"Фантастика 2026-43". Компиляция. Книги 1-21 - Павел Смолин

А и правда вам довольно мило с сей штучкой, — неожиданно улыбнулась Перкея Федотовна. — Надобно попросить Фёдора Ларионовича пригласить к нам на обед полковника Петра Никифоровича Жаботинского, дабы вещицу-то такую милую в деле испытать…

— Испытать?.. — Агафья удивлённо посмотрела на Перкею Федотовну.

— Ну так разве приобретение такой вещицы делается для пустого ношения в комнатах личных? Нет, здесь необходимо в обществе пребывать приличном, дабы и приобретение смысл имело.

— Так и что же Пётр Никифорович, он вещице смысла прибавит что ли? — возразила Агафья.

— Конечно же прибавит, сударыня, ещё как прибавит! — воскликнула Перкея Федотовна. — Пётр Никифорович вполне приличный человек, да и чина высокого… Вашему положению такого человека надобно в самом внимательном соответствии наблюдать. Годы ведь идут скоро, а замужество требует своего срока.

— Перкея Федотовна, вы меня извините, да только замужество требует человека подходящего для моего собственного расположения.

— И что же, по-вашему выходит, что Пётр Никифорович к расположению не соответствует?

— Полковник Жаботинский вполне заметного чина человек, с этим спорить невозможно, — согласилась Агафья Михайловна. — Да только мне его чин совершенно к сердцу не прилепляется…

— Да что вы такое говорите, сударыня! — всплеснула руками Перкея Федотовна. — Да разве можно такое помыслить-то, ежели речь идёт о целом полковнике! В его-то летах, а уже такого положения достиг, уж что-то это должно для вас значить!

— Для меня, ежели смотреть на сие дело без восторгов, это означает, что Пётр Никифорович имеет офицерский чин довольно высокий для его лет, только какие за сим чином заслуги имеются нам не ведомо. В столице и не такие чины на балах пребывали, так и что же, теперь мне на каждого по мундиру заглядывать выходит надобно?

— По мундиру вас, сударыня, судить никто не понуждает, но вот по вашим собственным летам уже следует замужество иметь надёжное, — резонно заметила Перкея Федотовна.

— Верно, в этом я с вами, дорогая Перкея Федотовна, совершенно солидарное мнение имею. Именно надёжное замужество должно случаться, для сердца супругов надёжное, а не для посторонних судителей.

— Ну что за детские романтизмы вы говорите! — опять всплеснула руками Перкея Федотовна. — Да разве не следует вам помнить, что при вашем положении и состоянии надобно надёжность искать в положении супруга? Вот вам в столице никто не понравился, а ведь и кандидаты были самые приятные. А теперь и здесь вы ту же самую песню начинаете заводить. По сердцу, по сердцу, да что это такое по сердцу? Чай не в детском возрасте вы, сударыня, чтобы всяческие глупые фантазии обсуждать до заговенья…

— По сердцу, дорогая Перкея Федотовна, это так, чтобы и надёжное чувство было, и положения в обществе будущий мой супруг достигал своим разумением и заслугами известными.

— И что же, Пётр Никифорович по вашему разумению под сию мерку не подходит?

— Не подходит, — твёрдо сказала Агафья.

— И кто же тогда, по вашему разумению, подходит в сём захолустье под такую мерку? — Перкея Федотовна вопросительно посмотрела на Агафью.

— Господь всё устроит, и в сём, как вы изволили выразиться, захолустье найдётся такой человек, что и под эту мерку, и даже больше всяких таких мерок станет.

— Романтические фантазии всё это… — махнула рукой Перкея Федотовна. — девичьи фантазии и вдобавок ко всему совершенно неосновательные по всем статьям…

— Перкея Федотовна, а что же, Фёдор Ларионович сегодня к ужину будет, известно ли вам сие? — решила Агафья перевести разговор на более нейтральную тему.

— Полагаю, что будет. А у вас что за интерес к сему факту?

— Да особого интереса у меня здесь не имеется, только дома Фёдор Ларионович хоть отдых получает и питание спокойное…

— Это верно… — покачала головой Перкея Федотовна. — Наша забота прямая о Фёдоре Ларионовиче переживание иметь… Он же у нас в семье сейчас единственный супруг… — не удержалась она и с укором и недовольством посмотрела на Агафью.

Глава 20

— Иван Иванович, доброго вам утра, а мы вас уже заждались! — Прокофий Ильич Пуртов встал навстречу Ползунову и, широко улыбнувшись, развёл в стороны руками, словно хотел обнять весь кабинет штабс-лекаря Рума.

— Прокофий Ильич? — удивлённо посмотрел на Пуртова Ползунов, потом повернулся к Руму. — Модест Петрович, а что за неожиданное собрание у нас, да ещё и прямо с самого утра?

— Иван Иванович, дорогой, вы присаживайтесь, присаживайтесь, — Рум выдвинул ещё одно небольшое креслице и сам уселся в него показав рукой на другое свободное кресло у окна. — Дело у нас, по поводу щёточек для чистки зубов, оно ведь вполне ожидаемо продвинулось, — Рум удовлетворённо похлопал по подлокотникам креслица ладонями. — А вот так вышло, что Прокофий Ильич предложение подумал сделать, опробовав, если угодно, на своём личном опыте сии щёточки-то…

— Знаете, всё это как-то не совсем вовремя… — Иван Иванович всё-таки уселся в предложенное кресло. — Я, собственно говоря, зашёл по совершенно иному поводу… Сегодня пробный запуск паровой машины будем делать, так вот я хотел бы попросить вас, уважаемый Модест Петрович, присутствовать при сем запуске… Дело такое, что лекаря на всякий случай следует рядом иметь, мало ли какие могут неожиданные моменты образоваться…

— Так вы что же, выходит всё уже собрали в своём новом цеху? — Пуртов с любопытством посмотрел на Ползунова и даже подался немного вперёд из своего кресла.

— Совершенно верно, — кивнул Иван Иванович. — Сегодня пробный запуск сделаем, пока без плавильной печи, а только для проверки работы механизма.

— Иван Иванович, ну на моё присутствие вы можете вполне рассчитывать, — Модест Петрович кашлянул и продолжил: — Так выходит, что сегодня у вас два дела надобно решить, так ведь? — он посмотрел на Прокофия Ильича и тот согласно закивал.

— Да-да, Иван Иванович, здесь ведь дело такое, вполне выгодное для всех нас может оказаться, — Пуртов хлопнул ладонью по своей коленке. — Да что там нам выгодно, здесь можно очень неплохие резоны обнаружить даже и для производства, для организации отдельное мастерской. Я бы мог под сие дело и помещение организовать…

— Прокофий Ильич, вы пока ещё для общественной школы помещение не организовали, а только пообещали, — напомнил Пуртову Ползунов.

— Так это же дело между нами с вами решённое, — заверил Пуртов.