Атланты 1-9 - Дмитрий Владимирович Колосов

кулак рассчитался за тот удар ногой, что стоил мне доброго десятка приседаний. — Воин захохотал, рассчитывая, что Эмансер поддержит шутку, но тот даже не улыбнулся. — После этого мы засунули тебя в мешок, погрузили на тележку и были таковы.

— А серые?

— Мы обманули их и вышли с другой стороны дома.

— Зачем же тогда нужно было бить по моей голове? Я бы мог просто уйти вместе с вами.

— У меня не было времени для объяснений, к тому же, буду откровенен, хозяин этого дома не хотел, чтобы ты знал дорогу сюда.

— Значит, серые и сейчас ждут меня около того дома?

— Вполне вероятно.

— Как же хозяйка объяснит им мое исчезновение?

— А никак, — Клеоден хищно улыбнулся, — ей ничего не придется объяснять — я перерезал ей горло.

Эмансер поперхнулся. Он был ошарашен. И даже не тем, что сделал Клеоден, а той легкостью, с какой он говорил о случившемся. Он имел дело с людьми, не знающими страха, но и не ведающими жалости. Продолжать разговор на эту тему дальше что-то расхотелось. Клеоден замолчал тоже.

К счастью, пауза длилась недолго. Распахнулась дверь — и появился Жип. Он поманил гостей пальцем. Ведомые слугой, они поднялись на второй этаж. Хозяин дома ждал их в своем кабинете. Он указал рукой на два придвинутых к небольшому черненому столику кресла.

— Садитесь.

Эмансер и Клеоден сели, хозяин расположился в кресле напротив и начал бесцеремонно рассматривать гостя. Кемтянин спокойно выдержал его сильный гипнотический взгляд и в свою очередь с интересом изучал хозяина. У него были голубые глаза, значит, он был таралом и именно потому достиг такого успеха, залысины на лбу и затылке и дряблые морщины свидетельствовали о солидном возрасте, чистые холеные руки о том, что этот человек не слишком утруждает себя физическим трудом. Взгляд хозяина был тяжел и властен, видно было, что он привык повелевать, и неприятен. Чем, Эмансер вряд ли мог объяснить. На щеке был большой старый шрам. Кемтянину показалось, что он уже видел это лицо.

— Меня зовут Броч — хрипловатым голосом произнес хозяин. Последовала пауза, прервать которую счел нужным Эмансер.

— Мое имя Эмансер.

— Я знаю тебя — сказал Броч, — что ты ищешь в моем доме?

— Ничего. Меня пригласил сюда вот этот человек. — Эмансер кивнул в сторону настороженного Клеодена. — Он сказал мне, что есть люди, которые интересуются мной и могут помочь мне вернуться на родину.

— И это твое единственное желание?

— Нет.

— Что же ты хочешь еще?

— Я хочу увидеть море.

Броч сухо рассмеялся.

— Ха! Это легко исполнимое желание. Выгляни в окно. Из него видно море.

Эмансер не стал отказываться от этого предложения хотя бы для того, чтобы определить, где находится. За окном плескалась вода обводного канала, тянулись бесконечные желтые поля, а у самой кромки горизонта виднелся порт.

— Это не море, это порт. А я хочу видеть море.

— Не вижу разницы. — Броч пожал плечами. — Если тебе мешают корабли, выйди за башни.

«Притворяется, что не знает» — понял Эмансер и сказал:

— Я пробовал, но не смог.

— Запретная полоса?

— Да. Ты знаешь, что это такое?

— В самых общих чертах. Ею занимается третий отдел Внутренней службы. Сама по себе она не является препятствием, она лишь отмечает рубеж, за которым кончается действие нейролучей. С помощью довольно несложной операции в голову человека вводится небольшая капсула-приемник. Она принимает лучи специального излучателя и, пока это происходит, все идет нормально. Но воздействует излучение лишь на определенном расстоянии, оно и отмечено этими черными столбами. Как только человек выходит из сферы воздействия лучей, капсула начинает давить на болевые центры, если объект продолжает двигаться и дальше, капсула уничтожает его.

Эмансера охватило отчаяние.

— Зачем они сделали это со мной?!

— Не только с тобой. С подобной капсулой ходят многие, кто не должен, по мнению Титанов, покинуть пределы Города. Например, ваш покорный слуга.

— У тебя тоже там, — Эмансер коснулся головы — капсула?

— Да, — спокойно ответил Броч.

— И ты так спокойно об этом говоришь?

— А чего мне волноваться? Поздно. Волноваться я был должен лет тридцать назад, когда согласился занять предложенный мне пост.

— Кто ты?

— Я Броч.

— Я не об этом.

— Знаю. Еще я архонт 2-го Оперативного отдела Внутренней службы Дворца!

Эмансер присвистнул. Он ожидал нечто подобное, но не думал, что его предположение столь близко к истине. И потом так открыто, без тени сомнения, прямо в лоб. Броч умел ошарашивать собеседников!

— Ты удивлен? Да, я имею право на точно такой же хитон, что носишь ты, хотя тебе он достался не по заслугам.

— Но ты не носишь его.

— А, Клеоден уже посвятил тебя в тонкости нашей работы. Нет, конечно, не ношу. Это мешает службе. Но иногда, — Броч доверительно наклонился к Эмансеру, — я надеваю его дома, когда один, и наслаждаюсь!

Последнюю фразу он пропел шепотом, отчего стал похож на облизывающуюся змею. Но это выражение мгновенно исчезло — архонт великолепно владел своим лицом. Броч хлопнул в ладоши. Появился Жип с подносом, на котором стояли стеклянный кувшин, ваза с фруктами и три изумительной работы бокала.

— Золотой хрусталь, — не удержавшись, похвастался Броч, разливая пахучую жидкость, — смесь стекла, свинца и золотой пыли — фантазия Солнца!

— Красиво, — вяло похвалил оглушенный свалившейся на него бедой Эмансер.

Хозяин бросил на него быстрый взгляд.

— Пей! И ни о чем не думай. Это лучшее вино Атлантиды. — И первым пригубил бокал. Затем в его руке появилась дымящаяся палочка. Он сунул ее в рот и выдохнул клуб белого вонючего дыма. Эмансер закашлялся.

— Табак, — сказал Броч. — Забава Титанов. Хочешь попробовать? — Эмансер отрицательно покачал головой.

— Номарх Кемта Келастис тоже не очень жалует его.

— Келастис? При чем он здесь?

— При чем, — выдохнул дым хозяин. — Вопрос на вопрос: какого цвета у него глаза?

— Голубые. Ну и что? Твои глаза тоже цвета неба, но это не значит, что ты Титан.

— Правильно. Но я сын Титана, я тарал. Я живу уже сто тридцать лет. А сколько лет, по-твоему, номарху Келастису?

— Не знаю. Но он еще не очень стар. — Броч затянулся поглубже.

— Я видел его на заре своей юности, когда был еще простым агентом. На днях я опять видел его. Он ничуть не изменился.

— Ты лжешь! — Эмансер почувствовал, как земля во второй раз уходит из-под ног. Кемт, его родной Кемт был во власти Титанов и не примет беглеца с Атлантиды, даже если он сможет освободиться от опутавшего его мозг ошейника. Тяжелый жирный Хапи исчезал в необъятной синеве моря. — Ты лжешь! Номарх никогда не