Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин

-Там никого, - понимающе сказал мужик и ухмыльнулся, демонстрируя редкие зубы. -А там, где есть, могу свести. Хлеба сала не обещаю, но закинуться есть чем. Договоримся.

-Лады, старый, убедил. – Распрямился, перекидывая автомат под руку. С виду - не опасно. да…

Тощий выдохнул, но продолжал ловить мои жесты и слова, чтобы при намеке сорваться миксером. Крыса изобразила на лице нечто уверенно суровое. Мы пилигримы из уважаемых, в душу не лезем, ломаем сразу – превентивно…

-Вихор я, - Старый закивал. – Семья на Отшибе. Так нас кличут.

Созвучие какое-то с душком… Но вкусовщина, понимаю. Руку протягивать не спешу… и хочется стрельнуть.

-Джимми, -представился и понаблюдал за реакцией. Ноль эмоций. Да и рановато поддергивать сети, информация по нынешним меркам расходится с натяжкой. – Веди, старче.

У деда, походу, нервов нет. Зашагал непринужденно в тоннель, руки держал на виду, временами оглядываясь с добродушной хитринкой. Они что, оградились решеткой и уверовали?

-Да что с меня взять? Пукалки только тратить… - пенсионер точно мысли читал. Хотя варианты просчитывались без напряга.

За поворотом еще с десяток метров тоннеля. Тусклый свет из овала выхода подсвечивал серые стены – плиты ровные, в отдельных стыках подтеки ржавчины. Состояние достойное, что при общей разрухе странно. Диссонанс объяснило бы наличие разных зон, но ширм не чувствовал. И лишних адхар тоже. Старый в этом плане натурал…

На выходе притормозили – без понуканий и видимых причин. Увиденное бесконтрольно пробралось в сознание и чутка ошарашило. Локация уникальная. С одной стороны, ограждена сплошным трехметровым забором промзоны – к тяжелым плитам приставлены неясные деревянные конструкты, но общая незыблемость преграды неоспорима. Удивительно, как уцелел… Вдоль забора изгибалась надтреснутая бетонка, а за ней пологий откос, переходящий в кусок поля, отсеченный от безликих кусков жилых кварталов дугой трещины в сотню метров ширины. Развалины по ту стороны провала тянулись единым серовато-черным валом, создавая впечатление каменной гряды. А на поле вольготно раскинулась главная достопримечательность – хибара, та, что из пригородных жилых застроек, стоявших насмерть перед натиском цивилизации.

Над домиком стихийно поработали, добавив второй этаж, отчего строение напоминало пару халуп, слившихся в последнем соитии. Ломанные линии, неожиданные перекосы, куски досок, жердей, фанерные нашлепки. Вокруг богатые развалы вторсырья – кучки и штабеля непознанного. Двор опознавался номинально - по разбитым кускам штакетника, за которым сухие кусты и блеклые пятна запасов, снесенных из окрестностей и пристроенных на подождать. Рытвины с фрагментами построек и промышленных отходов, вроде ржавых частей оборудования, тянулись вплоть до разлома.

В дыру я бы заглянул. Есть подозрение о начинке и нестерпимо хочется убедиться, потешить догадливость… С виду – просто темная пасть с легкой сединой пыли. Десятки метров непреодолимой пустоты, что хоть как-то объясняли уверенность престарелого аборигена. Для полноты еще посмотреть, куда ведет бетонка и можно заглатывать слюну… С виду дорожка убегала в мешанину корпусных блоков, что взрезали забор, но проход есть – уверен. Не думаю, что местные ползают через решетку - если только попинать сухих в погоне за био…

-Семейка на Отшибе, - повторил Вихор, обводя рукой пейзаж. – Хошь вилла, хошь отель…

-Сральник во дворе, - нейтрально отметил Шест. Не понял, это добавило или отняло звезду в личном рейтинге тощего? Крыса в оба пятикопеечных глаза обозревала окрестности. Подозреваю, ее впечатлило изобилие хабара – пусть рванина с гнильцой, но количество и разнообразие зашкаливали. А если заглянуть в черные сарайчики, состыкованные неловким паззлом по двору, да занырнуть по ноздри…

-На чужие клозеты зубы не скаль, - одернул старик. – Дырка справная…

Я прикинул особенности ландшафта, еще разок изучил земляные наносы у разлома. Любопытно… Вихор, обозначая намерение, зашагал с насыпи – прямиком через пересушенный грунт, к тому, что можно принять за дворовое парадное. Свободный пятачок, пара табуретов, лавка, пластиковый столик, козлы с наваленными жердями… За ними слепо темнели занавешенные окна и приоткрытая дверь.

Покатили следом. Если ловушка, то достаточно странная – нашу тройку надо снимать в теснине, отсекая возможность маневра… А сейчас вижу у табурета пожилую женщину – некогда широкую в кости, а ныне сутуло-дрябловатую.

-Фиска, принимай гостей. Вывел из Урочища. Лично, - зычно гаркнул дед.

Шест тормознул телегу, завертел головой. Я постарался придать лицу нейтральный вид - улыбка наше все, еда, постой да вольный треп. Женщина одернула некогда синий халат… Банный что ли? Но лично впечатлился стоптанными тапочками и чулками с намотанными подвязками.

-Анфиса я, - хмыкнула хозяйка. -Чего в Урочище полезли?

-По незнанию, - ответил честно.

-Обманула дорога, - встрял тощий. Сразу видно, успел погонять пилигримов - те поди так и орали ему… о лживой сучьей тропке. Хотя бродяжного колорита добавил – для достоверности.

Из двери медленно вышла девица лет на 15 – чумазая, в чем-то бесформенном. В волосах солома, на лице застенчивая улыбка… Первый подростковый привет от сломанного мира. Признаю, не ожидал… А вот двоих парней - нескладных с тусклыми лицами вечной усталости – воспринял благосклонно, как соответствовавших типажу. Еще бы вынули что-то острое и недоброе…

-Не косись, бродяга, сыновья мои, -представила Анфиса. – Гляжу, заторкала вас зона… Куда путь держите?

-Туда. – Даже не потрудился показать. Но если источник информации сам хочет отдаться, я не против. Сосем не против. – Шест, пару банок на котел.

-Не обязательно, - отмахнулся Вихор. – Ось нынче благосклонна…

-Да и от нас не убудет, - сказал, игнорируя постную мимику костлявого. От него уже убыло, прям от сердца отхерачили…

Компания задвигалась, облагораживая участок. Анфиса бодро командовала, исполнители бурчали… На раз, два, три – в привычном сельском ритме, когда легкое застолье уверенно возникает из ниоткуда. Девица принесла бутылку воды, протянула несмело…

-Не первачок, - грустно прокомментировал дед.

-Зараза… - Шест приложился, похлебал. Следом Крыса… В горле протолкнулся пыльный комок. Жидкость привычно тухловатая, рассчитанная на волевое усилие. Справился…

И картинка замерла. Внутренности скрутило, дернуло, из мышц точно стержень вынули. Бросило в жар… И повело, сука, - в мутном плавном танце. Увидел, как столбиком завалилась Крыса, рассадив голову об угол табурета. Шест просел на метр – подогнулись колени, скребанул ногтями по бедру… В попытке распрямиться завалился на бок и содрогнулся всем тощим нескладными телом.

-А че Джимми, че не так? – спросил с участием