"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

нас есть протокол «Лазарь», но оно тебе надо? Его оставим на черный день, хорошо, дорогой? — подмигнула она. — А теперь, давай, по чуть-чуть вставай. Сначала ножку, потом ручку. Вот так, молодец. Это ты еще скажи спасибо, что я ускорила синтез белка, так бы ты вообще… Сейчас бы был…

И она махнула рукой в сторону.

— Что там? — прохрипел я. — Не вижу.

Болванчик, кажется, тоже перестал фурычить.

Я понял, что находился в клумбе у изгороди, и только это спасло нас от гнева Маруси. Но теперь-то я в здравом уме и вроде как в трезвой памяти. И у меня были кое-какие навыки.

Положив ладони на сирень, я направил по стеблям энергию, и помятые и сломанные ветки начали срастаться на глазах. Через несколько минут, кусты стали как новенькие. Даже лучше.

— А сирень вообще цветет осенью? — удивился я.

— Ну… не должна…

В общем, мы просто улизнули с места преступления. Когда я дошел до бассейна Посейдона, то понял, о ком говорила Лора.

В воде брюхом кверху в разорванном в клочья костюме лежал Валера. Поначалу я думал, что он спит, но нет. Он качался на волнах, которые пускал его водяной друг, и смотрел на небо.

— Эх, хорошая была идея, пойти после праздника покошмарить монстров… Столько веселья! А бабы-то чего творили, ты бы видел… Ух! — рассказывал Валера, когда я подошел.

— Вижу, алкоголь на тебя подействовал чуть получше, чем на меня, — я присел на край бортика и опустил ноги в воду.

— Посейдон, дай мне водички попить, — попросил я, и у меня в руках появился ледяной стакан с холодной водой внутри. — Благодарю.

После нескольких глотков мне стало получше.

— Знаешь, Миша, алкоголь у вас неплохой. Ну который настоян на метеорите, а остальное вообще вода… — меланхолично продолжил Валера.

— Но тебе же все понравилось?

— А то! — он глубоко вздохнул. — Давно я так не веселился…

Я же не мог вспомнить большую часть ночи. Как назло Болванчик не записывал этот позор. Лора посчитала, что это будет жестоко для моей психики.

Я решил не докапываться до него и пошел в дом. Там незаметно прошмыгнул наверх, принял горячую ванну на пару часиков и спустился вниз.

Все по обыкновению сидели на кухне. Из окна я увидел, как в бассейне плескались дети. Под детьми я имею в виду Борю, Лизу, Любавку, Любаву и Кицуню.

Когда я сел за стол, передо мной оказалась тарелка с кашей. Валера сидел напротив и пил кофе с Трофимом. Женская часть коллектива во главе с Надей заговорщицки смотрели на меня.

— Что? — неуверенно спросил я.

— Рассказывай, что было после того, как я уехала, — взяла слово Надя.

Ага! Вот и главный источник сплетен. Наверняка уже все знали про новоявленного мужа О-Рен, и что целая толпа самураев пришла на свадьбу, чтобы отомстить.

— А я ничего не помню… — пожал я плечами. — Это вот к нему.

И махнул головой в сторону Валеры.

Эти разговоры могли продолжаться еще долго, если бы не звонок с КПП поместья.

— Ваше сиятельство, к вам доставка, — оповестил гвардеец.

— Это, наверное, строители, — махнул рукой Трофим. — Пойду встречу.

Налив себе кофе, я с чистой совестью оставил девушек и пошел к бассейну. За мной увязались рыцари и Валера. И каждый хотел от меня что-то свое.

Девушки просили отпустить их в Красноярск с Машей и Светой. А Валера гундел, что хочет немного поспаринговаться со мной или с Посейдоном, или с Любавкой, да хоть с кем… Или же отпустить его к Фанерову.

У них там какая-то встреча с актерами намечалась, но насколько я помню, она проходила в Москве? Или нет? Не стал уточнять.

Да и что-то мне подсказывало, что новоявленный жених сейчас либо не в форме, либо уделяет время супруге.

Мы подошли к бассейну, когда на территорию поместья въехал большой тягач с прицепом. Кицуня с радостным тявканьем побежал к машине. За ним увязались Боря с Лизой, а следом и остальная детвора.

И когда дети практически добежали, все у бассейна замерли. Моя спина похолодела от осознания того, что я не проверил машину!

Из кабины выпрыгнул водитель с пультом в руках и злобно улыбаясь, нажал на кнопку.

— Лора! Быстро! — приказал я, напитываясь энергией под завязку, да так, что каналы затрещали. — Заглуши сигнал!

Валера и Посейдон сработали молниеносно и помчались к машине!

— Не успела! — вмиг пронеслись в голове страшные слова Лоры. Мысленно я приказал Любавке хватать детей и убегать.

И все это происходило в считанные доли секунд.

Болванчик подлетел к машине быстрее всех и с дикой скоростью изрешетил водителя. Мы с Валерой оказались у трейлера одновременно, за нами Посейдон — он перенес всю воду из бассейна и накрывал машину.

Любавка сгребла детей и прыгнула на пару сотен метров, не забыв накрыть их легким силовым полем, чтобы они не сломали себе что-нибудь от перегрузок. Краем глаза я успел увидеть, как у Бори тускло светились глаза.

— Почему не взрывается? — удивилась Лора. — Уже должно было…

Валера еще не понял и пылал энергией, от чего земля под ногами оплавилась. Кажется, я непроизвольно снял несколько уровней с перчатки.

— Лора! Анализ! — приказал я, а сам начал подходить к прицепу. Болванчик уже был внутри.

— Ага, вот почему гвардейцы не обнаружили бомбу. Ее замаскировали под строительные материалы. Взрывоопасное оборудование для раскопок… — пояснила Лора. — Можно заглянуть внутрь. Она не взорвется.

Я сломал замки и открыл дверь. И правда. Куча коробок с материалами для строительства. Это упущение со стороны Ковальского? Это вообще не его? Пока много вопросов. Но самый главный оставался не разгадан.

— Почему он не взорвался? — спросил Валера вместо меня.

— Пока не могу сказать… — я пожал плечами.

К нам подошла Любавка. Она уже оставила детей на безопасном расстоянии и наблюдала за нами во все четыре глаза.

— Пока, кроме как удачей, это не назвать, — пояснила Лора, выводя мне объемную модель бомбы. — Вот тут отвалился контакт. Скорее всего, при езде, растрясло… Больше у меня догадок нет…

— Удача, говоришь… — пробубнил я, вспоминая, как у Бори светились глаза. Уж не его ли это хваленая предрасположенность?

— Я могу ее уничтожить, — спокойно сказал