Фантастика 2025-184 - Олег Александрович Волков

— Чего еще ждать от такого жалкого червя как ты…

— Ты еще пожалеешь, английский выскочка… — прохрипел он. Вместо ответа я усилил нажим на острие клинка, приставленного к его горлу.

Позади вдруг раздался грозный приказ:

— Остановитесь и бросьте оружие!

— По какому праву вы останавливаете поединок чести? — невозмутимо поинтересовался я, не собираясь отодвигать лезвие от горла врага.

Командир стражников равнодушно ответил:

— Спорить будете с патроном*, а теперь уберите эту штуку. Мы выполняем приказы, только и всего. Если вас что-то не устраивает, пишите прошение о защите в английский посольский дом.

* Патрон, — патриций, покровитель вольноотпущенных и плебеев, наиболее распространенным является употребление в значении «покровитель людям, зависящим от него, ему подчинённым».

Я атаковал высокого худого стражника, отдававшего приказы и стоявшего справа от меня, пытаясь проскочить между ним и зарослями, оканчивающимися на углу улицы.

Он закричал, требуя подчиниться, и одновременно левой рукой, защищенной плащом, отразил мой выпад шпагой. Я тут же ударил его кулаком, и все же заставил командира стражников отступить, но тут же столкнулся с другими, преградившими мне путь.

Потасовка кончилась слишком быстро, меня со всех сторон окружили стражники, приставив к горлу алебарды*.

Нет, я не мог позволить, чтобы этот попугай оказался победителем, и пытался сопротивляться.

Упрямо сделал шаг вперед и резко развернулся — длинные пики стражей уперлись мне в грудь.

Испанец медленно поднялся с земли, прижав раненую руку к ребрам, чертыхаясь, неловко снял перчатки и раздраженно приказал:

— Именем короля, свяжите его!

Команда испанца была исполнена в ту же минуту и с поразительной скоростью.

Все прекрасно понимая, я все же оглядел людей столпившихся рядом, в поисках хотя бы одного сочувствующего лица, но таковых рядом не казалось. Вокруг были только свирепо смотревшие стражники с разбитыми носами, в какой-то мере принесшими мне чувство удовлетворения.

Испанец проследил за моим взглядом и усмехнулся с дьявольским восторгом и, заканчивая свое обращение к страже, приказал:

— Уведите его на суд к королю!

Связав меня, стражники подняли с земли, окружили меня плотным кольцом и повели в Неаполь.

Я оказался в отчаянном положении. Ярость, пришедшая на место боли, улетучилась, на ее место пришло беспокойство и чувство вины от осознания, что я только что сильно подвел Джулиану.

Глава шестнадцатая

«Самая мудрая женщина, которая могла бы управлять целым государством, может выбрать своим господином мужчину, которому нельзя доверить в управление даже десяток куриц»

Кардинал Мазарини.

Джил

Я всегда считала себя сильной женщиной и не только потому, что нас на Астере тренировали до полного изнеможения. Нет, все верно, и на самом деле это было нелегко, каждый день после тренировок мы были измучены, вымотаны до предела и морально и физически. Вечером я вползала в душ, думая, что завтра не смогу ходить.

Но все эти мучения имели одну цель — мы, историки из будущего, должны не просто выжить на неизвестной территории без надежды на помощь, но и сохранить присутствие духа, чтобы продолжать работать и защищать себя. Иначе в прошлом от нас не будет никакого толку.

И, несмотря на подготовку, когда очнувшись вечером вместе с полученным саквояжем, я услышала от Андреа новость, что Артур остался в Портичи по делам, то первым чувством была паника.

Неясное, тягучее как горячая смола, жгущая грудь, меня задавило внезапно охватившее душу беспокойство.

Слуга с косичкой, повторно прибывший в комнату по моему приказу, с деловым видом повторил, что синьор этим вечером будет занят и прибудет позже.

Я покачала головой, тихо спросила:

— Андреа, не темни. Зачем синьор остался в Портичи?

Слуга невозмутимо отозвался:

— Мне не велено вам говорить…

— Ясно… Он с кем-то повздорил? Вызвал на поединок?

Я даже знала кого, больно спокойно тогда Артур на мои синяки отреагировал. Так и думала, что скоро будет продолжение. Нет, конечно, он мог найти себе еще кого-нибудь для дуэли, это дело не хитрое, и подобный вариант тоже не стоило упускать из вида.

Но, в общем, в результате, это мало что меняло и интуиция, а может, разыгравшееся воображение мне подсказывали, что что-то пошло не так как он планировал. Но откуда я могла знать это наверняка?

Я не знала, но чувствовала.

— Андреа, готов карету, мы едем в Портичи! Быстро!

С отчаянно бьющимся сердцем я метнулась к корзине, собираясь схватить плащ и кинуться Артуру на помощь.

— Но синьор запрети… — начал, было, слуга.

— Быстро!.. — гневно прошипела я, стиснув кулаки.

Андреа, явно прочитавший по глазам, что дамской истерикой я не ограничусь, покорно кивнул и вышел исполнять приказание.

Я с усилием заставила себя сесть в кресло и успокоиться, упрятав дрожащие ладони под коленками.

Итак, отчего меня охватило такое волнение, вроде ничего не произошло?

Артур, конечно, натворил дел с чаем и снотворным, иного пояснения странному сну посреди дня у меня не было, но я его почти не винила. Мне надо было тихо, ни в коем случае не предупреждая, идти и страховать его. Тем более, зная маниакальное желание мужа защитить, я могла предвидеть его поступки. Но откровенно сглупила, предупредив. Теперь смысл его винить?

Но почему мне за него так страшно?

Я быстро надела костюм, в котором прибыла сюда, собрала самое необходимое из своих вещей и вещей Артура, предчувствуя, что сюда больше не вернусь. Накинула плащ и вышла к карете.

***

Вечер подходил к концу. Уже совсем стемнело, когда мы въехали в Портичи. Носильщики редких портшезов двигались по улицам в сопровождении факельщиков. Где-то одиноко подвывала собака, оплакивая ополовиненную луну.

— Андреа, куда ты должен был привезти рубашки синьору? Только быстро…

— К рыбному рынку на выезде из Портичи, — сухо ответил он и обиженно отвернулся. Это потому что еще в таверне мне пришлось слегка прижать его к стенке и нажать на кадык, чтобы заставить все рассказать, так как верный слуга упрямо отказывался ослушаться хозяина.

— Прикажи кучеру поторопиться…

Как поняла по скудным пояснениям Андреа, они схватились у начала старинной улицы с маленькими каменными домами, где буквально в двух шагах протекала грязная речушка Сарн.

Карета с грохотом неслась по улицам крошечного городка. На подъезде к рынку, у площади фонтанов, я попросила кучера ее остановить. И сурово приказала Андреа:

— Ты сейчас идешь туда пешком и расспрашиваешь зевак, как прошла дуэль…

Молодой слуга послушно кивнул и вышел из кареты.

Я вышла следом за ним, и узкими проходами отправилась