"Фантастика 2024-82". Компиляция. Книги 1-22 - Ярослав Георгиевич Горбачев

где этот город закупался едой и прочими товарами первой необходимости. Он, скорее всего, ограблен раз двадцать, но мы можем найти там немного полезного металла и совсем чуть-чуть электроники. Готовьте лопаты, немёртвые вы мои…

Копать они начали в указанном личем месте, прямо под вывеской. Леви в снежных раскопках не участвовал, потому что надо было следить за окрестностями.

Пока рядовые воины копали, он осматривал близлежащие снега и размышлял.

Цивилизация землян рухнула, прямо как в «Безумном Мадсе: Воине дороги», только если в фильме о том великом воине их мир превратился в безводную пустыню, то в реальности его поразило резкое похолодание.

«Иронично, что всё произошло ровно наоборот», — подумал Леви, внимательно отслеживающий передвижение малой группы «мутантов-ниндзя».

Они слишком далеко, чтобы пытаться догнать их, но лучше следить за ними, чтобы они не подобрались незамеченными…

Тут эти твари вдруг всполошились, залегли в снег, что отвлекло Леви от его мыслей.

— Все, сука, внутрь!!! — заорал повелитель. — Леви, ты там в глаза ебёшься⁈

Леви недоуменно огляделся, но вокруг ничего, а затем до него донёсся шум с небес. Он поднял взгляд и увидел какую-то аномально большую серую птицу, крылья которой пылают огнём.

Спустившись с сугроба, он подбежал к повелителю, лично загоняющему всех немёртвых воинов в вырытый проход.

— Что это такое, повелитель? — спросил он.

— А я в душе не ебу, Леви! — ответил лич. — Это птица? Это самолёт? Это Супермен⁈ Внутрь давай! Последнее, что нам надо — это попадаться на глаза тем, кто не жалеет топлива на реактивные самолёты! Живее!

Примечания:

1 — Кадавр — от лат. cadaver — «труп». Тут имеется в виду, что Душной чётко отделяет просто трупы от опытно-конструкторских трупов, коих отдельно обозначает именно кадаврами.

Глава пятая. Одиссея Жака Ива Душно

/3 апреля 2027 года, ледяные пустоши, г. Южно-Сахалинск/

Скорбные времена настали, раз целый лич, потенциально способный завоёвывать миры, прячется в провинциальном «Магнетите» вместе со своей армией элитных мертвецов, опасаясь, как бы его не засекли с воздуха…

— Не шуметь, не дышать и не пердеть, — приказал я мертвецам.

Последнее — это не прикол какой-то, а бытовой нюанс нашей нежизни, которым просто так с каждым не поделишься. Нигредо, смешиваясь с остаточными продуктами жизнедеятельности, от которых полностью избавиться никак нельзя, начинает реакцию, которая сопровождается выделением газов разложения. В конце концов, эти газы просачиваются через ткани и попадают в кишечник, откуда выходят двумя путями. Со временем, это бы прошло, но мы потребляем пищу, чтобы не лишиться остатков человечности…

— Что это такое, повелитель? — обеспокоенно спросил Леви, как самый смелый и, вроде как, самый приближенный.

— Это реактивный самолёт с регулируемым вектором тяги, — ответил я. — Всё ещё непонятно? Ну так и мне непонятно, как такая продвинутая хреновина вообще здесь оказалась!

Я видел эту штуку достаточно хорошо, но непонятно, насколько хорошо она видела нас. У неё два реактивных движка, которые сменили вектор тяги с горизонтального на вертикальный прямо у меня на глазах. Вооружения я не видел, потому что никаких выступающих частей на ней не было, как и подвижных турелей или ракет. Вероятно, разведчик. И это плохо.

— Кумбасар, выдели двоих, чтобы расчистили кафель, — приказал я. — И срочно готовьте песок с принадлежностями.

Ничего хорошего от летающих разведчиков не жду, поэтому надо валить, очень срочно.

— Быстрее, быстрее!!! — торопил я уборщиков, расчищающих пыль и грязь с кафеля.

Быстро начинаю царапать ритуальную пентаграмму на уже расчищенном участке, благо, сейчас нам не нужен большой портал для выхода.

Сыплю песок на линии, внимательно следя, чтобы не было разрывов и ошибок, после чего проверяю всё ещё раз. Здесь косяков допускать нельзя, потому что последствия будут неприемлемыми даже для лича.

— Всё, заходите по одному, — приказал я. — «Близзард» — начали!

Немёртвые воины, не задающие лишних вопросов, пошли в портал, исчезая в нём без каких-либо спецэффектов.

Снаружи доносился реактивный рокот, приближающийся к нам, но мои ребята быстро свалили в портал, а после них и я.

/3 апреля 2027 года, сатрапия Сузиана, г. Душанбе/

— Разойдись! — выкрикнул я, вываливаясь из портала с холодильником в руках.

Я не хотел уходить совсем с пустыми руками, поэтому схватил давно не работающий холодильник со стеклянной дверцей. Выбрал самый сохранный из тех, что стояли рядом. И пусть его предназначение было в хранении газированных и не очень напитков, главное, что мне было нужно — охлаждающий элемент. Можно будет аккуратно выдрать его, после чего поставить в более подходящий аппарат.

— Фух… — облегчённо выдохнул я, разрывая соединение с порталом в Южно-Сахалинске.

— Повелитель… — заговорил Кумбасар.

— Знаю, получилось не очень удачно, — посмотрел я на него. — Но зато мы узнали, что там есть кто-то ещё, помимо «мерзостей».

— Это была стальная птица, повелитель? Как в кино? — спросил интендант.

— Да, почти как в кино, — подтвердил я. — Странное дело, честно говоря. Непонятно, как о нас вообще узнали, но теперь будем работать с тем, что имеем.

Лезть туда же снова — это идти на неоправданный риск. А если там у них есть какие-нибудь истребители-бомбардировщики или штурмовики с крупнокалиберными пушками? А если такой бомбер или штурмовик зарядит мне термобарической ракетой прямо в лицо — затащу? Что-то мне подсказывает, что нет.

Надо входить в куклу и валить оттуда или использовать одиночного бойца с куклой, чтобы физически свалить с Сахалина и перебраться на континент.

В наших краях, во Владивостоке и вообще в Приморском краю, есть чем поживиться, и мы обязательно поживимся.

— Всё, расходимся по своим делам, — приказал я.

Надо отлежаться некоторое время, чтобы на Сахалине снова стало тихо, после чего осторожно выводить куклу с самым быстрым и умным мертвецом из бункера, а там либо в Японию, где хай-тек и лоу-лайф, либо на материк.

Иду к себе, сразу же по прибытию в свою квартиру втыкаю в мобильник зарядку и с лихорадочным нетерпением жду.

— Жил человек рассеянный, на улице Бассейной…

Наконец-то, телефон позволил себе включиться. На холоде столь тонкую аппаратуру держать, конечно, такое себе, но что поделать?

Открываю офлайн-карту.

Сколько от Южно-Сахалинска до Владивостока? Расстояние в тысячу километров до Владивостока. Где-то триста километров морем, а остальное по суше. Ну, то есть, по снегу. Потрошить высотки будет легко и быстро, а ведь там есть промышленные предприятия…

Сколько до Японии? Выходит, что сто двадцать километров по снегу, затем сорок километров по морю, а там сразу портовый город Вакканай.

Получается, что тысяча километров против ста шестидесяти. Тут и думать нечего, по идее…

— Хрен с ним, выждем месяц-два, а потом будем действовать, — решил я. — Ох, это же отличное время для реализации моего грандиозного проекта!

Идея тут же захватила меня, я вскочил с кресла, после чего побежал к карте местности.

Рядом со Стоянкой рек нет, но зато есть акведук, идущий на север, к возвышенностям. Персы первым делом раздолбали его, чтобы лишить стояночников воды, но прогадали, потому что под городом размещена гигантская бетонная цистерна. Мои ребята уже сходили к горам и оценили объёмы работы по восстановлению водоснабжения — делов на пару-тройку месяцев работы.

Почему я вспомнил о реке? А потому, что знаю, что это такое — река. Реки обычно существуют многие тысячи лет, а люди, как только узнают о плавучести дерева, сразу же начинают пересекать эти реки, иногда с ценными грузами. Изредка случается так, что лодки или плоты тонут, после чего грузы оседают на дно.

Меня не интересуют гнилые куски кожи или персиковые косточки. Меня интересуют золото с серебром, сталь, пусть даже ржавая, драгоценные камни…

Только вот беда — речки рядом нет, поэтому надо либо договариваться с Ариаменом, либо идти к Адрианополю, где тоже есть судоходная река. В Адрианополь сходить было бы неплохо, потому что надо познакомиться с соседями, если там уже кто-то поселился.

— Кумбасар! — выскочил я из дома. — Готовь обоз, «Активижн» и «Юбисофт» под штык, остальные обороняют Душанбе!

Кто-то скажет, что для покойника у меня слишком обострённая жажда наживы, и будет в корне прав. Нужно собрать максимум бабла, для воплощения моего далекоидущего плана по развитию этого края.