Новгородец-2 - Георгий Георгиевич Смородинский

— А сейчас что-то прям изменилось…

— Хватит уже морочить мне голову, — Велеслава нахмурилась. — Говори, что думаешь делать. Может быть, я что-нибудь посоветую.

— Да чего там думать? Все же очевидно… — я пожал плечами. — Нужно разгромить обоз и отряд, что сейчас находится в сборище, а потом уже помочь нашим в Сольце.

— Вроде складно, — Велеслава, задумчиво покивала. — Главное, чтобы они не пошли на приступ до подхода той полусотни.

— А зачем им это? — скосив на нее взгляд, произнес я. — В Сольце сейчас пятнадцать дружинников с Мстиславом и человек сорок корабельной охраны. Даже если латинян там две сотни, им проще подождать подкреплений. Из городка все равно никто не уйдет. Разве только попробует уплыть, но я почему-то уверен, что демон уже, где-то рядом.

Да, я прекрасно помнил, что в Сольце как минимум двести пятьдесят взрослых мужчин. Но проблема в том, что без брони и с топорами в руках они могут воевать только в прикольной и тупой рекламе давно закрытого банка[2]. Если захватчикам удастся сломать частокол, и они ворвутся на территорию городка, все закончится достаточно быстро.

Воевода проснулся мгновенно. Сполоснув лицо из стоящего возле шалаша корыта, Федор узнал, зачем его разбудили, выругался и отправил двух ближников будить командный состав отряда.

— Сейчас расскажете это всем, — попросил он и, сделав знак следовать за собой, отправился на берег реки.

У воды на утрамбованной глине была организована переговорная: круг из бревен, груда дров и тлеющий в центре костер. Пока командиры собирались на совещание, Зима прилетела из разведки и доложила:

— В обозе двадцать телег. Ночуют на поляне у спуска к броду на реке. Не знаю, как она у вас называется. Всего сорок пять человек. В броне — восемнадцать.

— Помнишь, о чем мы с тобой тогда говорили? — тут же спросил я у девушки. — Ты же у нас разведчица…

Зима — уникальный юнит в нашей команде, и ее мне во всех смыслах послало Мироздание. Умения подруги нужно использовать по максимуму, и я, понимая это, научил подругу проводить разведку на местности, объяснив, на что именно она должна смотреть в первую очередь. Память у Зимы абсолютная, соображает она лучше меня, информацию впитывает как губка, поэтому весь процесс обучения занял не больше часа. Собственно, вот оно и пригодилось.

— Так точно! — Зима изобразила в воздухе стойку смирно и добавила к сказанному: — Кольчуги только на семерых, остальные в кожаных бронях со стальными пластинами. Меч только у командира, остальные вооружены топорами и копьями. Обозники — крестьяне и судя по одежде из местных.

— А река там широкая?

— Саженей пятнадцать — не больше, — Зима пожала плечами. — Дорога — на две телеги, спуск к воде пологий и после брода подъем. Саженей десять под горку, и потом столько же в горку. На реке ниже по течению есть еще один брод, но на телеге там не проехать. Там тропа и большой белый камень на берегу.

— И далеко до этого брода? — тут же уточнил я. — От той переправы, где эти…

— Всего двести саженей, — пояснила девушка: — Там вода шумит и если переходить, то в обозе вряд ли услышат.

— А до них сейчас…

— Меньше десяти верст по дороге — Зима указала рукой на деревья вдалеке. — Она там, примерно в версте от этого места.

— Спасибо, — я улыбнулся подруге. — Ты даже не представляешь, как помогла.

— Зубы не заговаривай, — Зима картинно нахмурилась. — С тебя мультфильм. Тот — большой про девочку в море…

— Да я бы тебе и так его показал…

— Тогда два, — Зима дурашливо пожала плечами. — Все я полетела к Сольцу, а на обратной дороге залечу в сборище и все разведаю там.

Девушка подмигнула и, не давая мне опомниться, росчерком унеслась в сторону городка. Я посмотрел ей вслед, хмыкнул и задумчиво почесал правую щеку.

— Когда это ты успел ее научить? — Велеслава посмотрела на меня с подозрением. — И как она все это запомнила?

— Зима замечает все и ничего не забывает. Она в подробностях может описать одежду всех, кто находится в том обозе, — пояснил я, наблюдая, как рассаживаются на бревнах десятники. — Когда мы шли к переходу на мост, я объяснил ей, о чем нужно рассказывать в первую очередь и почему.

— Умно, — жрица кивнула. — Только ты, когда разговариваешь с ней, улыбайся так, чтобы другие не видели. Даже у меня от твоей улыбки мурашки по спине пробегают. Я же помню, как ты улыбался всего декаду назад, а они, — жрица кивнула на воинов, — не знают, что рядом с тобой кто-то есть.

— Постараюсь, — со вздохом произнес я и следом за Велеславой направился к одному из лежащих у костра бревен.

Как только народ собрался, Федор коротко рассказал подчиненным о причине ночного сбора и передал слово мне.

Кивнув, я поприветствовал всех прибывших и рассказал о том, что происходит в лесу. Меня слушали молча, вопросов не задавали — ждали, когда закончу говорить. Вообще, в подобной ситуации семнадцатилетний пацан обязан хоть немного смущаться. Когда тебя внимательно слушает два десятка опытных воинов, половина из которых годится в отцы, это нехило так давит на психику. Рядовой ли ты дружинник или сын князя — не важно, но мне играть в пацана не хотелось. Слишком мало у нас времени, чтобы думать еще и об этом.

Мой рассказ длился не больше пяти минут. Под конец я обвел взглядом собравшихся и произнес.

— … О нас никому из них пока не известно, и этим обязательно нужно воспользоваться. Если есть вопросы — задавайте.

Народ тут же загудел, обсуждая услышанное. Федор подождал пару минут, давая десятникам наговориться, затем сделал останавливающий жест и потребовал:

— Спрашивайте!

— Да тут пока только один вопрос, — на меня посмотрел бородатый мужик, с пересекающим глаз шрамом. — Откуда ты все это вызнал? Ты ж в лагере был все время…

— Тебя как звать? — глядя на него уточнил я.

— Фомой кличут, Косым, — представился воин. — Второй десяток первой сотни… Которая была Федоровой…

— Меня зовут Олег, если кто-то забыл, — на всякий случай напомнил я и посмотрел на спросившего. — Так вот, Фома… Для того, чтобы вас вызволить, мне пришлось избавить от злых чар хозяина этого леса. Сделать это оказалось непросто, но мне помогала одна из хранительниц. Она и рассказала мне о врагах. Сам я этого леса не знаю…

— Ого, — десятник неверяще усмехнулся и перевел взгляд на сидящую рядом со мной волхву.

— Так и есть, — кивнув, подтвердила мои слова Велеслава. — Я слышала их разговор.

— Тише! —