Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

Кирилла же это вообще не беспокоило. По своему внутреннему кодексу он был стопроцентно прав, а значит и забивать себе голову нечего. Зато он оценил тренажёр, которому было реально всё равно с какой скоростью двигаться, и куда получать поражения от клинка. Самое же интересное заключалось в том, что острие боевой шпаги входило в проекцию словно в живое тело отрабатывая не только плоть, но и кости причём вполне реалистично, а ответные поражения отмечая сильными ударами электричества.

К этому времени Водяной развернулся почти вполовину, и мог, например, закрыть весь торс защитной плёнкой воды, а Энергетический — выдать факел чистой энергии двадцати сантиметров длиной и длительностью в целых пять секунд. Такой факел легко резал любой материал, включая тугоплавкие композиты, но смысла особого в этом для Кирилла не имелось. Энергетических духов обычно имплантировали в себя работавшие на производстве, а воины предпочитали что-то более дистанционное. И конечно огненный дух, находился вне конкуренции, но поймать вёрткого и своевольного огонька, было ну очень непросто. Кто-то считал, что между энергетическим и огненным духом никакой разницы, но это только от скудоумия и незнания «Наставления по практике духовного имплантирования». Энергетический работал вообще не температурой, а разгоном сил атомного взаимодействия, нарушая межатомные связи. И конечно такое воздействие не могло иметь сколь-нибудь существенной дистанции. А вот огонь, вполне мог замкнуться в плазменную сферу, и пролететь метров двести, наделав в месте взрыва различных и очень неприятных чудес. Но вот имелось и нечто, о чем «наставление» умалчивало, а точнее рассказывало только офицерам высшего уровня допуска, что соединённые вместе, силы огня и чистой энергии, могли породить такое, за что и тактическому атомному заряду будет не стыдно.

Вообще всяких стихийных духов насчитывалось немало, включая совсем экзотические типа духов смерти, но такое могли использовать только целители высоких уровней, а Кирилл даже примерно не представлял, что с таким делать. Поэтому, когда из убитой стрыги вывалился серый косматый шарик, даже отшатнулся в сторону, чтобы тот проскочил мимо.

Пока в планах Кирилла значилось развёртывание Водяного до восьмидесяти процентов, Энергетического до сорока, и можно было поискать ещё одного сожителя. Например, Воздушного или Огненного. Но если с Огненным всё понятно, хотя и предельно опасно — большой пожар, труп на пожаре, и так далее, то с воздушным вообще глухо. Ну где взять умирающего на высоте под десять тысяч метров, и как после поймать духа? Ловушки-то нет.

Одолеваемый разными мыслями, Кирилл домылся в душе, оделся, и прихватив спортивную одежду для стирки, попрощавшись с тренером, вышел из зала.

Спорткомплекс Университета гудел словно улей в полдень. Везде в секциях шла работа, по коридорам проносились толпы и отдельные граждане, но все вели себя уважительно огибая тех, кто медленно идёт, и вообще ведя себя вежливо.

Кирилл закинул вещи в багажник, и, чтобы не нервировать Управление Воздушным Движением, ещё на месте выставил маркер на домашнюю точку и запустил основной агрегат.

Аэроцикл плавно поднялся и развернувшись вошёл в магистраль воздушного движения.

На сегодня планов никаких не имелось, так как Вероника не захотела никуда ехать и сейчас по его данным сидела зубрила общую анатомию.

Но и Кириллу было что почитать, поэтому он не сильно переживал, включив фоновую музыку, закинул вещи в стирку, и сел читать «Государство и народ», Александра Ульянова.

Утром по уже сложившейся традиции, поднял свой аэроцикл и направил в сторону Абитцевского лесопарка.

Обычно он на автопилоте подлетал к лесу в районе Чертаново и опускался до высоты в сто метров, где включал ручное управление и сажал машину на первой же полянке.

Лес довольно часто использовался как место проведения всяких мероприятий, от слётов пионеров, туристов и спортсменов, до всяких этнокультурных фестивалей.

Но утром в конце сентября, здесь конечно же было тихо и безлюдно.

Кирилл, аккуратно лавируя между деревьев, посадил Молнию на выдвинувшиеся опоры и отойдя метров десять стал бегать, наворачивая круги по тропинкам в разном темпе для разогрева организма.

И на каком-то круге, остановился, потому как чувство опасности, как-то неприятно шевельнулось. Но вокруг всё также было тихо, и непонятно с чего его так дёрнуло.

Но остановившись и продышавшись, Кирилл понял, что его беспокоил запах крови, причём крови относительно свежей, чувствовавшийся в этой ложбинке особенно сильно.

Водяной отреагировав на бессловесную просьбу поднял чувствительность обоняния, и Кирилл сразу нашёл куст, из-под которого несло кровью, а чуть убрав в сторону опавшие листья, явно увидел кусок одежды и тела уже пошедшего трупными пятнами, почти не размышляя нажал кнопку тревоги на браслете — смартфоне.

— Гражданский Полицейский Кирилл Смирнов, учётный номер двести десять сто шестьдесят два. Отделение Текстильщики. Обнаружено мёртвое тело. Абитцевский лесопарк, ближе к Чертаново — Северное.

— Оператор Самойлова сигнал приняла. Оставайтесь на месте товарищ Смирнов. Примите меры к охране места происшествия.

Опергруппа воздушного патруля, вломилась прямо сквозь крону вяза, не утруждая себя поисками посадочной площадки, и вывалив из патрульного бота парни подошли к Кириллу. От патрульных ярко пахло недорогим кофе с молоком какой-то выпечкой, с ванильным оттенком и оружейной смазкой.

— Старший патруля, капитан Максудов. — Представился невысокий, но чрезвычайно широкоплечий мужчина в броне и глухом шлеме, а Кирилл молча присел и пальцем показал на видимый кусок тела в куче опавших листьев.

— Да, дела. — Патрульные подтвердив находку дежурному по городу, остались дожидаться оперативно-следственную группу.

— В принципе ты можешь не ждать следака, а пилить по своим делам. — Сказал командир. — Если к тебе вопросы возникнут, то подскочишь к тем, кому это дело скинут, расскажешь. Но как по мне, дёргать тебя не станут.

— Всё ясно, товарищ капитан. — Кирилл кивнул. — Тогда я потихоньку пройду по дорожке следа. Запах не успел выветрится и чувствуется довольно хорошо. — Видя недоверие в глазах патрульного, добавил. — А кофе который вы недавно пили, очень плохой. Какие-то горелые зёрна злаков и корица.

— Саня, Аслан! — Негромко произнёс капитан. — Двигаетесь за парнем на дистанции огневой поддержки.

— Есть.

— Есть.

Кирилл только кивнул, и пошёл по тропе, чётко отслеживаемой сначала по цепочке кровавых капель, а после, по какой-то тошнотворной смеси застарелого пота, горелого масла и ещё чего-то непонятного.

Парни из патруля, двигались сзади, держа руки на автоматах и внимательно следя за обстановкой вокруг. Где-то через полчаса показались дома и стало намного сложнее следить за запахом, но перейдя