"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

— Мясцо… Свежее… — он принюхался. — Сильное!

Его голос был пропитан желанием срезать от наших тел по кусочку, дабы попробовать нас на вкус.

— И-и-игорь, — протянул очкарик. — А почему ты ко мне не заходишь? Ты же обеща-а-ал, — манера речи смахивала на шелест языка змеи.

— Было много выходов в поле, — невозмутимо держался куратор. — Аспидов, проверяй быстрее, у нас еще много дел.

Ха! Фамилия под стать такой личности. Безумный учёный со змеиной манерой речи. Настолько прекрасное сочетание, что даже Романову проняло. Вон, окончательно сместилась за спину Мойского, а теперь украдкой выглядывает из-за его плеча.

Стоит отметить, что как противник он ничего из себя не представлял. Дар у него имелся, но слабый. В тоже самое время он не был похож ни на один виденный мной ранее. Если у всех всполохи Дара были сконцентрированы в их душах, то у змеиного ученого большая часть находилась в голове. Что бы это значило, я не имею ни малейшего понятия.

— А так дружили, — тем временем прошипел парень. — Этот пахнет железом. Так, как пахнет от крови, — с последним словом он облизал свои губы. — Редкий Дар. Мой крова-а-авик, — ученый медленно протянул свои руки к лицу Мойского, резким рывком поцарапал тому шею и облизал свой палец. Мерзость. Как же ученому повезло, что изначально он не ко мне пошел. Я бы его прибил бы к черту. — Ветеран. Пиковый, — небрежно кинул он и скривился. — Отойди в сторону, кровавый!

На приказ ученого Мойский сначала посмотрел на Петрова, тот кивнул, потом Николай перевел взгляд на меня, а я, в свою очередь, дублировал жест куратора. Граф смиренно отошел и направился в сторону старшего лейтенанта за протянутой медицинской салфеткой. Романова тем временем окончательно испугалась, потеряв последнюю соломинку в виде Мойского.

— Не ссы, Танюха! — решил подбодрить принцессу, на что та скривилась. Зато сработало. Наверное…

— Дитя императорской крови, — на лице ученого улыбка, что и так была безумной, стала ещё более устрашающей. — Как же давно, я не пробовал вашу кро-о-овь, — казалось, что еще немного и он расхохочется, но нет. Очкарик по-змеиному подскочил к принцессе, отчего та невольно вздрогнула, и принюхался. — Хо-о-олод. Забытое чувство. Последним из вашего семейства я исследовал твоего брата. Его запах не был таким чистым. Великолепный потенциал! — внезапно крикнул он и чиркнул рукой по шее принцессы, на что та даже не успела среагировать. — И так бездарно затоптанный в землю, — разочарованно резюмировал змей. — Но все еще не до конца утерянный. Воспрянь дитя холода и подари этому миру свою прохладу!

«Он философ?» — спросила Кей.

«Хер его знает, — отвечал я. — Мне не до конца понятно, как он все это делает. Мутант какой-то.»

«Никогда такого не видела.»

— А какой у нее ранг? — спросила Анна, осмелившись выйти из-за моей спины.

— Кто это такой любопытный? — в мгновение оказался рядом с нами ученый.

Я даже моргнуть не успел, как он переместился к нам. Какого черта? Может скрывает силу своего Дара, как отец Оксаны?

— М-м-м, дочь золотых людей, а пахнешь землицей после дождя, — принюхался змееподобный парень. — Ветеран. Таков ранг твоей подруги для каждой из ее стихий, землица. А тв-о-о-ой⁈ — казалось, что он ускорился еще сильнее, и практически незаметно для глаза поцарапал шею моей подруги. — Ветеран, но не простой, а золотой, не так ли? М? — он наклонил голову на бок. — Прекрасный потенциал, подпитанный вторым источником, сделает из тебя сильную и такую вку-у-у-сную… Ха-ха-ха, — он рассмеялся, но резко смолк и щелкнул Анну по носу.

Тем временем Петров стоял весь побледневший. Какова причина такой реакции, я не понимал. Ведь, судя по тому, как он сюда входил, здесь он иногда бывал, так что должен был привыкнуть к такому поведению своего, как оказалось, товарища.

— Перейдем к самому вкусному…

«Это он о тебе, Саша.»

«Да ладно Кей, а я думал, что о Петрове.»

— Сила… Надо же… Такого запаха я не чувствовал никогда. Об этом мне говорил мой отец после того, как оценил императора Михаила, — его голос внезапно стал нормальным, но резко вернулся к обычному состоянию, если его можно назвать таковым: — Еще озон и страх. Но не твой, нет. Страх тех, кто боится темноты. Да-а-а, это оно, — он вновь по-змеиному облизнул свои губы. — Нет, есть что-то еще, — парень принюхался ко мне ещё более тщательно, чуть ли не касаясь меня. — Запах свежескошенной травы… Запах смерти… — он немного отпрянул. — Смерть? Смерть. Смерть⁈ Смерть, — он повторял это слово с разными интонациями: то ставил под сомнения, то утверждал, то восклицал.

«Он в край поехал», — заявила кицунэ.

«Зато тебя вроде не унюхал, — заметил я. — Это хорошо.»

— Давай посмотрим, что там у тебя, солнышко, — как и остальные, я не смог уклониться от его руки, и вот он облизывает палец. — Ветеран! Мастер! Нет. Ветеран на одну стихию, а Мастер на другую, — он качал головой из стороны в сторону, как болванчик. — Мало! Мне МАЛО!!! Дай еще! — я попытался уклониться, но тщетно. — Что это? Нет! Нет-нет-нет, — его глаза расширились в ужасе. — Проводник! Идущий со смертью! — ученый начал пятиться. — Тебе не место в нашем мире. Ты ее сторонник! Убирайся прочь! Прочь!!!

— Что происходит⁈ — не выдержал Петров.

— Прочь! Прочь! Прочь! — вновь прокричал очкарик. — Глупцы! Он Проводник. Он вас проводит! Всех вас проводит! — его очки давно слетели, а из глаз пошла кровь, подчеркивая безумство ученого.

— Да куда он нас проводит⁈ А⁈ — криком спросил в ответ Петров. — Аспидов! Отвечай, твою мать!

— В последний путь! — он закричал так, что я чуть не оглох, и потерял сознание.

— Саша, что происходит? — спросила Анна, дергая меня за руку. — Саша? — удивленно переспросила девушка, заметив, что на моем лице застыл оскал.

«Этот тип, как Алексей Романов, почувствовал твою силу влиять на души других людей, Саша!»

Глава 11

— Саша?

— Пойдем-ка отсюда, ребята. Поговорим снаружи, —