Таинственный дом на улице Роз - Элиана Никитина

важно будет: муж он ей, или они просто пока лишь присматриваются друг к другу. Поэтому люди сюда практически не идут работать и жить. Боятся. А нам помощь со стороны и не особо нужна. Сами привыкли со всем справляться.

— Понятно. А как с отношением к людям обстоит у волков, вы знаете? Просто наш отряд, после ваших земель, отправится дальше, и мне хотелось бы прояснить данный вопрос заранее. Понять, как себя вести, чтобы проблем не нажить.

— Очень мудрое решение, девочка, — одобрительно заметила моя собеседница.

Её улыбка пропала, взгляд посерьёзнел, после чего та принялась давать указания:

— Самое главное правило, которое ты должна будешь соблюдать, милая, заключается в том, чтобы ничего и ни у кого не брать. Особенно у тамошних мужчин. И это моё «ничего» означает слово ВООБЩЕ. Ни цветочка, ни платочка, ни сущей на вид безделушки, и всю еду за общим ужином, если таковой случится, также накладывай себе сама. Поняла?

— Да, — кивнула, поразившись столь эмоциональной тираде супруги князя двуликих из медведей. — Но не поняла, в чём тут подвох.

— В том, что принимая какой-либо подарок, ты никогда не знаешь, с какими намерениями он был вручён. Это может не значить ничего, а может являться твоим согласием на ухаживания со стороны подарившего вещь мужчины. И из этого всего, Татьяна, вытекает второе правило, которое гласит, что ты не должна никуда ходить с пригласившим тебя оборотнем-волком: к речке, лес посмотреть, да хоть на лавочке возле дома посидеть. Этим ты дашь ему понять, что не просто согласна на ухаживания, а готова к близости с этим двуликим. Он возьмёт своё, будь уверена, и твоё «я этого не хотела» «я не знала» впоследствии, никто слушать не станет. Раз ты добровольно приняла приглашение на прогулку, значит подразумевается, что была в курсе, во что та может вылиться. Оборотни-волки — народ горячий, и прежде, чем создадут постоянную пару, что мужчины, что женщины, сменяют множество партнёров. Так, что не подавай повода, и тебя не тронут. А если вдруг дойдёт до такой плачевной ситуации, говори, что у тебя есть пара. Что ты истинная: да хотя бы для одного из тех же лисов! Это, с большой вероятностью, отвадит от тебя поклонников.

— Кошмар! — в ужасе схватилась я за голову, выслушав рассказ Аннары. — На что я вообще подписалась? Хоть не едь никуда!

— Да, увы! — развела руками та. — У волков-оборотней всё не так, как у нас, лис, или даже кошек. И я бы тебе посоветовала туда не соваться, но ты, как я понимаю, не можешь, да?

— Не могу, вы правы. Мне нужно помочь своей команде с закрытием пограничных точек между двумя мирами и тогда сможет вернуться тот, кто был моим напарником в одном из волшебных домов. Лис, который не побоялся оставить свою службу и отправился выручать меня, попавшую в беду.

— О, как! — карие глаза напротив сверкнули весельем и любопытством. — Отправился спасать, говоришь? А не потому ли, что ты являешься для него истинной парой?

— Поэтому, — вырвался у меня тяжкий вздох. — И по данной же причине сам угодил в неприятности. Хочу помочь ему в ответ, а уже потом отправиться строить свою жизнь.

— Отправиться строить жизнь? — переспросила Аннара, высоко вскинув брови. — Без своего лиса? Он тебе настолько не нравится?

— Нет, почему? Кай хороший, и как мужчина привлекателен, вот только я уже имею за плечами один неудачный брак и вступать в новые отношения пока просто боюсь. А ещё меня напрягает то, что мужчине, который стремится быть рядом, я нужна только потому, что мне посчастливилось оказаться его истинной парой.

— Ой, как всё запущенно-о! — протянула моя собеседница, выслушав ответ.

А когда я повторила её недавний жест с разведением рук в стороны, вдруг спросила:

— Татьяна, а ты очень сильно хочешь попасть на общий ужин с оборотнями-медведями и лисами?

— Да нет! — отозвалась я, совершенно не понимая, к чему ведёт супруга князя здешних земель.

— Отлично! — хлопнула в ладоши та. — Тогда предлагаю устроить свою трапезу, исключительно на двоих. И продолжить наш увлекательный разговор. Ты — человек, и потому многое не понимаешь из жизни перевёртышей, а я, как одна из них, и состоящая в браке со своим истинным, попытаюсь тебе объяснить все наши заморочки с парами. Что скажешь?

— Скажу, что согласна! В последнее время вокруг меня были исключительно мужчины и я, признаться, здорово соскучилась именно по вот такому, чисто женскому общению.

— Тогда подъём, Татьяна! — клыкасто улыбнулась мне княгиня медведей-оборотней, и первой поднялась на ноги. — Пойдём отдыхать душой и вкусно кушать, а мужики, пускай, самостоятельно развлекаются!

На моих губах, после услышанного, невольно появилась улыбка. С новой знакомой оказалось так легко общаться и делиться тем, чем не делилась ни с кем, что я была только рада возможности продолжить нашу беседу. А потому также встала и последовала за двуликой к выходу из своеобразного предбанника, где мы всё это время сидели.

Глава 49

Кайдан. Снежный лис из княжеского рода

— Дан, сын! Ты дома! — ударил по ушам громкий женский голос, стоило только мне, проскочив через город, оказаться в княжеском доме и войти в кабинет отца.

А затем я оказался в крепких, но очень нежных объятиях.

— Мама, ну что ты? Я действительно вернулся, и в полном порядке, — пробормотал, мягко погладив свою родительницу по спине.

— Как же хорошо, что всё закончилось! Мы так за тебя переживали!

— Подвинься, Лавена, я тоже хочу обнять нашего младшенького! — голос отца, прозвучавший сразу за эмоциональным восклицанием матери, заставил весело хмыкнуть.

Но когда тот, подойдя, стиснул меня в своих объятиях, то аж воздухом на вдохе подавился, настолько мощно это вышло.

— Отец, а ты точно лис? — обнимая родителя в ответ, подколол я. — Потому, что хватка у тебя прямо медвежья!

— Поговори тут ещё! — ворчливо осадил меня тот, разжимая руки, и поворачиваясь к стоящей рядом и улыбающейся снежной лисице: «Хватит умиляться, дорогая, лучше распорядись, чтобы нашему сыну принесли поесть!».

— Точно! Чего это я! Вы общайтесь пока, а я скоро вернусь, — прозвучало торопливое в ответ, после чего мать очень быстро покинула наше общество.

Только кончик белого хвоста за дверью мелькнул.

— А ты, Дан, садись! — продолжил тем временем отец, направившись к своему креслу, что стояло за большим письменным столом. — Чай, не чужой, чего на пороге-то топтаться? И расскажи, как всё прошло с твоим освобождением? Мы с Севером решили действовать с разных сторон. Я, как и рассказывал тебе, взялся за пограничные точки между двумя