Учитель Особого Назначения. Том 8 - Илья Игоревич Савич

— Понимаю, понимаю, Сергей Викторович, — махнул рукой Палыч. — Для вас это всё формальности, да? Но поверьте, бумажки бывают очень полезны.

— Да уж, с этим не поспоришь, — не мог я с ним не согласиться.

— А ещё я под ваши заслуги выделил отдельный бюджет на нужды учебного корпуса «номер 13». Зачисления должны скоро прийти. Уверен, вы правильно распорядитесь этими деньгами.

А вот эта новость была уже куда веселее! И вещественнее, я бы сказал. Деньги — это всегда хорошо. Плохо только, если их нет.

Но в общем-то, мой визит к директору закончился сводкой новостей, которые произошли во время нашего отсутствия.

Каникулы закончились, и ученики уже начали возвращаться в академгородок.

Венедикт закончил цифровизацию всей академии, так что те, кто ещё не успел перейти на электронные дневники, которые не подделать и которые в любой момент могут проверить родители, скоро прочувствуют на себе безжалостную волну прогресса.

Конечно, нынешняя версия была ещё далека от конечной. Постоянно возникали какие-то перебои или жалобы. Но увидев, какой результат приносят современные технологии, Василий Павлович убедил совет меценатов и инвесторов также выделить отдельную сумму на развитие этой инфраструктуры.

А ещё, по образу и подобию моей учебки и сформированного кружка по заклинаниям, Венедикту было поручено набрать группу смышлёных студентов, которые захотят осваивать умные технологии и вместе с ним настраивать цифровизацию академии. Так сказать, обучение во время практики.

С таким послужным списком, между прочим, можно будет не то что в высшую академию какую-нибудь поступить, да и на работу устроиться. Особенно при должных рекомендациях. А уж рекомендации Василий Павлович сможет дать самые лучшие. Да и связи у него кое-какие имеются, куда эти самые рекомендации можно отнести.

А ещё в первый учебный день на линейке планируется официальное торжественное поздравление олимпиадников.

— Кстати, насчёт Инги Вячеславовны и группы заклинателей. Ну, раз уж мы это упомянули, — улыбнулся директор.

Его чашка уже опустела, но выдувать третью по счёту он уже не решился.

— А что с Ингой? — заинтересовался я.

— Кажется, она всё-таки склоняется к официальному получению статуса учителя. И Елена Алексеевна уже занимается оформлением полноценной учебной программы по заклинаниям. Подумать только! — восторженно воскликнул директор. — В нашей академии преподавать заклинания будет настоящий член рода Наумовых! Более того, наследница Наумовых! Это ж какой статус, а⁈ А ведь можно было бы радоваться только лишь появлению подобной программы!

— Ну да, — хмыкнул я. — У Инги точно талант к преподаванию. Знали бы вы, что учудил Саня, пока мы были на олимпиаде…

— Правда? — любопытно захлопал глазами директор. — И что же?

Эх, и кто меня за язык тянул, блин.

В общем, после того, как я получил свою порцию новостей, делиться историями уже пришлось мне. А Василий Павлович всё-таки налил себе третью чашку ароматного байкальского чая. Ну а потом и четвёртую, и пятую. А затем и вовсе достал стратегический запас разломных сортов, который мы на пару уполовинили.

Рассказать-то было чего! Писал бы книгу, на целый том хватило бы, наверное.

━─━────༺༻────━─━

Раз уж мы затронули тему Инги и её стремление стать учителем по заклинаниям, я решил следующим шагом наведаться к ней.

Найти её оказалось несложно. Как и ожидалось, она сидела в библиотеке в своей каморке, читала книжку «Как учить детей и не стать их зловещим кошмаром», попивала кофе и так увлеклась, что не заметила, как я вошёл.

— Кхм-кхм, — прокашлялся я, привлекая к себе внимание.

— Ой, Серёжа! — подскочила она и тут же заулыбалась. — Привет, давно не виделись. Проходи, садись, сейчас кофе налью.

Я погладил себя по животу, который ещё недавно заполнил литрами чая. Призадумался, а затем кивнул.

— Да, благодарю! — и плюхнулся на диван.

Инга принялась суетиться возле своей тумбочки, от которой доносились разные вкусные запахи.

— У меня творожные ватрушки есть и шоколадные кексы, — кинула через плечо девушка. — Будешь?

— Ага, — кивнул я.

— Ватрушку или кекс?

— Ага, — кивнул я.

— Хе-хе, понятно, — засмеялась Инга и со счастливым видом поставила на кофейный столик две чашки с напитком и блюдце с кексом и ватрушкой.

Взгляд сам собой зацепился за глубокий вырез на её приталенной рубашке. Инга, как начала встречаться с Венедиктом, стала одеваться куда скромнее, но до сих пор сворачивала шеи проходящим мимо людям. Причём не всегда именно мужского пола, хе-хе.

Но мой взгляд только скользнул, чтобы потом зацепиться за аппетитную ватрушку и тёмный мягкий шоколадный кекс.

— Палыч сказал, ты всё-таки решилась стать учителем? — вприкуску с ватрушкой завёл я разговор.

— Ага, это так, — чуть задумчиво подтвердила она, а затем посмотрела на книгу. — Не знаешь, хорошая, а? Я только половину успела прочитать. Много мест приходится перечитывать по три раза, чтобы что-то понять.

— Не знаю, — продолжая поглощать ватрушку, пожал я плечами. — Я таких умных книжек не читал.

— Правда? — захлопала она глазами. — А как ты научился преподавать?

Я призадумался, нахмурился, проглотил кусок ватрушки и снова пожал плечами.

— Импровизация?

— Да ну тебя! — надулась Инга. — Так нечестно!

— Чего это нечестно-то? — хмыкнул я. — Может, мне жизненный опыт подсобил? Ну, или это врождённый талант, кто знает… Не всем дано, не всем дано!

Мне нравилось её немного поддразнивать, но за это я получил толчок кулаком в плечо. Не сильный — так, просто выразить возмущение.

Но затем я резко нахмурился. Инга это заметила и забеспокоилась.

— Ой, Серёж, прости, я не хотела…

— Тихо! — прервал её я и прислушался.

Бедняжка Инга, похоже, накрутила себе что-то не то.

— Ты ничего не ощущаешь? — спросил я.

— Чего именно? — насторожилась она.

— Пока не знаю, но… чего-то странного.

Я осмотрелся и не мог понять, что меня смущает. Чутьё о чём-то предупреждало, но о чём именно?

— Странного? — оглянулась Инга. — Кажется, нет, всё как обычно.

Но затем до меня дошло.

— Ах ты, паршивец! — прорычал я и выпустил магические путы на недавно выученной благодаря Войцеху частоте.

Тут же в воздухе прямо над Ингой горизонтально и лицом, устремлённым к её декольте, образовался…

— Перверс! — подскочила Инга. — Ах ты, треклятый извращенец!

Тут же она