Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

Как я и ожидал, первой в зале отреагировала Марта Зальцведель, она действительно идеальная секретарша, ангел-хранитель. Надо будет поинтересоваться, нет ли у неё дочери? Взял бы себе в секретарши. И вообще отныне только из немок набирать буду.

Опрокинув стул, секретарша, пока её шеф безвольно оседал в кресло, чёрной молнией метнулась к правому верхнему ящику стола, где у шефа наверняка лежит небольшой блестящий пистолет. Свой-то в предбаннике остался… Для того я её и затащил, иначе бы она обязательно кого-нибудь из наших застрелила.

Восхищаюсь!

– Марта, стоп! Это предатель! Организатор и исполнитель, смотри! – надо торопиться, не стрелять же в хорошую женщину.

С этими словами я швырнул ей по столу пачку цветных фотографий, отпечатанных на судовом струйном принтере.

Когда женщина начинает защищать своё кровное, то есть семью, она действует фантастически быстро и правильно. Мгновенно выделяя из череды фактов и событий самое важное, она так же быстро принимает единственно верное решение. Мужики так не могут. Ей хватило одного мимолетного взгляда, брошенного на россыпь ярких картинок, и она тут же бросилась к шефу, расстёгивая ему пуговицы на рубашке.

В дверях кабинета появилась Нина, которая до поры сидела с нашими в таверне.

При подготовке операции и проработке нюансов именно она спрогнозировала ситуацию и настояла на включении её в группу. Не зря, как выясняется.

– Герман, окна настежь, быстро! – скомандовала она.

Конечно, конечно, родная, и сам бы мог догадаться…

Тем временем Лойтхард очухался, быстро всё понял и попробовал освободиться.

Крепкие у тебя ручки, как я посмотрю! Цепочка наручников натянулась.

– Не шали! – оскалился Мишка и что есть силы воткнул башмак в бок пленному.

Тот зашипел, между сжатыми зубами запузырилась слюна. Смотри-ка, никак не уймётся!

– Макс, мне ещё раз тебя стукнуть высоковольтным разрядом? Сдохнешь ведь… Хотя нет, откачаем. И так будет много-много раз. Ты меня понял, узник Гуантанамо?

Свирепые глаза хищника чуть притухли, он кивнул.

– Морду замотать? – поинтересовался Кетоев.

– Не стоит, пусть хоть оборётся, – ответил я.

Для того мы полицию и привлекли. Кроме Руслана Кетоева, никто не смог бы корректно решить проблему с охранником внизу. Остальные трое работников службы безопасности, включая водителя Гюнтера, сидят по домам, сосиски жрут с капустой.

Женщины возились вокруг губернатора, Сашка тоже рядом, как-то помогает. Запахло нашатырём и спиртом. Котова аккуратно отложила на стеклянный поднос хрустального графина использованный шприц.

– Уф! – выдохнул я, присаживаясь на удобный стул.

Реакция пошла, тряска, надо успокоиться.

– Фрау Марта, а нельзя ли кофейку? Честно скажу, мне надо успокоиться, предстоят, как вы понимаете, объяснения и пояснения. Очень прошу.

На пути к двери она остановилась, ещё раз посмотрела на фотографии, после чего подошла к Лойтхарду и плюнула ему в лицо. И ни единого слова!

Кетоев-младший почему-то вздохнул.

Сидя на корточках, Сашка спокойно обыскивал добычу.

– Ну вот, любуйся, боцман… – невесело усмехнулся я. – Помнишь, что я тебе говорил? Не надо воякам лезть в политику, это получается лишь у исторически известных единиц. Остальным – категорически не надо. Да и в бизнес идти не стоит. Или накосячат, или отожмут у них все наработки более хитрые и приспособленные. Воякам надо готовиться к войне и качественно воевать. Тогда городу не придётся по тревоге поднимать заспанных добропорядочных бюргеров с поджигами в руках и удалых русских ремесленников с вострыми булатными саблями. Нет ведь, полез, диверсант… И что? Помогла тебе твоя контора GSG9, фриц? Во-во… Политика, геноссе Михаил, не переворотами делается, а пахотой партийного строительства, агитацией, пиаром и работой с избирателями. Политика, на самом деле, вещь достаточно честная. Не без говна, конечно, но халявы в ней не бывает. В бизнесе бывает, хоть и редко. А вот в политике не бывает в принципе! Даже если такая халява сопровождается профессиональным диверсионным обеспечением. Вот так вот.

Секретарша вернулась через десять минут с большим подносом в руках, на котором позвякивали чашечки с крепким кофе.

– Скоро будут бутерброды.

– Марта, можно я вас поцелую! – воскликнул я и тут же нарвался на ревнивый взгляд докторессы.

– Нинуль, тебе – два!

…Мягко горел свет настольной лампы, верхний свет выключили.

Мужики ушли вниз, надо контролировать ситуацию. Лойтхарда в позе орла Кетоевы отвели в зиндан службы безопасности, который классически находится в подвале Лубянки… то есть ратуши. Туда же переправлен и Салман, намучившийся в крытой повозке Сантаны до затёкших конечностей и заклинившего позвоночника. Изначально я планировал несколько другое, собираясь закрыть обоих в полицейском участке, но мудрый ментяра Руслан меня вовремя поправил:

– Герман, во избежание преждевременных разговоров и дурных слухов светить их пока не стоит. Нужно выработать стратегию и порядок действий, в том числе формы и сроки оповещения городского собрания и населения. Пусть губернатор определится, а пока в ратуше посидят, подальше от посторонних глаз. Мы последим.

Всё равно сейчас Папке общаться с ними не будет. Сейчас он только пристрелить их может сгоряча. Впрочем, я недооценивал этого государственного мужа.

– Итак, моя дочь… – спросил он, едва придя в себя.

– Никакого похищения не было, – быстро сказал я.

– Но где она?

– Где и была всё это время, на вашей ферме. Сидят вместе с фрау Эвелин.

Как он теперь будет со всем этим разбираться, что решит? Даже на секунду страшно представить себя на его месте. Миф о крепкой семье политического деятеля разваливается на глазах… В былые времена высокопоставленных штрафников из числа домочадцев разъярённые правители навечно отправляли в монастырь. Или в сибирскую ссылку. «Подушками душить не станет, он Сибирь найдёт», – понял я.

– Герман… – строго предупредила Котова, считая пульс пациента.

– Всё нормально, фрау Нина, – успокоил доктора Клаус, прикоснувшись к её руке. – Я уже почти всё понял. Её сразу привезли туда?

– Так точно! – по-армейски подтвердил я. – Вообще-то никто из заговорщиков не ожидал такого поворота событий. Им нужно было устранить Генриха и Эриха, и только. Макс Лойтхард сам поехал вместе с Салманом, справедливо подозревая, что в Дугласе опытные бойцы бандитов к себе и объекту охраны близко не подпустят, навалят гору трупов. Ну, вот так и вышло, они и Лойтхарду не поверили, есть такие детали в рассказах выживших ребятишек… На беду, бандиты Салмана дисциплиной не отличались и начали стрелять в ближайшее окружение Теофила Нзимбы, после чего оставлять свидетелей уже было нельзя.

– А Симонетта?

– Думаю, её сразу же увели на судно, – постарался я хоть как-то утешить отца.

– Не врите, Герман, не врите, – тихо попросил Папке. – Сколько человек из службы безопасности замешано в заговоре?

– Только сам Лойтхард