"Фантастика 2026-77". Компиляция. Книги 1-19 - Виктория Богачева

И как вышло, что Лемешева лишилась троих хранителей подряд всего лишь за два месяца? Никто так и не ответил ему на этот вопрос. Гриша сказал, что она не нравилась своим хранителям, а это значит, что они защищали бы ее лишь в крайнем-крайнем случае. Что произошло? Атака бродячих порождений вроде сегодняшних гнусников? Хроническая невезучесть? Какие еще могут быть объяснения? Кто станет испытывать к ней зависть? Или жгучую ненависть? Или жгучую страсть? Да никто. Посмотрите на нее! Посмотрите как она живет, где она живет! Она никто. Она никому не нужна. Она не нужна даже самой себе. Наверное, есть смысл выяснить, что случилось с его предшественниками, чтобы не разделить их судьбу.

Лемешева свернула к переходу, и он остановился рядом, дожидаясь разрешающего сигнала светофора. Мимо, дребезжа, пронесся микроавтобус с весело развевающимся позади дорожником средних размеров, и Костя невольно посмотрел ему вслед. И тут же вздрогнул. До сей минуты он разглядывал лишь кусты и тени, ища возможную опасность, но к самому району не присматривался, и только сейчас сообразил, где находится. Дорога, идущая под легким уклоном, прямая как стрела — почти до самого парка Свободы, и он совсем близко — голые ветви деревьев в тусклом ожерелье фонарей, а левее — яркие окошки жилого массива. А вон там напротив... господи, там напротив...

Денисов тут же понял, куда она идет — приземистое здание супермаркета, расположившееся неподалеку от остановки, щедро расплескивало свет на окрестные близнецы-девятиэтажки и хилые сосны, так и не сумевшие толком вырасти в городской тени. Но чтобы попасть в магазин, им ведь сейчас придется пройти мимо...

— Давай пойдем куда-нибудь еще! — сказал Костя почти жалобно и уперся, но натянувшийся "поводок" неумолимо потащил его вперед. — В городе полно других магазинов! Или хотя бы выбери другую дорогу — вон, через дворы! — он догнал Аню и крикнул ей на ухо. — Я не хочу туда идти, слышишь?! Я не могу туда идти! Стой! Я тебе приказываю! — Костя оббежал своего флинта и встал перед ним, раскинув руки. — Стоять!

В следующую секунду он оказался позади Ани, которая прошла сквозь него, так и не подняв головы. Неподалеку кто-то засмеялся, и Костя, метнув в ту сторону свирепый взгляд, вновь поплелся за своим флинтом, почти не удостоив взглядом одинокого гнусника, который, пьяно покачиваясь, сидел на ветке акации и, судя по всему, был при последнем издыхании.

— Поверни направо, — безуспешно бубнил он на ухо Ане. — Направо, направо...

— Все это невероятно унизительно, не правда ли, Константин Валерьевич? — сочувственно произнес рядом мягкий мужской голос, и Денисов резко развернулся, занеся скалку для удара. Стоявший рядом хранитель тихо засмеялся и поднял развернутые ладони, показывая, что в них ничего нет. Костя метнул взгляд на своего флинта, и обнаружил, что тот тоже остановился и слушает какого-то мужчину средних лет, который что-то быстро говорил, тыча рукой в разные стороны. Денисов шагнул к ним, с подозрением оглядывая неожиданного собеседника Лемешевой, который в тусклом фонарном свете выглядел совершенно обыкновенным представителем среднего класса. В одной руке он держал пакет, из которого мирно торчал кунжутный багет, другая рука продолжала производить указательные движения. При мужчине не наблюдалось ни оружия, ни порождений, изъяснялся он преимущественно цифрами и названиями улиц, и Костя быстро сообразил, что человек всего лишь пытается узнать дорогу. На первый взгляд, во всяком случае.

— Не переживайте, мой флинт мирный, — с усмешкой сообщил хранитель. — Он только ищет нужную нам аптеку, расположение корпусов в этом районе такое, что ничего толком нельзя найти. Конечно, я знаю, где она, но вовсе не обязан все делать за него.

— Ты еще что за хрен с горы? — враждебно осведомился Костя, не опуская скалку. — И откуда меня знаешь?

— Ну что это за лексикон? — хранитель укоризненно покачал головой. — А мне говорили, что вы образованный человек.

— Когда меня не раздражают! Кто говорил?

Тот улыбнулся. Все в его внешнем виде свидетельствовало не только о приличном стаже, но и об отличном вкусе в одежде, глаза смотрели доброжелательно, а вот улыбка, легкая, вежливая, Косте очень не понравилась. Он не раз видел такие улыбки на деловых переговорах. Такие улыбки всегда означали, что человек либо хочет больше, либо собирается сотворить какую-нибудь пакость.

— Те, кому очень не по душе то, что вы сегодня сделали.

— О как! — почти весело отозвался Костя, покрепче перехватывая свою скалку и невольно оглядываясь. Ближайшие прохожие были довольно далеко — собеседник удачно выбрал момент, хотя, с другой стороны, как бы он смог это сделать? — Что это еще такое — хранительская мафия? Не знаю, что именно из того, что я сделал, ты имеешь в виду, но я намерен продолжать в том же духе, и никто не станет мне указывать, понял?! Так что забирай своего флинта и...

— К чему такая агрессия? — упрекнул его хранитель. — Никто не собирается ничего вам указывать, Константин Валерьевич. Я лишь хочу дать вам совет. Насчет вашей батарейки.

Костя озадаченно приподнял брови, и собеседник, усмехнувшись, указал большим пальцем на Аню, которая старательно пыталась объяснить искателю аптеки, куда ему надо идти.

— В этом мире существуют вещи, о которых ваш наставник никогда не сможет вам рассказать. Я немного знаком с Георгием Андреевичем и с уверенностью могу сказать, что он неплох в том, что касается подготовки к выживанию, но в остальном он настоящий моральный динозавр. У него нет ваших способностей.

— Каких это, например?

— Например, умения жить для себя.

— Не мафия, так секта, — Костя разочарованно махнул рукой. — Я пошел!

— Вы прожили здесь один день, — быстро заговорил хранитель. — Вам понравилось? Вас лишили права выбора, посадили на цепь, сделали частью чьей-то тусклой неинтересной жизни. Для такого человека, как вы, это должно быть невероятно мучительно.

— Слушай, — свирепо сказал Костя, — чего тебе надо?! Ты вообще кто такой?

— Кто я такой, значения не имеет.

— Отлично. Послушай сюда, значения-не-имеет! — Костя придвинулся ближе, снова приподнимая скалку. — Ты сейчас берешь своего флинта и катишься вместе с ним на хрен отсюда, понял?!

— Вы ведь осознаете, — собеседник снова легко улыбнулся, — что мне и безоружному ничего не стоит с легкостью снять вас с должности прямо сейчас?

— А ты ведь осознаешь, что мне ничего не стоит... э-э... тоже что-нибудь сделать?!

— Бросьте, — с ленцой сказал хранитель. — Вам ведь не нравится ваш флинт, Константин Валерьевич.

— И ты из общества освобождения хранителей от несимпатичных флинтов?

— С вами и впрямь трудно иметь дело!

— Так не имей, — хмыкнул Костя.

— Все, что от вас требуется —