"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

в узде. — Так через сколько мне нужно быть на сцене? — спросил у принцессы. — Мне бы немного привести себя в порядок, — хмыкнул, рассматривая себя в единственном уцелевшем зеркале. — Да и тебе тоже не помешало бы, — кстати, о зеркалах и раковинах. — Потом выставите мне счет за то, что я здесь разрушил? Придется все оплатить.

— Безусловно придется, — сказала Татьяна за нашими спинами. Я заметил, как она подошла, а вот Екатерина вздрогнула. — Так вот о ком ты все время рассказывала, Катя. Я думала, что он будет более уравновешенным?

— Ваше Императорское Высочество, прошу меня простить, — я поклонился, полностью признавая свою вину. Я действительно оскорбил девушку, так что поклон — малейшее, чем я могу выразить свои извинения. — Я был под действием яда, который вызывал во мне чувство слепой ярости и гнева.

— Катя, скажи что-нибудь в защиту своего друга, пока я не приказала страже схватить его, — мой спич оказался полностью проигнорированным.

— Александр тебе все сказал, Таня, — вымолвила моя подруга. — Он с трудом контролировал себя.

— Это не позволяло ему оскорблять меня. И за это он должен понести заслуженное наказание, — Татьяна говорила холодно. — Думаю, пока мы будем выбирать его, парень подождет в темнице дворца. Кто знает, может он вновь вспыхнет тогда, когда рядом с ним будет кто-нибудь еще.

— Знаешь, Катя, а я уже не так сильно жалею о своих словах, сказанных под действием яда, — легонько ткнул подругу в бок, вызвав кривую усмешку на лице ее сестры.

— Нет, Таня. Я тебе не позволю пленить моего друга, — ой, кажется, здесь сейчас развернется драка между сестрами.

— Пойдешь против родной сестры ради постороннего? — изогнула бровь Татьяна.

— Он не посторонний, а мой близкий друг, — Катя начала раскручивать силу в своем источнике и в помещении изрядно похолодало. — Гораздо ближе, чем ты.

— Не стоит, — я положил руку на плечо Екатерины. — Не хватало, чтобы вы еще тут драку устроили, когда во дворце столько гостей. Тем более, когда сюда идет ваш старший брат.

Девушки удивленно переглянулись, а Татьяна даже выглянула в коридор, после чего удивилась еще сильнее, ведь прямо перед ней в этот момент из-за поворота выходил Михаил.

— Миша, он назвал меня сучкой и разнес уборную, — взяла инициативу в свои руки Татьяна, когда цесаревич молча заглянул в туалет. — К тому же он покалечил Катю.

— Это правда? — он взглянул мне в глаза, пытаясь просканировать насквозь.

— Правда.

— Саша! Не прикрывай меня, я сама на тебя кинулась, — влезла Екатерина.

— Поочередно расскажите мне, что здесь произошло? — приказал цесаревич. — Начнем с тебя, Татьяна.

И понеслась. Сказать, что девушка преувеличивала, значит ничего не сказать. С ее слов, я здесь чуть ли не террористический акт совершать собрался. Катя, еле сдерживалась, чтобы не встрять в разговор, обличив свою сестру в клевете. Но мне, к счастью, удалось удержать ее от такого поспешного действия.

После Татьяны цесаревич принялся выслушивать свою вторую сестру. Рассказ у нее был куда короче, чем у первой опрашиваемой девушки, но зато гораздо более эмоциональный.

Затем настала моя очередь. Рассказал все, как было на самом деле. И о нарастающей ярости, и о попытке Татьяны успокоить меня с помощью силы, и о самоотверженности младшей сестры цесаревича. Парень выслушивал внимательно, задавая уточняющие вопросы. В конце с минуту раздумывал, после чего произнес:

— Яд, говоришь? Наши придворные целители смогут исследовать тебя на наличие его остатка в твоем организме. Тогда твои слова подтвердятся.

— Исключено. Я полностью избавился от токсина в своем организме, — отрицательно покачал головой. — С большой долей вероятности ваши целители, кроме поврежденной энергетической системы, ничего не обнаружат.

— Ты же понимаешь, что все факты против тебя, Александр? — можно было предположить, что цесаревич злорадствовал, ведь наконец-то я попался на чем-то, что могло угрожать его семье. Но нет. Михаил спокойно оценивал ситуацию под разными углами и не делал поспешных выводов. — С одной стороны твое слово, с другой — моей сестры, принцессы Российской империи.

— Прекрасно понимаю, Ваше Императорское Высочество, — спокойно согласился я. — Но какой у меня мотив? Я столько выжидал и подбирался поближе к вашей семье, чтобы потом спонтанно напасть на вашу сестру?

— Дважды рискуя своей жизнью, чтобы спасти мою, — заметила Екатерина то, что я решил не произносить.

— Это полный бред, Ваше Императорское Высочество, — резюмировал я.

— Бред, мне тоже так кажется, — кивнул цесаревич. — Но вот мы здесь: в разрушенной уборной. И рядом с тобой стоит моя сестра, которой ты причинил боль, Александр. Этого уже достаточно для казни.

— Собираетесь меня приговорить? — оскалился я, отходя от Екатерины.

— Нет, но до того момента, пока не выяснится, что здесь на самом деле произошло, ты будешь заключен под стражу, — голос Михаила был тверд. Он искренне верил, что поступает правильно.

— Но для этого нужно найти того, кто меня отравил, — подметил я. — А у меня есть только предположения, кто это мог быть. И отдавать свою судьбу в чужие руки я не собираюсь.

— Это не тебе решать, Александр, — под довольную улыбку Татьяны цесаревич активировал свой Дар. — Прошу, не доводи до греха. Тебе не сбежать.

— Стой, Миша! — между нами, расставив руки в стороны, встала Екатерина. — Прошу тебя.

— Сколько можно вас ждать? Актеры уже задолбались концерт затя… — прервавшись на полуслове, в уборную влетел Алексей Романов, после чего медленно закончил, — … гивать. Какого хера вы здесь устроили? — но он был проигнорирован.

— Сдавайся, Александр, — цесаревич был непреклонен. — Пока все не приобрело более плачевный характер.

— Вы почему, мать вашу, меня игнорируете? — Алексей встал рядом с Екатериной. — Миша, Саня, что происходит?

— Твой друг-простолюдин впал в бешенство и чуть не покалечил нашу сестру, — елейным голосом начала Татьяна. — И теперь не хочет отправляться под стражу, чтобы дождаться своего приговора, — она стояла в сторонке, накручивая прядь волос.

— Какое бешенство⁈ Какой приговор⁈ Объясните мне! Сейчас же! — Алексей разошелся также не на шутку и тоже принялся активировать свой Дар.

— Александр, даю тебе последний шанс, — проигнорировав своего брата, сказал цесаревич. — Считаю