Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

даже лавка специальная на рынке стоит. Подозреваю, что наезжающие хитрецы привычно врут: «Да нет там той картошки!» Это же копать надо, раком стоять… Только в двух деревнях чувствуется реальный сельхозпрогресс, остальные живут по инерции, тормозя на спасительном: джунгли и река прокормят. Но есть старейшины и женщины помудрее, и им информация о перспективах спроса, стратегическая по сути, нужна в первую очередь.

По оплате. Серебро у людей имеется, и его не так уж и мало, как я предполагал. Натурпродукты – сколько хочешь. Два раза нам предлагали новенькие каноэ, очень неплохого качества. Готовы брать заказы на любой размер. На второй раз взял, Костя убедил, что продадим моментально. Циновки, примитивные ткани, где-то есть волокно.

Ещё одно интересное наблюдение: в каждом поселении имеется свой Главный Сарай. И его показывают далеко не всем, нам, например, староста Веннеса не показал, что хранится в тёмных закромах. В Главный Сарай стаскивается вся рухлядь, найденная на реке поколениями ищущих, после чего нажитое добро становится «памятью о предках», часть его – своеобразным стратегическим запасом, авось пригодится. Вскрыть эти копилки – наша задача. Металлы, прежде всего цветные, очень востребованы в городах, в Прорезы чаще всего затягивает простые деревянные лодки. «Чёрная» сталь спокойной плавки, применяемая на металлических судах, встречается часто, её режут, вывозят, здесь сбыт будет. Наиболее стоящее из сараев давно уже в деле или продано, но никто не знает, что завтра потребуется на добычных фабриках или в мехмастерских. То есть по факту это огромные дедовские чуланы или сундуки, набитые всякой всячиной. Один, в китайской деревне, нам таки удалось мельком осмотреть, и механик возбудился сразу. В Манаусе работает отдельный блошиный рынок, однако из деревень туда подобный товар возят редко, не приспособлены для таких перевозок местные скорлупки. Значит, можно скупать нужное тут, в том числе и по заказу. Либо возить на «блошку» крупным оптом. Интересная перспектива.

В целом картина понятная, не думаю, что ниже по течению она кардинально иная. Мне уже понятно, что извоз и торговля гарантированно покрывают все накладные расходы, позволяя нам кататься без расходов в поисках Больших Ништяков и, главное, Прорезов. А через месяц, по прогнозам, прибыль пойдёт совсем другая. Всё у нас получится.

Миссионеры тоже времени даром не теряли – на каждой остановке торопливо сходили на берег. Первыми спускались Генрих с Эрихом, у обоих – помпы и одинаковые «глоки». Появление миссии быстро собирало целую толпу, а потом в сопровождении местных гуманисты отправлялись осматривать житие-бытье. Похоже, Симона готова включить в план работы и другие поселения на реке. Девочка, а готов ли к такому повороту твой отец? Он давно определил необходимый минимум показушной сердечности, привычно выбрал себе африканцев, дети которых, как известно, голодают в любой Африке, пусть и внеземной, и тем обеспечил необходимый гуманитарный сектор своей деятельности, заслужив благосклонность белой части общины.

В последней перед Дугласом деревне я решил кадровую проблему.

Поселение называется Бари, потому что основали его два итальянца и один поляк, которые вопрос о названии решили демократически – голосованием. Сейчас их потомки, перемешавшись с индонезийцами, породили интереснейший этнотип, представители которого и населяют эту деревню, стоящую на излучине огромной реки. Там я и нанял двух метисов для строительства на базовом острове избушки на курногах, люди опытные, жильё ставили не раз. На островке, который капитан решил назвать Кайманом за характерную форму, всё необходимое есть. Присматривать пока будут жители Веннеса, уже договорились.

А в самом Дугласе я имел интереснейшую беседу с мистером Теофилом Нзимбой.

Симона, не успев сойти на берег со своей миссией, сразу же оттянула на себя большинство жителей, которые столпились вокруг приезжих. Коробки с гуманитаркой были очень слаженно и быстро переправлены на сушу, и вскоре вся делегация в окружении местных направилась к большому общественному зданию для просветительских бесед, увещеваний и раздачи слонов.

Ну а я – к вождю.

Вот недаром штампы куются! Есть в них зернище истины! Нзимба представлялся мне жирным потным боровом с прыщами по всей морде и гнусной ухмылкой. И губищи, как бананы, только с трещинами в миллиметр. Будь я проклят – всё так и вышло! Именно такая рожа, с трудом переваливающаяся по неровному грунту, и вышла навстречу.

После вынужденного рукопожатия я тут же отчаянно возжелал как можно быстрей оказаться в душевой своей каюты.

– У меня к вам будет всего один вопрос, уважаемый Нзимба. Думаю, уже не только я понял, но и другие люди в Манаусе, что никакого золота тут нет. Да и не ищете вы его… А вот небольшая баржа с бензином стоит где-то на Оранжевой. Скорее всего, не совсем рядом, быстро не сплаваешь. Спокойно! Я не собираюсь покушаться на святое право частной собственности, вы нашли, значит, ваше… Однако, учитывая стратегический для анклава характер такого сырья, как любое жидкое топливо, дикая форма снабжения города и поселений на реке крошечными бутылками, организованная вами, потенциального потребителя устраивать будет недолго, поверьте… А что в итоге следует ответом на такой саботаж, очевидно тормозящий технический прогресс? Подождите! Я закончу. Самое разумное, что вы можете сделать, это начать продавать топливо мне, крупным оптом и с хорошей скидкой. В противном случае я просто вычеркну ваш посёлок из графика рейсов, и вам придётся объясняться с людьми, почему они должны ссориться со всей рекой и иметь самое неразвитое хозяйство. Потом найду бензин, а далее губернатор, поверьте, прислушавшись к здравым предложениям, блокирует ваших бутылковозов на пару месяцев, заодно свернув и деятельность миссии. Разве ваши люди заслужили такой участи? Вы их просто разбаловали этими бутылочками!

Поначалу он попытался возмущаться, глупо уходя в отрицаловку, а я его спокойно полосовал выверенными фразами и доводами. Показал мультипаспорт, полученный от властей, обозначил свои бизнес-намерения. Упомянул и о том, что сам губернатор уже морщится при упоминании фамилии старосты Дугласа.

– Вы чего дожидаетесь? Десанта полиции или национальной гвардии? От жителей деревень на вас идут жалоба за жалобой, согласно которым вы какого-то чёрта блокируете им вход в Оранжевую. Эта река что, ваша собственность? Найдитесь в обстановке и развернитесь по ветру, искренне вам советую. У меня всё, поля для вопросов не вижу. И учтите, на обратном пути мы намерены пройти по Оранжевой, так что уберите с пути все рогатки и камни, чтобы мне не пришлось разбирать препятствия свинцом. С ответом не тороплю, судно будет тут стоять ещё минут двадцать. Да – нет. Детали позже. По рации я доложу о разговоре прямо сейчас, учтите это и не думайте, что всё происходит келейно, а у вас есть шансы уладить дела как-то иначе.

Нзимба пыхтел, бурчал, нервно чесался, однако вёл себя спокойно, прекрасно понимая, что прибыла к нему