Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

не пересекал её. Если мне нужны жертвы для моей магии, ими становятся либо монстры, либо те из моих врагов, что с оружием в руках выступили против меня. Те, кто делом пытались навредить мне, моему государству или моим близким — вот эти да, в случае нужды они для меня лишь расходный материал. Но ни мирные жители, ни кто-либо ещё, не переходивший черту, отделяющую неприязнь от смертельной вражды, могут меня не опасаться. Да и вообще — мои ритуалы сильно упрощены и переработаны мной так, что бы исключить необходимость пытать и мучить жертв, да и душу я никогда не трогаю. Это почти ничем не отличается от обычной смерти в бою. Просто чуть менее почетно, но идя на войну нужно быть готовым, что с тобой может приключиться… всякое, скажем так.

— Что ж, не могу не признать — весьма рациональный подход, хоть лично я и смотрю на этот вопрос иначе… Ну и твои критерии выбора жертв мне, разумеется, кажутся более чем оправданными, — собственно, именно этот пункт и твоя принципиальность в его отношении меня больше всего успокаивает.

— Как же хорошо, что я не политик, Паша! — рассмеялся я его словам. И пояснил вопросительно поднявшему бровь чародею. — У вас лицемерие и двойные стандарты в какой-то момент настолько въедаются в кости и кровь, что начинают проявляться даже там, где в этом нет необходимости! Спрашиваешь меня, не кажется ли мне магия Крови отвратительной, несмотря на чернокнижников, что трудятся на твоих тайных объектах, вроде той же секретной воздушной верфи! А ведь там жертв по твоему прямому разрешению приносят столько, что я и считать не берусь! Вон, ты недавно мне показывал этот твой хвалёный корабль… как его… ах да, «Разящий»! Тяжелый крейсер, сравнимый в разрушительной мощи с линкором, при этом лишенный главного его недостатка — непомерной стоимости… Сколько будет стоить производство одного такого крейсера?

— Первое судно обошлось в миллиард триста, — ответил он. — Но это был первый корабль в серии, там сорок процентов расходов — это исправления, изменения или замена чего-либо и прочие сопутствующие расходы. И то, что они умудрились потратить на доработку лишь пятьсот семьдесят миллионов — просто чудо. Я думал, что доведение судна до ума обойдется как минимум в миллиарда полтора дополнительно, а они уложились в треть этого бюджета…

Иногда, когда речь заходит о том, за что он испытывает гордость или чем сильно интересуется, его начинает уносить в сторону от основной темы. Кто бы мог подумать… А ещё он любит съезжать с неприятных тем для разговора.

— Паш, ценник, — мягко напомнил я.

— Ах да, ценник… Ну что ж, если в начале войны это было восемьсот пятьдесят миллионов — и это с минимальной наценкой, всего в две с половиной сотни миллионов — то сейчас, с этой войной, торговыми блокадами, устроенными Николаем, и нарушением многих производственных цепочек и обрывом путей доставки… Сейчас это выйдет в миллиард. Без наценки, разумеется.

Гораздо, гораздо дороже, чем стандартный тяжелый крейсер Российской Империи. Даже несмотря на свою повышенные атакующие характеристики — всё равно слишком дорого. Потому что у линкора, помимо выдающихся атакующих возможностей, вполне сравнимых с чародеями восьмого ранга (уровня до трёх, в исключительных случаях — четырёх Заклятий) имелось ещё и второе ключевое качество. А именно — огромная прочность, без которой в подобных судах не имелось бы смысла.

В общем, лично мне эти новые суда казались стеклянной пушкой, но кто знает — лишь испытание боем покажет, кто из нас прав.

— А линкор сколько? — полюбопытствовал я. — Из самых ходовых.

— Сейчас? С учетом всего перечисленного плюс с инфляцией, то стандартный, скажем так, средний вариант, самый распространенный в Империи — класс Колосс, третья и четвертая линейки. У третьей лучше с возможностями абордажа — они быстры, весьма маневренны для своих габаритов, могут нести на борту до трёх тысяч семисот бойцов абордажной команды, имеют помимо прочего малые портальные установки — если очень нужно, корабль может порталами закидывать отряды абордажников прямо на вражеское судна на дистанции до километра.

А вот четвертая линейка, которую берут значительно чаще, это уже чистая боевая мощь, заточенная исключительно на максимальный урон. У четверки на сто восемьдесят шесть орудий больше, чем у тройки. В в отличии от тройки, у которой из магии восьмого ранга лишь одна стандартная атака, а всё остальное седьмой и шестой ранг, у четверки три заклинаний восьмого ранга, два из которых можно выбрать самому для комбинирования с атакой. Плюс в целом больше атакующей магии… Правда, у тройки почти шестьдесят процентов чар — защитные.

Он явно хотел продолжить лекцию, но, взглянув на мое кислое лицо, передумал и перешел к сути.

— В общем, эти корабли покупают чаще всего, хотя есть и другие, и их тоже берут… Но эти два сейчас стоят примерно четыре с половиной миллиарда. Уровень сумм, доступный лишь Великим Родам и государству.

— А сколько твоих крейсеров понадобится против Колосса четверки?

— Примерно равный бой — это два на одного. Тогда всё решит мастерство капитанов и команд, ну и удача. А вот с тремя победа гарантирована — а ведь даже постройка трёх выйдет на полтора миллиарда дешевле, а по срокам — два крейсера строятся половину срока одного линкора.

Да, мы с ним достаточно сблизились, что бы я обращался к нему просто по имени. В конце концов, я был втрое старше, плюс уже маг восьмого ранга со всеми их привилегиями и Глава Великого Рода — по официальному, формальному статусу я был равен ему по статусу. Так что обращение без лишнего официоза было вполне естественно. Общаясь человеком два-три раза в неделю по нескольку часов, за пять месяцев его можно узнать не то, что бы как облупленного… Но достаточно близко, надо сказать. Я ведь ещё и учу его последние три месяца, помогаю создать девятое Заклятие и делюсь секретами высшей магии, о которых тут и не слышали. Он со своей силой, что до сих пор растет, уже обладает огромным могуществом. Впрочем, он изначально выделялся в этом плане — ещё на уровне трёх Заклятий был способен побеждать даже обладателей пяти.

Талант Второго Императора огромен даже на фоне других Магов Заклятий, каждый из которых — гений, один на десятки миллионов. Просто проявлялся он не в скорости развития, а в доступной ему энергоемкости заклятий (показателе, который характеризует количество маны,