Пространство - Джеймс С. А. Кори

время от времени выпрыгивали из костра, с треском извергая маленькие фонтанчики из искр и дыма, исчезавшие, когда они остывали. Дым удерживал на расстоянии ночных попрыгунчиков - крошечных ночных животных, похожих на насекомых, которые находили людей довольно привлекательной добычей.

У Алекса были два вертела с мясом, с которого жир и карри капали в огонь, и Наоми пришлось признать, что пахнут они гораздо лучше, чем хлопья. Алекс достал из сумки бутылку, откупорил и передал ей. Пиво было холодным, с богатым вкусом и более жгучим, чем она ожидала.

- Крепкое, - сказала она.

- Даниелю нравится делать более крепкое, чем у других пивоваров, - сказал Алекс с улыбкой, откидываясь назад, чтобы посмотреть на лозы и небо над ними.

- Похоже, ты хорошо ладишь с местными.

- Да с ними всё нормально, - сказал Алекс, - Главное не давать им говорить о природе суверенитета, и ты в порядке. Да и в любом случае в порядке, они все-равно об этом треплются между собой постоянно. С тенденцией к переходу на разговоры земле, которую они уже вспахали.

Он подошел чтобы перевернуть шампуры. Высоко над ними, что-то сместило одну из лоз с пузырями, и на мгновение все вокруг осветилось бледным желто-зеленым светом, а затем снова стало темно.

- Хорошо для налаживания взаимопонимания, - сказала Наоми. - Некоторое время Фригольд должен выглядеть, как вежливая и послушная маленькая колония.

- Без проблем. Местный совет официально придерживается позиции, "враг-моего-врага, привет Лакония, прощай Союз". До поры до времени, по крайней мере. Я думаю, что на самом деле, им вроде даже как нравится, что мы здесь. Основополагающий импульс Фригольда, это противостояние правительству.

- Это теряет часть своего блеска после того, как ты получаешь выбор.

- Правда? - Алекс проверил мясо в карри пальцем, ткнув в него достаточно быстро, чтобы не обжечься. Потом передал его Наоми. Она мгновение помахала им в ночном воздухе, чтобы дать ему остыть, сняла первый кубик и положила его в рот. Поджаренная корка на мясе была хороша. Специи, которым оно пропиталось, были еще лучше. Она жевала медленно, позволив себе наслаждаться процессом.

- Думаешь, они нас продадут?

- В конечном счете, безусловно, - весело сказал Алекс. - Но не сразу. И, вероятно не задешево, раз уж мы им нравимся.

Ее план был из долгих. Единственная стратегия, которая на самом деле имела смысл. Сила Лаконии казалась непобедимой. Сила без слабости, которую ничто не могло преодолеть. Но это была иллюзия. Когда-то, когда она была девочкой, еле сводя концы с концами в Поясе, Земля тоже казалась такой. Но позже это оказалось неправдой.

Они будут ждать. Они будут наблюдать. Они будут незаметными, тихими, и они будут начеку. Рано или поздно Лакония покажет им, в чем её слабость. А до тех пор они будут жить. Заряжать батареи в обмен на пиво. Дружить с жителями поселка. Работать над разгадкой тайн Грозового Шторма вместе с Бобби и Амосом. Сохранять Росинант в хорошей форме, и пытаться не впасть в отчаяние. Этого было достаточно, чтобы заполнить ее дни. Этого должно было быть достаточно.

- Какая из них Бобби? - спросил Алекс.

- Хмм?

Вторым шампуром он указал на ночное небо, выглядывающее из-за виноградников.

- Одна из этих звезд - не звезда, так? Я имею в виду, мы можем увидеть ее отсюда, правда же?

Наоми посмотрела на маленький ломтик неба со звездами. Галактический диск выглядел так же, как в Солнечной системе, но созвездия были не совсем её. Она знала, что смещение, это то, с чего начиналась картография систем, находящихся с внешних сторон ворот. Она видела карту однажды - разбрызганные системы, объединенные вратами. Тринадцать сотен звезд в галактике, которая содержала триста миллиардов таких же. Они были собраны вместе, звезды сети ворот. Две самые дальние системы были на расстоянии чуть больше тысячи световых лет друг от друга. Чуть больше одного процента галактики, и все же немыслимо огромные.

- Посмотри прямо над хребтом, - сказала она, указывая. - Видишь, где скала выглядит как кривой палец? И набалдашник?

- Ага, вижу его.

- Смотри прямо вверх от него, и вправо. Видишь, три звезды почти выстроились в линию. Посередине - Бобби.

- Хм, - сказал Алекс, и умолк. Он больше не напевал, но иногда Наоми все же казалось, что она слышит пару заблудившихся нот в его дыхании. Прошло пять минут, прежде чем он снова заговорил. - Интересно, а где Марс.

- Солнечная система? - спросила она. - Я не знаю.

- Я думаю о Ките, - сказал Алекс и снова отхлебнул пива. - И о Жизель, но больше о Ките. У меня есть сын где-то там. Он только начинает свою жизнь. Повзрослеет. А меня там не будет. Я даже не знаю, что делал бы с этим, если бы даже был. В смысле, вот когда я был в его возрасте, я подался во флот, а Земля и Марс были самыми большими вещами во вселенной. Теперь... не знаю. Всё другое. Ему придется найти свой путь.

- Это всегда так, - сказала Наоми.

- Я знаю. Каждый ребенок однажды должен выяснить, кто он без мамы и папы, но...

- С историей также. Марс до Соломона Эпштейна. Земля до появления морей. До появления самолетов, и после. Когда мы научились выращивать себе еду. Всегда всё меняется.

- Но до сих пор это не было моей проблемой, - сказал Алекс с напускной безутешностью, дрожащей в его голосе. Они оба рассмеялись. Полдюжины пузырей засветились и погасли. Она не знала, что послужило причиной, но это было красиво. Она чувствовала приятное тепло в животе. Наверное, от пива. Или от мяса, которое она съела почти всё, вопреки ожиданиям. Или от полночных посиделок под звездами, посреди океана воздуха, который не собирался никуда улетучиваться от случайной протечки. Это действительно успокаивало, и атмосфера самой лучшей станции никогда не смогла бы сравниться с таким.

- Я думаю о Джиме примерно так же, - сказала она. - Не про то, как он начинал свою взрослую жизнь, а про то, как он всегда хотел вернуть меня на Землю. Чтобы показать мне, что такое жизнь на планете. Теперь я здесь, и я наконец понимаю, как это, а его тут нет.

- С ним всё будет в порядке, - сказал Алекс. - Как и всегда.

- Я знаю, - сказала она вслух, но они