Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

написал Нэ-Тарку, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. Хоть гремлина и убило обычное заклинание, а магистр Ильфур сам говорил, что игроки погибнут именно под воздействием Клятвы Листопада, этот факт тоже следовало срочно проверить. К счастью, Нэ-Тарк оказался онлайн, и заверил, что с ним всё в порядке. Сообщив ему, что принцессу мы всё-таки спасли, я пообещал рассказать о подробностях финальной битвы чуть позже, когда решу пару вопросов. Пугать его опасностью смерти в реальном мире без подтверждения информации я пока не стал, к тому же, речь шла только о магистре Ильфуре, и вновь встречаться с ним никто из нас в ближайшее время уж точно не собирался.

— Фальк! — окликнул меня Корн, когда я уже собирался сам выходить из игры. — Ну как, всё прошло успешно? Ты смог заполучить зуб Чёрного Дракона?

Он поднялся по лестнице вместе с Аминой, Фрамом и Лертом. Все четверо выглядели одновременно смущёнными и полными надежды, и сильнее всего светились глаза Корна, сейчас имевшего лишь пятый уровень.

— Да, и не один, — подтвердил я. — Так что скоро я смогу сделать для вас лекарство. Но потребуется некоторое время, чтобы всё подготовить.

А точнее, нужно подождать десять часов до восстановления Шепота Судьбы, чтобы точно узнать, вернёт ли Временной Сдвиг уровни, потраченные на создание Большой Эссенции Крови для божественного эликсира. Ах да, ещё ведь придётся в тот же момент сделать шесть малых эссенций для лечения каждого из проклятых. Единственный вариант для меня — это как-то объединить оба этих процесса и уложить в пять секунд действия Временного Сдвига, иначе уровни вернуть точно не получится.

— Значит, мы можем звать Гатаниэль? — радостно спросила Амина. — Насчёт Фа-Руката я сомневаюсь, судя по твоим словам, его в проклятии всё полностью устраивает. Но на всякий случай я бы всё же связалась и с ним.

— Да, можете начинать готовиться, — подтвердил я, стараясь не думать о том, что стану им говорить, если Временной Сдвиг не сработает. Тратить шестьдесят уровней я сейчас точно не могу, а доверять эту задачу кому-то другому совершенно не хочется. Да и не факт, что получится, квест-то всё-таки мой.

Лерт похлопал меня по плечу, обдав сильнейшим перегаром, от которого я мгновенно получил лёгкий дебафф «Временная потеря обоняния».

— Не верится, что скоро я наконец-то избавлюсь от проклятия. Спасибо тебе.

Охотник выглядел как обычно, то есть, так словно только что проснулся с очень тяжелым похмельем. Возможно, так оно и было, кстати, если вспомнить, каким образом он боролся с болью от проклятия тёмного бога.

— А ты не думал, что после излечения у тебя пропадёт отличный повод постоянно выпивать? — насмешливо спросила его Амина. — Я точно перестану снабжать тебя самогоном.

— Со всем моим уважением к тебе и твоим навыкам алхимии, — скривился охотник. — Но как только спадёт проклятие, я окончательно прекращу пить. За годы ежедневного потребления меня тошнит от любого алкоголя, — увидев, как жрица нахмурилась, Лерт поспешно добавил: — И даже от твоего, безусловно, великолепного самогона с отличными вкусовыми качествами и чистотой слезы младенца. Так что с радостью откажусь от него раз и навсегда.

— Ну-ну, — скептически хмыкнула Амина. — Ты помнишь, что у нас скоро свадьба? Я посмотрю, как ты удержишься, и не выпьешь за наше здоровье.

— Пить за здоровье — это всё равно, что воевать за мир, — буркнул Лерт.

Фрам ухмыльнулся.

— Так мы за него и воевали с тёмным богом. Раньше тебя это нисколько не смущало.

Я бы с удовольствием продолжил приятную болтовню с жителями Келевры, но время было слишком неподходящее, поэтому я извинился перед ними, поднялся на этаж выше, и покинул игру.

Домик, в котором я теперь проживал, находился не так далеко от черты города, в небольшом охраняемом посёлке. Конечно же, в соседнем доме поселилась парочка телохранителей с машиной, но даже с их помощью выбраться в город было не так-то просто. Поэтому, прежде чем срываться куда-то, я позвонил Марку.

— Да! — почти сразу ответил он.

— Узнал, что с сестрой?

— Трубку Беатрис не берёт, — отрывисто сказал Марк. — Еду к ней домой, осталось минут десять.

— Как-как её зовут? — удивлённо переспросил я.

— Беатрис. Обычное имя, — раздражённо ответил иллюзионист.

Ну да, для Англии восемнадцатого века, но уж точно не в России. Видимо, интересная у них семейка, раз такие имена детям выбирают — Марк, Беатрис. «Аббатства Даунтон» пересмотрели, что ли?

— Тогда позвони сразу, как доедешь, — попросил я, чувствуя сильную вину и перед ним, и перед его сестрой. — Сергей закончит дела с принцессой и будет готов выехать к вам.

Марк скинул звонок, ничего не ответив, очевидно, ему сейчас было не до болтовни. Следующим я позвонил Наумову-старшему, и тот оказался на связи, тоже мгновенно ответив на звонок, словно только его и ждал.

— Андрей? Я уже связался с женой Евгения Самойлова, то есть, Гарреда. К сожалению, она подтвердила, что он погиб.

— Каким образом? — спросил я, чувствуя, как меня накрывает тяжесть вины, от которой буквально слабеют ноги.

— Она говорила сбивчиво, и я не рискнул настаивать, но вроде бы его капсулу пробили насквозь непонятно откуда взявшиеся каменные шипы.

Я громко выругался.

— Именно так его и убил в игре магистр Ильфур.

— Да, Сергей мне рассказал. Я отправил к Евгению домой своих людей, чтобы убедиться во всём на месте, и заодно оказать поддержку жене. Правда, она уже вызвала скорую, так что скоро о смерти Евгения станет известно РусВиртТеху и правительству, и я не представляю, какова будет их реакция не смерть в капсуле.

Да уж, выступление главы РусВиртТеха уже наделало шума. А что начнётся, когда игроки узнают, что Арктания больше не безопасна? Полагаю, многие сразу откажутся от использования капсул виртуальной реальности и онлайн в игре сильно упадёт. Может, кстати, это и не плохо, нам же будет меньше проблем при выполнении оставшихся квестов.

Тут я увидел входящий от Марка, и сразу переключился на него.

— Трис получила несколько ран, — быстро проговорил он. — Нашёл её рядом с капсулой без сознания, но она жива. Я остановил кровь, насколько мог, скорую вызывать не стал, жду Сергея, уже кинул ему адрес.

— Сильные раны? — напряжённо спросил я.

— Глубокие царапины, но вроде ничего серьёзного. Трис потеряла