имел громадную лысину на выпуклом черепе и какие-то куцые бакенбарды. Это некто Джордж Оджер, бывший сапожник, а ныне весьма влиятельная фигура в рабочем движении Великобритании и не только. Он — один из руководителей лондонских тред-юнионов, проявивший себя как толковый и деятельный организатор: кроме различных митингов в поддержку революционных процессов во всем мире он оказался одним из активных организаторов международного рабочего собрания в Сент-Мартенс-холле Лондона, которое